Читать и слушать книги
Андрей — типичный мажор: деньги, статус, свобода от любых правил и уверенность, что любая женщина — лишь очередное приключение. Его будни — это череда спонтанных эскапад и лёгких побед, от которых он уже едва ли получает прежний восторг. Но одна случайная встреча переворачивает всё с ног на голову.
Боже! Вот это стыдоба! Что, можно подумать, со стороны? Полуголая девица перелазит с балкона на балкон. После секундной передышки, опираясь на руки, коленями становлюсь на узкие перила, а потом вытягиваю ногу, пытаясь опуститься на соседний балкон. Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз… Десятый этаж не хухры‑мухры. «Если упаду, то хотя бы в красивом белье», — мелькает дурацкая мысль.
Боже! Вот это стыдоба! Что, можно подумать, со стороны? Полуголая девица перелазит с балкона на балкон. После секундной передышки, опираясь на руки, коленями становлюсь на узкие перила, а потом вытягиваю ногу, пытаясь опуститься на соседний балкон. Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз… Десятый этаж не хухры‑мухры. «Если упаду, то хотя бы в красивом белье», — мелькает дурацкая мысль.
В классе были только мы — я сидящая на своём же столе и он, стоящий между моих ног.
Самый опасный человек в городе, которого я только что оскорбила. Опять.
Идиотка. Какая же я идиотка.
— Язык как бритва, а сама — мягкая. Пышная. Вкусная, наверное. — его большой палец прошёлся по моей нижней губе. — Хочу проверить, на что ещё способен этот дерзкий ротик.
— Не дождёшься. — я подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза. — Хочешь что-то получить — сначала сам себя прояви. А там посмотрим.
Виктор Пеплов моргнул. Помолчал секунд десять, за которые я успела мысленно попрощаться с работой, со спокойной жизнью и, возможно, с жизнью вообще.
А потом он улыбнулся.
Медленно, хищно, от уголка губ до самых глаз, которые вспыхнули чёрным огнём.
— Да без вопросов, мармеладка. — сказал он и его руки поползли вверх по моим бёдрам, задирая юбку.
Самый опасный человек в городе, которого я только что оскорбила. Опять.
Идиотка. Какая же я идиотка.
— Язык как бритва, а сама — мягкая. Пышная. Вкусная, наверное. — его большой палец прошёлся по моей нижней губе. — Хочу проверить, на что ещё способен этот дерзкий ротик.
— Не дождёшься. — я подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза. — Хочешь что-то получить — сначала сам себя прояви. А там посмотрим.
Виктор Пеплов моргнул. Помолчал секунд десять, за которые я успела мысленно попрощаться с работой, со спокойной жизнью и, возможно, с жизнью вообще.
А потом он улыбнулся.
Медленно, хищно, от уголка губ до самых глаз, которые вспыхнули чёрным огнём.
— Да без вопросов, мармеладка. — сказал он и его руки поползли вверх по моим бёдрам, задирая юбку.
Меня накрывает запахом озона и терпкого дорогого парфюма. Я узнаю его…
Руслан плотно вжимается в мою спину. Я задыхаюсь от шока и страха, а он медленно, шумно втягивает воздух прямо у моей шеи. Его горячее дыхание обжигает кожу под волосами, и я чувствую… Боже мой, я… чувствую его.
***
16 лет назад я тайно сгорала от запретных чувств к парню старшей сестры. Но время лечит. И ещё недавно я была уверена, будто те глупости остались позади, пока снова не столкнулась с героем своих ванильных фантазий на базе отдыха.
Ого! Как же он возмужал, стал ещё более пугающим и… притягательным.
Мой вылизанный мирок с оглушительным треском летит в пропасть. Сестра теряет последние тормоза ради внимания разбогатевшего бывшего. Его пассия брызжет ядом. Мой жених в этой поездке преследует свои цели, а Рус - прёт напролом. Прямо на меня.
Я отчаянно пытаюсь сопротивляться, но то, что зародилось в юности, как оказалось, не задохнулось под грудой лет, а мутировало в нечто пугающе необъятное.
Руслан плотно вжимается в мою спину. Я задыхаюсь от шока и страха, а он медленно, шумно втягивает воздух прямо у моей шеи. Его горячее дыхание обжигает кожу под волосами, и я чувствую… Боже мой, я… чувствую его.
***
16 лет назад я тайно сгорала от запретных чувств к парню старшей сестры. Но время лечит. И ещё недавно я была уверена, будто те глупости остались позади, пока снова не столкнулась с героем своих ванильных фантазий на базе отдыха.
Ого! Как же он возмужал, стал ещё более пугающим и… притягательным.
Мой вылизанный мирок с оглушительным треском летит в пропасть. Сестра теряет последние тормоза ради внимания разбогатевшего бывшего. Его пассия брызжет ядом. Мой жених в этой поездке преследует свои цели, а Рус - прёт напролом. Прямо на меня.
Я отчаянно пытаюсь сопротивляться, но то, что зародилось в юности, как оказалось, не задохнулось под грудой лет, а мутировало в нечто пугающе необъятное.
— Обслуживание номеров! — орут.
— Не смейте входить! — отвечаю отчаянно. — Я не одета!
— Еще лучше!
В номер вваливаются молодые и горячие сыновья моих подруг, а я тут лежу такая…в костюме Евы и ловушке.
