Книги в жанре «Эротическая драма»
В Стамбуле город разделён не только проливом, он расколот на два мира: шумные, пахнущие морем «Прибрежные» и холодные стеклянные башни «Высотных», где правят деньги и престиж.
Джемре — дочь хозяина района, бунтарка с железной волей: она тренируется бок о бок с парнями, знает каждый переулок своего берега и готова защищать свой дом до конца. Но за внешней твёрдостью прячется одинокая душа: шестнадцать лет она ведёт тайную переписку с таинственным другом, оставляя письма в дупле старого дерева.
Каан золотой мальчик, ни в чём не знающий отказа. Берёт что хочет.
Брат Каана обесчестил сестру Джемре, похитив её с собственной помолвки. По трагической случайности, он становится виновником её смерти. С тех пор между двумя семьями развязывается кровопролитная война!
А между Кааном и Джемре — запретная любовь...
Джемре — дочь хозяина района, бунтарка с железной волей: она тренируется бок о бок с парнями, знает каждый переулок своего берега и готова защищать свой дом до конца. Но за внешней твёрдостью прячется одинокая душа: шестнадцать лет она ведёт тайную переписку с таинственным другом, оставляя письма в дупле старого дерева.
Каан золотой мальчик, ни в чём не знающий отказа. Берёт что хочет.
Брат Каана обесчестил сестру Джемре, похитив её с собственной помолвки. По трагической случайности, он становится виновником её смерти. С тех пор между двумя семьями развязывается кровопролитная война!
А между Кааном и Джемре — запретная любовь...
Его большой палец медленно стирает блеск с моей губы.
— Скажи «нет». И я уйду из этой комнаты навсегда.
Я молчу. Потому что тело уже сказало «да».
Две недели на море. Подруга не приехала. Зато открыл дверь её отец.
Дамир Раевский. Сорок три. Взгляд, от которого забываешь, как дышать. Он предлагает остаться. Говорит, что почти не выходит из кабинета.
На четвёртый день он ждёт меня у ворот в темноте. И задаёт вопросы, на которые не имеет права.
Потом говорит три слова.
Ты под защитой.
Не спрашивает. Просто решает.
— Скажи «нет». И я уйду из этой комнаты навсегда.
Я молчу. Потому что тело уже сказало «да».
Две недели на море. Подруга не приехала. Зато открыл дверь её отец.
Дамир Раевский. Сорок три. Взгляд, от которого забываешь, как дышать. Он предлагает остаться. Говорит, что почти не выходит из кабинета.
На четвёртый день он ждёт меня у ворот в темноте. И задаёт вопросы, на которые не имеет права.
Потом говорит три слова.
Ты под защитой.
Не спрашивает. Просто решает.
Пять лет назад Марк исчез из моей жизни, а сегодня я встретила его в больнице, где он работает гинекологом. На приёме между нами вновь вспыхнула искра и теперь всё в моих руках: дать ей погаснуть или же разжечь настоящее пламя. Смогу ли я простить Марку его исчезновение и переступить через собственную гордость?
АННОТАЦИЯ:
— Ты даже не представляешь, во что ввязываешься.
Я всегда умел читать людей. Но эта женщина вошла в мою жизнь и сломала все правила.
Она приехала в отпуск, чтобы забыться. Но одна ночь с моим братом перечеркнула всё. И утром она сбежала. Испугавшись не его, а себя. Но слишком много совпадений для одного дня, чтобы я поверил в случайность. Она должна доказать, что не шпионка.
Теперь она между мной и моим братом. Между допросом и поцелуем. Между ложью и правдой, которую я должен из неё вытащить. Но чем дольше она между нами, тем сильнее мы оба теряем голову.
И вопрос только один: чья одержимость сильнее и кто из нас заберёт её?
— Ты даже не представляешь, во что ввязываешься.
Я всегда умел читать людей. Но эта женщина вошла в мою жизнь и сломала все правила.
Она приехала в отпуск, чтобы забыться. Но одна ночь с моим братом перечеркнула всё. И утром она сбежала. Испугавшись не его, а себя. Но слишком много совпадений для одного дня, чтобы я поверил в случайность. Она должна доказать, что не шпионка.
Теперь она между мной и моим братом. Между допросом и поцелуем. Между ложью и правдой, которую я должен из неё вытащить. Но чем дольше она между нами, тем сильнее мы оба теряем голову.
И вопрос только один: чья одержимость сильнее и кто из нас заберёт её?
