Читать и слушать книги
— Муж задолжал нам слишком много.
— У меня нет таких денег.
— Деньги нас сейчас не интересуют.
— Тогда что вам нужно?
— Ты. Интересно, как именно ты расплатишься за ошибку.
Мой муж проиграл чужие деньги, а потом сбежал, оставив меня одну перед тремя мужчинами, которым лучше никогда не переходить дорогу.
— У меня нет таких денег.
— Деньги нас сейчас не интересуют.
— Тогда что вам нужно?
— Ты. Интересно, как именно ты расплатишься за ошибку.
Мой муж проиграл чужие деньги, а потом сбежал, оставив меня одну перед тремя мужчинами, которым лучше никогда не переходить дорогу.
Медленно, глядя прямо в его тёмные, горящие глаза, она подняла руки.
Её пальцы, немного дрожащие от нахлынувших чувств, коснулись завязок её дорожного платья.
Один за другим узлы поддавались, и тяжелая ткань, ставшая символом её прежнего, скованного страхом мира, начала сползать вниз.
Платье мягко опустилось на шкуры, оставив её в тонкой, прозрачной шёлковой сорочке, которая подчёркивала её нежную, лунную красоту.
Её пальцы, немного дрожащие от нахлынувших чувств, коснулись завязок её дорожного платья.
Один за другим узлы поддавались, и тяжелая ткань, ставшая символом её прежнего, скованного страхом мира, начала сползать вниз.
Платье мягко опустилось на шкуры, оставив её в тонкой, прозрачной шёлковой сорочке, которая подчёркивала её нежную, лунную красоту.
Моя поездка в Индию к океану была мечтой! Наконец-то, она сбылась…
Океан был добр ко мне, ласков, пока не обернулся самым страшным зверем!
Близкие люди предали меня, я чуть не погибла. И теперь вместо моих планов, я на необитаемом острове среди сильных, властных мужчин. Они не дикари. Они слишком умны. Слишком сдержанны. Но они знаю толк в искушениях…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Океан был добр ко мне, ласков, пока не обернулся самым страшным зверем!
Близкие люди предали меня, я чуть не погибла. И теперь вместо моих планов, я на необитаемом острове среди сильных, властных мужчин. Они не дикари. Они слишком умны. Слишком сдержанны. Но они знаю толк в искушениях…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Дана пытается начать новую жизнь во Франции — подальше от Лукаса, его одержимости и власти над ней. Но даже тысячи километров и предательство близкого человека не остановят его.
В то же время всплывают тайны её собственной семьи. Старые враги возвращаются, и на этот раз они пойдут на все, чтобы закончить начатое.
Когда опасность подбирается слишком близко, Дана понимает: её единственная надежда — человек, от которого она сбежала.
Лукас уже однажды спас её. Но сможет ли он спасти её снова?
И готова ли Дана заплатить за это самую высокую цену — отдать ему своё сердце?
В то же время всплывают тайны её собственной семьи. Старые враги возвращаются, и на этот раз они пойдут на все, чтобы закончить начатое.
Когда опасность подбирается слишком близко, Дана понимает: её единственная надежда — человек, от которого она сбежала.
Лукас уже однажды спас её. Но сможет ли он спасти её снова?
И готова ли Дана заплатить за это самую высокую цену — отдать ему своё сердце?
Брат подруги, люблю его, хочу его , но для него я пустое место, пока не добилась своего , но чувствую скоро
Решили пройти историю заново, но Кристина остаётся той, что была в конце.
Призрак Оперы
Эрик/Кристина
Призрак Оперы
Эрик/Кристина
Долг. Кровь. Женщина.
Алан и Дамир не берут чужого. Но когда их род теряет миллионы из-за одной подписи, они приходят за ней. Вероника — пышная, красивая, с глазами, которые врут только когда молчат.
В горах Кавказа свои законы. И теперь её тело — часть сделки.
Двое братьев. Одна пышка. Ноль шансов уйти прежней.
Алан и Дамир не берут чужого. Но когда их род теряет миллионы из-за одной подписи, они приходят за ней. Вероника — пышная, красивая, с глазами, которые врут только когда молчат.
В горах Кавказа свои законы. И теперь её тело — часть сделки.
Двое братьев. Одна пышка. Ноль шансов уйти прежней.
Он — мой тренер. Ему двадцать пять.
Я — его клиентка. Мне сорок два.
Между нами — гриф штанги, зеркала в пол и правило, которое мы нарушаем каждое утро.
«Скажи „нет“, — шепчет он, прижимая меня к стене пустого зала. — Скажи сейчас, или я не остановлюсь».
Я не говорю «нет».
Я хочу чувствовать его руки там, где не должно быть чужих рук. Я хочу его запах , я хочу забыть, что у меня есть муж, дочь и возраст, который кричит: «Опомнись!»
Я — его клиентка. Мне сорок два.
Между нами — гриф штанги, зеркала в пол и правило, которое мы нарушаем каждое утро.
«Скажи „нет“, — шепчет он, прижимая меня к стене пустого зала. — Скажи сейчас, или я не остановлюсь».
Я не говорю «нет».
Я хочу чувствовать его руки там, где не должно быть чужих рук. Я хочу его запах , я хочу забыть, что у меня есть муж, дочь и возраст, который кричит: «Опомнись!»
Он привык контролировать всё — сделки, людей, чувства. Она — слишком искренняя для его мира: наивная, живая, способная к глубоким чувствам.
Их знакомство начинается как игра. Чёткие правила, распределённые роли, безопасная дистанция. Никаких лишних эмоций. Никаких обязательств. Но игра выходит из-под контроля.
Их знакомство начинается как игра. Чёткие правила, распределённые роли, безопасная дистанция. Никаких лишних эмоций. Никаких обязательств. Но игра выходит из-под контроля.
Она живёт в тишине, которая когда-то была любовью. Елена — архитектор, реставрирующий старые здания и собственную жизнь, где трещины замазаны привычкой, а пустота между ней и мужем давно стала единственным звуком. Всё меняется, когда она встречает Илью — человека, который смотрит на мир как на живую конструкцию, где каждая трещина пропускает свет. Их случайный разговор в кафе становится зеркалом, в котором Елена впервые за годы видит себя не как функцию, а как тело, помнящее, что значит хотеть, дышать и быть настоящей.
Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.
Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.
Выберите полку для книги