Книги в жанре «Эротика»

– Пусти, Дан, – пытаюсь вырваться из его рук. – Ты мне никто!
Его пальцы железом смыкаются на моих плечах.
– Ошибаешься, малая! Что ты творишь? Зачем выходишь за него?
– Какое тебе дело? – отвечаю холодно. – Ты не захотел быть со мной! Теперь я принадлежу другому! А ты просто мой верный пес, который охраняет меня и не смеет трогать!
Он меняется в лице, и тут наши губы сталкиваются.
***
Когда-то бравый спецназовец сказал, что я слишком молодая и неопытная для него. Спустя год я выхожу замуж за кавказского олигарха, который более чем в два раза старше.
Казалось бы, начала новую жизнь, но мой жених нанимает моего бывшего моим же телохранителем.

— Ты взял меня силой. Запер, унизил, использовал как инкубатор для наследника, чтобы самому спать с другой. И теперь говоришь о любви?

— Я даю тебе всё: деньги, дом, защиту. Ты родишь сына — получишь свободу. Разве это не сделка?

— Свободу? Ты украл моё тело, моё имя, мой выбор. Ты трус, спрятавшийся за традициями. Я для тебя не жена — дверь к любовнице.

— Я мог сломать тебя. Не сломал.

— Ты просто не смог. Потому что я плюнула тебе в лицо. И буду плевать каждый раз, когда ты называешь меня своей.

— Чего ты хочешь?

— Чтобы ты встал на колени перед той, кого ограбил. И попросил пощады. Не для себя. Для меня.

Отец продал её. Расплатился глухой дочерью, как купюрой — за долги, в чужой дом, в постель к человеку, которого боялся весь род.

Он старше на двадцать лет. Холодный. Опасный для всех — кроме неё. В первую ночь он поднял ей подбородок и произнёс медленно, чтобы она прочла по губам:

— Ты не боишься.

Она не боялась. Она читала каждое слово, что о ней шептали за спиной, — и молчала. Пусть думают, что купили покорную вещь.

Они не знали одного: тихая женщина слышит больше, чем все они вместе. А каменное сердце ломается не силой — тишиной.

Она сама встала перед ним на колени. Сама выбрала. И впервые в жизни выиграла — не у него. У себя.

Жёсткая история о власти, желании и любви, которой не было в договоре.

Моя жизнь превратилась в следственный эксперимент. Ложное обвинение, СИЗО, пятнадцать лет строгого режима — вот что мне сулят за журналистское расследование. А потом в камеру заходит Он.

— Родишь ребенка. Год в моём доме — и ты свободна. Без суда, без статьи.

Я подписываю контракт, потому что выхода нет. Но в его особняке я быстро понимаю: деньги и власть не лечат мёртвые души. Александр учил меня подчиняться, а сам не умеет любить. Теперь я ношу под сердцем его наследника, но хочу не свободы — хочу, чтобы он наконец сказал те три слова, которые сломают его броню. Или мы оба останемся в плену собственного молчания?

Он выключил свет, чтобы наказать меня — дерзкую девчонку. Я ударила его по больной ране и попала в плен его рук. В горах, где стреляют без предупреждения, эта война стала нашей прелюдией. Он — зверь, я — его самая безумная ошибка. Но каково это — любить того, кто убивает, не моргнув?

— Я для тебя кто? Замена? Тень твоей бывшей?
— Ты посмела влезть мне в душу. Теперь ты моя женщина. Моя мишень. И я убью любого, кто посмеет к тебе прикоснуться.
— А если я сама к тебе прикоснусь?
— Тогда ты проиграла. Навсегда.

Он думал, что мертв внутри, но я воскресила его одним дыханием. Между нами — кровь врагов, отчаяние и нежность, от которой сводит кости. Этот мужчина не умеет прощать. Но ради меня он готов сжечь весь город. Наша история — не романтика. Это война, где главный приз — любовь.

— Ты не позвонила, — произнес он, прижимая меня к стене. Его пальцы сжали мой подбородок, заставляя смотреть в темные глаза. — Я ждал.
— Я не обещала.
— А я не привык ждать.
Я хотела оттолкнуть его, но тело предало. Его ладонь уже скользила по мне.
— Ты будешь моей, мышка. И я не спрашиваю разрешения.

Он владелец университета, где я учусь. Он старше, опаснее и намного сильнее меня. Встреча в библиотеке была случайной. Всё, что случилось после, — нет.
Он не просит. Он берет. И, кажется, я не хочу, чтобы он останавливался.

Этот корабль и его суровый капитан — моя последняя возможность убраться с родной планеты. И я готова на всё, чтобы избежать ужасной судьбы.
Продать своё тело? Пусть так.
Стать девочкой для всей команды? И это тоже приемлемо.
Главное, не влюбиться ни в кого из парней. А впрочем...

Я вхожу в офис как на сцену. Меня наняли к самому Марату Тагирову — ледяному адвокату, который терпеть не может, когда кто-то нарушает его идеальный порядок. Он называет меня «колючкой». Я называю его занудой.

— Ты кто вообще такая? — цедит он, сверля меня взглядом.
— Ваша новая головная боль, — улыбаюсь я. — Договорились?

С этого момента начинается наша война. А потом он предлагает контракт: три дня притворяться его женой на курорте, чтобы спасти сделку на полмиллиарда. Цена вопроса — моя невинность, о которой он не знает. Игра, ненависть, поцелуи для камер. Но когда гаснут камеры и падают все маски, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.

– Убери руки, – требует она, но звучит это неубедительно. Скорее как просьба о пощаде.
– А если не уберу? – я наклоняюсь к самому её уху, касаясь губами растрепавшихся волос. – Пожалуешься мамочке? Или перед Кириллом лапки раздвинешь, чтобы защитил от страшного меня?
Я чувствую исходящий от неё жар.
Она горячая. Не просто теплая, а пылающая. Этот жар передается мне, заставляет кровь бежать быстрее.
Я смотрю на её шею. Тонкая, беззащитная. Там, под бледной кожей, бешено бьётся жилка, как у пойманного зверька.
Мне вдруг безумно хочется прижаться к этому месту губами. Попробовать этот пульс на вкус. Укусить. Оставить метку.
Какого хрена?

— Не открывай глаза. Дыши вместе со мной.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.