— Не смейте входить! — отвечаю отчаянно. — Я не одета!
— Еще лучше!
В номер вваливаются молодые и горячие сыновья моих подруг, а я тут лежу такая…в костюме Евы и ловушке.
Карты предрекли мне в судьбу дроу.
Я, конечно, просила у вселенной необычного мужчину, но не настолько же! Он кланяется, шепчет «госпожа» и не понимает, кто платит в кафе.
Рассказывает, как принято в матриархате, а я требую равенства.
Но когда его пальцы касаются моей кожи, все чакры вспыхивают разом.
Кажется, Таро надо мной смеются. Или нет?
Что победит? Его воспитание или наша искра?
Я, конечно, просила у вселенной необычного мужчину, но не настолько же! Он кланяется, шепчет «госпожа» и не понимает, кто платит в кафе.
Рассказывает, как принято в матриархате, а я требую равенства.
Но когда его пальцы касаются моей кожи, все чакры вспыхивают разом.
Кажется, Таро надо мной смеются. Или нет?
Что победит? Его воспитание или наша искра?
Когда звонит армейский друг и просит Валек у меня приезжает в твой город поступать сестренка, не соглашайся сразу это может быть опасно для жизни...
Молодая стюардесса Алиса, привыкшая к строгим правилам и профессиональной дистанции, соглашается подменить подругу на частном рейсе в Дубай. На борту роскошного самолёта она оказывается в компании троих наглых и харизматичных богатых парней, которые не привыкли получать отказ. Однажды уступив их настойчивости, Алиса открывает в себе тёмные желания, о существовании которых даже не подозревала, и понимает, что прежняя жизнь уже никогда не вернётся.
– Ань, ты что здесь делаешь? – спросил он, спихивая девушку в сторону и натягивая одеяло. – Ты же должна была быть у матери до вечера!
– Я решила вернуться пораньше, – голос у меня дрожал. – Хотела тебя порадовать…
Блондинка хихикнула, прикрываясь простыней, и начала собирать свои вещи. Я стояла и не могла пошевелиться.
– Это Лиза, – наконец буркнул Максим, будто это все объясняло. – Мы… ну, ты понимаешь.
– Я решила вернуться пораньше, – голос у меня дрожал. – Хотела тебя порадовать…
Блондинка хихикнула, прикрываясь простыней, и начала собирать свои вещи. Я стояла и не могла пошевелиться.
– Это Лиза, – наконец буркнул Максим, будто это все объясняло. – Мы… ну, ты понимаешь.
Я думала, что застряла в безнадёжном браке навсегда, пока в один жаркий день не застряла в дыре забора на участке собственного свёкра. Это был самый нелепый и позорный момент в моей жизни, но именно он перевернул всё с ног на голову.
Двое мужчин, одна случайность и чувства, которых я не ждала. Мой мир изменился и теперь мне предстоит решить, готова ли я поверить в то, что могу быть желанной, и какой выбор сделаю, когда судьба подбросит мне сразу два соблазна.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Двое мужчин, одна случайность и чувства, которых я не ждала. Мой мир изменился и теперь мне предстоит решить, готова ли я поверить в то, что могу быть желанной, и какой выбор сделаю, когда судьба подбросит мне сразу два соблазна.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Алиса Морозова не верит в сказки про принцев, особенно если эти «принцы» разъезжают на люксовых тачках и спорят на чувства.
Кирилл Воронов типичный мажор: деньги, связи, уверенность, что мир крутится вокруг него. Но один глупый спор ставит всё с ног на голову. Он вдруг понимает, что Алиса — не приз, не трофей, а человек, ради которого хочется меняться.
Алиса учится не прятать свою «колючесть» и превращать её в силу, а Кирилл — снимать броню мажора и становиться по-настоящему взрослым: не по паспорту, а по поступкам.
***
— Пф… Стена, — повторяю я, а в голове появляется шальная мысль, подогретая горячительным. — Спорим, — говорю я, сам не веря, что произношу эти слова, — что я заставлю её бегать за мной ровно через неделю.
Макс замирает, потом медленно расплывается в улыбке.
— Серьёзно? — переспрашивает он, будто не верит своим ушам. — Ты хочешь спорить на… на эту девушку?
— На любую, — пожимаю плечами, хотя внутри уже бурлит адреналин. — Но начну с неё.
Кирилл Воронов типичный мажор: деньги, связи, уверенность, что мир крутится вокруг него. Но один глупый спор ставит всё с ног на голову. Он вдруг понимает, что Алиса — не приз, не трофей, а человек, ради которого хочется меняться.
Алиса учится не прятать свою «колючесть» и превращать её в силу, а Кирилл — снимать броню мажора и становиться по-настоящему взрослым: не по паспорту, а по поступкам.
***
— Пф… Стена, — повторяю я, а в голове появляется шальная мысль, подогретая горячительным. — Спорим, — говорю я, сам не веря, что произношу эти слова, — что я заставлю её бегать за мной ровно через неделю.
Макс замирает, потом медленно расплывается в улыбке.
— Серьёзно? — переспрашивает он, будто не верит своим ушам. — Ты хочешь спорить на… на эту девушку?
— На любую, — пожимаю плечами, хотя внутри уже бурлит адреналин. — Но начну с неё.
Выберите полку для книги