Одним майским вечером в старой школе одного поселения с местными работниками произошли странные события, о которых они после старались забыть. Но местные легенды если и появляются, то продолжают жить, не волнуясь о репутации и чувствах людей.
- Наколдую любовь, наколдую любовь…
Стелился шепот по поляне, растворяясь в безмолвной тишине леса. Худенькая девушка в просторной белой рубахе до пят на голое тело склонилась над камнем, шепот ее стал громче, голос сорвался. Девушка сжала самодельную куклу и зажмурилась, пытаясь сосредоточиться, представить образ желанного мужчины…
Она не должна была ни на свет появляться, ни выжить после рождения, но все решили за нее. Только цена за право жить оказалась слишком высокой.
- Ни один мужчина тебя не полюбит, Агнешка, - сказала та, чья колдовская сила заставила ее жить.
Стелился шепот по поляне, растворяясь в безмолвной тишине леса. Худенькая девушка в просторной белой рубахе до пят на голое тело склонилась над камнем, шепот ее стал громче, голос сорвался. Девушка сжала самодельную куклу и зажмурилась, пытаясь сосредоточиться, представить образ желанного мужчины…
Она не должна была ни на свет появляться, ни выжить после рождения, но все решили за нее. Только цена за право жить оказалась слишком высокой.
- Ни один мужчина тебя не полюбит, Агнешка, - сказала та, чья колдовская сила заставила ее жить.
Молодой мужчина принимает предложение богатой женщины намного его старше. Это цена его счастья.
Принесли капучино и тирамису, когда она внезапно откровенно положила руку ему на колено и провела вверх, задержалась в районе ширинки, сжала, будто по-хозяйски проверяя товар.
- Поехали ко мне, Том, а контракт мы обсудим утром, - её голос был холоден и спокоен.
- Заплати по счёту и поехали, - он нагло улыбнулся, и дама вытащила из сумочки кошелек.
Принесли капучино и тирамису, когда она внезапно откровенно положила руку ему на колено и провела вверх, задержалась в районе ширинки, сжала, будто по-хозяйски проверяя товар.
- Поехали ко мне, Том, а контракт мы обсудим утром, - её голос был холоден и спокоен.
- Заплати по счёту и поехали, - он нагло улыбнулся, и дама вытащила из сумочки кошелек.
Возобновление старой любви и новые страсти. Семейные проблемы и отношения. Поколения в конфликте.
Ночь с молодым парнем из эскорта оборачивается для Эвелины Липкиной совсем другим и переворачивает всю её удобную, устоявшуюся жизнь.
Ночь с молодым парнем из эскорта оборачивается для Эвелины Липкиной совсем другим и переворачивает всю её удобную, устоявшуюся жизнь.
— Почему ты один?
— Я не один, — быстрый и уверенный ответ. Без задумчивости. Будто первое, что пришло в голову, слетает с языка.
— Я не о друзьях.
— Снова нелепая попытка влезть в мою постель.
— Ты до противного прямолинеен. Бесишь.
— А ты не в моем вкусе. Слишком высокая. Слишком длинные волосы. Слишком темные. Слишком притягиваешь взгляд. Бесишь, — словно передразнивая, отвечает.
— И твой?
— И мой.
— И?
— И все.
— Я не один, — быстрый и уверенный ответ. Без задумчивости. Будто первое, что пришло в голову, слетает с языка.
— Я не о друзьях.
— Снова нелепая попытка влезть в мою постель.
— Ты до противного прямолинеен. Бесишь.
— А ты не в моем вкусе. Слишком высокая. Слишком длинные волосы. Слишком темные. Слишком притягиваешь взгляд. Бесишь, — словно передразнивая, отвечает.
— И твой?
— И мой.
— И?
— И все.
Говорят, что там сверху на каждого из нас есть планы. Идеальные или не очень.
Многие считают, что случайности вовсе не случайны. Просто богам становится скучно, и они начинают свою игру.
И не бывает "стечения обстоятельств" - это хорошо продуманная многоходовка прекрасным тактиком.
Для них наши года - минуты. Мгновенья.
А чувства как приправа.
Многие считают, что случайности вовсе не случайны. Просто богам становится скучно, и они начинают свою игру.
И не бывает "стечения обстоятельств" - это хорошо продуманная многоходовка прекрасным тактиком.
Для них наши года - минуты. Мгновенья.
А чувства как приправа.
Выберите полку для книги