Книги в жанре «Эротика»
Если ваш котел плюется щелоком прямо на вас, а арендатор грозит выставить на улицу, жизнь вряд ли назовешь сахарной. Риата — хозяйка крошечной мыловарни, у которой нет времени на сказки. Но от безысходности она покупает на ночном рынке странный ловец снов.
И все бы ничего, но теперь каждую ночь она проваливается в роскошный мир мужчины, который раздражающе красив, невыносимо заносчив и... искренне считает этот сон своим.
Он называет ее Лавандой. Она зовет его просто Джоном. Они спорят о цветах, делятся наболевшим и сгорают от запретной страсти, свято веря, что утром оба проснутся в разных реальностях.
И все бы ничего, но теперь каждую ночь она проваливается в роскошный мир мужчины, который раздражающе красив, невыносимо заносчив и... искренне считает этот сон своим.
Он называет ее Лавандой. Она зовет его просто Джоном. Они спорят о цветах, делятся наболевшим и сгорают от запретной страсти, свято веря, что утром оба проснутся в разных реальностях.
Есть ли у инквизиторов что-то, кроме долга? Что скрывается под чёрным мундиром — выжженная печать Ордена или всё ещё живое сердце? Способен ли мужчина, обученный пытать и сжигать, на обычное человеческое желание? А если да — то что будет, когда он встретит ту, кто не боится ни его, ни его желания?
В этот момент мужчина откидывается на спинку. Внимательно смотрит в монитор. Сосредоточенное лицо постепенно становится расслабленным. Тонкие губы то поджимаются, становясь незаметной полосой, то приоткрываются. Я слежу за этим, как заворожённая…
… и слишком поздно замечаю, как подозрительно напрягаются мышцы его правой руки.
О-о нет. Быть не может.
Его дыхание становится тяжелее. Глаза застилает поволока. Роман, словно ощутив моё волнение и нарастающую панику, толчком откатывается назад, представляя взору колом стоящий ....
… и слишком поздно замечаю, как подозрительно напрягаются мышцы его правой руки.
О-о нет. Быть не может.
Его дыхание становится тяжелее. Глаза застилает поволока. Роман, словно ощутив моё волнение и нарастающую панику, толчком откатывается назад, представляя взору колом стоящий ....
Родиться первой в семье благородных — не всегда удача.
Мятеж против короля провалился, дочь мятежного лорда забирают в заложницы до решения судьбы всего рода... Разве может быть такое к добру?
В книге присутствуют сцены для взрослых и откровенные диалоги. 18+
Мятеж против короля провалился, дочь мятежного лорда забирают в заложницы до решения судьбы всего рода... Разве может быть такое к добру?
В книге присутствуют сцены для взрослых и откровенные диалоги. 18+
— Ты не та, за кого себя выдаёшь. Я это вижу.
— Ты ничего не видишь.
— Вижу. Ты не боишься отца. Ты боишься только меня.
— Я хочу тебя, Дара. Не потому что ты невеста моего брата. А потому что ты — моя война.
— Ты спала с моим братом?
— Да.
— Ты любишь его?
— Я не знаю.
— А он тебя?
— Он говорит, что да.
— Он говорит это каждой женщине, которая спит с ним. Но ты не такая. Он не выбросит тебя. Почему? Потому что ты сильная.
— Я откажусь от тебя. Скажу отцу, что ты мне не нужна. Чтобы ты могла остаться с ним.
— Я не заслуживаю твоей доброты.
— Мне не нужна твоя благодарность. Мне нужно, чтобы ты была счастлива.
Она пришла, чтобы найти правду.
Она нашла войну, страсть и любовь.
И теперь ей предстоит выбор между двумя братьями — и между жизнью и смертью.
«Чужая невеста». В чужом доме не бывает чужих тайн.
— Ты ничего не видишь.
— Вижу. Ты не боишься отца. Ты боишься только меня.
— Я хочу тебя, Дара. Не потому что ты невеста моего брата. А потому что ты — моя война.
— Ты спала с моим братом?
— Да.
— Ты любишь его?
— Я не знаю.
— А он тебя?
— Он говорит, что да.
— Он говорит это каждой женщине, которая спит с ним. Но ты не такая. Он не выбросит тебя. Почему? Потому что ты сильная.
— Я откажусь от тебя. Скажу отцу, что ты мне не нужна. Чтобы ты могла остаться с ним.
— Я не заслуживаю твоей доброты.
— Мне не нужна твоя благодарность. Мне нужно, чтобы ты была счастлива.
Она пришла, чтобы найти правду.
Она нашла войну, страсть и любовь.
И теперь ей предстоит выбор между двумя братьями — и между жизнью и смертью.
«Чужая невеста». В чужом доме не бывает чужих тайн.
— Ты подписала контракт на полмиллиона, которых у нас нет, — сказал он. — Я уволю тебя.
— Я знаю, — ответила я.
— Или не уволю.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня в упор. Глаза тёмные, почти чёрные.
— Почему? — спросила я.
— Потому что ты единственная, кто остаётся допоздна, чтобы переделать работу.
Я взяла папку и пошла к двери.
Дверь не открылась.
— Сломалась, — сказал он. — Слесаря вызывать поздно.
— Садись, — сказал он. — Мы здесь до утра.
До утра.
В закрытом кабинете.
С боссом.
Он сказал, что не тронет меня. Но когда он рядом — воздух становится плотным, тишина давит, а мои пальцы сами тянутся к его руке.
Он — мой босс. Он — опасен. Он — тот, кого я должна бояться.
Но именно его я хочу.
И эта ночь изменит всё.
— Я знаю, — ответила я.
— Или не уволю.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня в упор. Глаза тёмные, почти чёрные.
— Почему? — спросила я.
— Потому что ты единственная, кто остаётся допоздна, чтобы переделать работу.
Я взяла папку и пошла к двери.
Дверь не открылась.
— Сломалась, — сказал он. — Слесаря вызывать поздно.
— Садись, — сказал он. — Мы здесь до утра.
До утра.
В закрытом кабинете.
С боссом.
Он сказал, что не тронет меня. Но когда он рядом — воздух становится плотным, тишина давит, а мои пальцы сами тянутся к его руке.
Он — мой босс. Он — опасен. Он — тот, кого я должна бояться.
Но именно его я хочу.
И эта ночь изменит всё.
— Я устал, Ксюш, — сказал Артём. — Я устал работать за двоих.
— Я ищу работу, — ответила я.
— Ты ищешь уже три года. Поэтому я попросил отца. Он согласился взять тебя в кафе.
Я замерла.
— Я не хочу работать у твоего отца.
— Почему?
— Это неудобно. Он будет смотреть на меня, оценивать. Я не хочу, чтобы он видел, что я ничего не умею.
— Он уже знает, что ты ничего не умеешь. Ты ничего не делаешь, чтобы это изменить.
Он протянул руку и коснулся моей.
— Сделай это для меня. Для нас.
Я согласилась.
Я пришла в кафе и увидела его. Олег Романович. Мой свёкор. Властный, строгий, с сединой на висках и глазами, которые видят насквозь.
Я боялась его. Я боялась работы. Я боялась всего.
Он учил меня работать. Он учил меня не бояться. Он учил меня быть собой.
А потом случилось то, чего я не могла предвидеть.
Он коснулся моей руки. Я не отодвинулась. Он сказал: «Я вижу тебя». Я поверила.
Я не знала, что это неправильно. Или знала, но перестала бояться.
— Я ищу работу, — ответила я.
— Ты ищешь уже три года. Поэтому я попросил отца. Он согласился взять тебя в кафе.
Я замерла.
— Я не хочу работать у твоего отца.
— Почему?
— Это неудобно. Он будет смотреть на меня, оценивать. Я не хочу, чтобы он видел, что я ничего не умею.
— Он уже знает, что ты ничего не умеешь. Ты ничего не делаешь, чтобы это изменить.
Он протянул руку и коснулся моей.
— Сделай это для меня. Для нас.
Я согласилась.
Я пришла в кафе и увидела его. Олег Романович. Мой свёкор. Властный, строгий, с сединой на висках и глазами, которые видят насквозь.
Я боялась его. Я боялась работы. Я боялась всего.
Он учил меня работать. Он учил меня не бояться. Он учил меня быть собой.
А потом случилось то, чего я не могла предвидеть.
Он коснулся моей руки. Я не отодвинулась. Он сказал: «Я вижу тебя». Я поверила.
Я не знала, что это неправильно. Или знала, но перестала бояться.
— Вы не можете забрать у меня малыша!
В защитной стойке закрываю собой дверь детской комнаты.
— Еще как могу, – цинично клацает языком мужчина. – Хватит прятать чужого сына!
Мужчина отталкивает меня, я не в силах его остановить.
— Он не чужой, – выпаливаю в сердцах. – Прошу вас… Он уже мне как родной.
И пусть, что ребенок – внебрачный, от любовницы мужа, я успела полюбить его… Он – мой единственный шанс на материнство.
В защитной стойке закрываю собой дверь детской комнаты.
— Еще как могу, – цинично клацает языком мужчина. – Хватит прятать чужого сына!
Мужчина отталкивает меня, я не в силах его остановить.
— Он не чужой, – выпаливаю в сердцах. – Прошу вас… Он уже мне как родной.
И пусть, что ребенок – внебрачный, от любовницы мужа, я успела полюбить его… Он – мой единственный шанс на материнство.
Когда мир рушится, а мечты превращаются в пыль, остаётся только один выбор — начать сначала. Анастасии 43, и она думала, что её жизнь уже никогда не изменится. Но внутри неё скрыта сила, о которой она даже не подозревала. Эта история — не о спасении принцем, а о том, как женщина учится слышать себя заново и превращает боль в смелость.
Следователь Вика попадает в мир крылатых лордов и становится пленницей жестокого правителя. Он хочет использовать её в тёмном ритуале. Но она узнаёт, что его мёртвая жена выглядела в точности как она. Чтобы выжить, Вике придётся найти настоящего убийцу и пробудить в своём мучителе запретную страсть.
Выберите полку для книги