Я опускаю биту, чувствуя, как бешеное биение сердце постепенно стихает, а на место страха приходит дикое смущение и недоумение.
— Вы... что здесь делаете?! Вы до смерти меня напугали! — обвожу взглядом мокрого от дождя Алексея Дмитриевича. За его спиной сверкает молния, осветив на миг его образ.
— Пришёл лечить тебя, Мари. Ты же хотела вылечиться. Для этого я здесь.
— Что, простите?!
На мой вопрос мужчина резко обхватывает мою талию и заталкивает с крыльца внутрь дома.
Это Алина во всём виновата! "Отличный сексолог!" — говорила она. "Лучший в городе! Тебе точно поможет!"
Только она что-то забыла упомянуть, что этот самый врач красив как бог, и методы лечения у него необычные. Настолько, что я невольно задаюсь вопросом "Он всех так лечит или только мне так повезло?!"
— Вы... что здесь делаете?! Вы до смерти меня напугали! — обвожу взглядом мокрого от дождя Алексея Дмитриевича. За его спиной сверкает молния, осветив на миг его образ.
— Пришёл лечить тебя, Мари. Ты же хотела вылечиться. Для этого я здесь.
— Что, простите?!
На мой вопрос мужчина резко обхватывает мою талию и заталкивает с крыльца внутрь дома.
Это Алина во всём виновата! "Отличный сексолог!" — говорила она. "Лучший в городе! Тебе точно поможет!"
Только она что-то забыла упомянуть, что этот самый врач красив как бог, и методы лечения у него необычные. Настолько, что я невольно задаюсь вопросом "Он всех так лечит или только мне так повезло?!"
Двое мужчин: миллиардер и опасный преступник плюс одна красивая женщина переплетаются в сложных отношениях и одной постели.
"Том целует ей руку, словно спрашивая разрешение. Галантность Бэрера ей нравится. Его образ словно начинает складываться из таких вот мелочей: в первый день помог застегнуть босоножки, сейчас не наваливается, как медведь с объятиями, а аккуратно интересуется. «А почему бы и нет?» — думает Хината и с улыбкой кивает.
Надо уходить, пока не вернулся Дэвис. Его не остановит их присутствие. И словно в подтверждение её мыслей Дэвис вваливается в гостиную, целуясь на ходу с полуголой девушкой. Хината сама тянет Тома в спальню. Тот отрывает взгляд от жаркой сцены и идёт за ней.
Сладострастные стоны преследуют их всю дорогу, и даже дверь спальни не спасает от того, что происходит в гостиной. Но Хината готова признаться себе, что это очень возбуждает. Поэтому она нетерпеливо сама целует Тома, стоит только двери захлопнуться за ними".
"Том целует ей руку, словно спрашивая разрешение. Галантность Бэрера ей нравится. Его образ словно начинает складываться из таких вот мелочей: в первый день помог застегнуть босоножки, сейчас не наваливается, как медведь с объятиями, а аккуратно интересуется. «А почему бы и нет?» — думает Хината и с улыбкой кивает.
Надо уходить, пока не вернулся Дэвис. Его не остановит их присутствие. И словно в подтверждение её мыслей Дэвис вваливается в гостиную, целуясь на ходу с полуголой девушкой. Хината сама тянет Тома в спальню. Тот отрывает взгляд от жаркой сцены и идёт за ней.
Сладострастные стоны преследуют их всю дорогу, и даже дверь спальни не спасает от того, что происходит в гостиной. Но Хината готова признаться себе, что это очень возбуждает. Поэтому она нетерпеливо сама целует Тома, стоит только двери захлопнуться за ними".
- Вот ты и попалась, мышка!
- Не понимаю, чего вы от меня хотите, Михаил Викторович, - сухо отвечаю, стараясь справиться с эмоциями.
- Ты в субботу кое-что забыла, - ухмыляется он, держа в руках маску. Ту самую. Из клуба. - Снова будешь утверждать, что в подсобке была не ты?
Мой босс - невыносимый бабник. Чтобы стать его помощницей, мне пришлось притвориться серой мышкой. Но одна встреча в закрытом клубе, куда мне пришлось пойти, чтобы спасти подругу, и босс выходит на охоту.
Он хочет получить меня.
Но у меня для него сюрприз…
- Не понимаю, чего вы от меня хотите, Михаил Викторович, - сухо отвечаю, стараясь справиться с эмоциями.
- Ты в субботу кое-что забыла, - ухмыляется он, держа в руках маску. Ту самую. Из клуба. - Снова будешь утверждать, что в подсобке была не ты?
Мой босс - невыносимый бабник. Чтобы стать его помощницей, мне пришлось притвориться серой мышкой. Но одна встреча в закрытом клубе, куда мне пришлось пойти, чтобы спасти подругу, и босс выходит на охоту.
Он хочет получить меня.
Но у меня для него сюрприз…
— Ну, здравствуй, Воробушек.
Звук этого голоса я узнала бы из тысячи! Осознание, кому он принадлежит, заставило тело окаменеть.
Не дыша, я откинула голову назад в надежде сбросить густую прядь с лица и посмотреть на настигший меня кошмар.
Пусть это будет галлюцинация! Плод моего больного воображения!
— Рома?!
— Попалась, Птичка!
Она думала, что сбежала от болезненного прошлого, но он развеял её иллюзии в пыль.
Он жаждал наказать ту, которая оставила после себя дыру в сердце, но всё пошло не по плану...
Звук этого голоса я узнала бы из тысячи! Осознание, кому он принадлежит, заставило тело окаменеть.
Не дыша, я откинула голову назад в надежде сбросить густую прядь с лица и посмотреть на настигший меня кошмар.
Пусть это будет галлюцинация! Плод моего больного воображения!
— Рома?!
— Попалась, Птичка!
Она думала, что сбежала от болезненного прошлого, но он развеял её иллюзии в пыль.
Он жаждал наказать ту, которая оставила после себя дыру в сердце, но всё пошло не по плану...
– Думаешь, отвертишься? – хрипит он, шаг за шагом загоняя меня в угол.
– Уйди, – шепчу, прижимая ладони к груди. – Я не выйду за тебя, Алихан. Никогда!
– Никогда? – ухмыляется он. – Посмотрим.
Его ладонь хватает меня за запястье, сильная, обжигающая. Я рвусь прочь, но он тянет ближе, так резко, что я ударяюсь о его грудь.
– Пусти! – мой голос срывается на панический всхлип.
– Ты свела меня с ума с того дня, как переступила этот порог, – рычит он в самое ухо. – Эти дерзкие глаза… Этот нахальный язычок…
Я трясусь, пытаюсь отвернуть лицо, но он вжимается сильнее. Его борода царапает щеку, запах – густой, мужской, тяжелый – накрывает, не давая дышать.
– Я тебя не хочу! – вырывается у меня отчаянно.
Алихан усмехается – хрипло, с насмешкой.
– А твое тело врет, Даяна. Чувствуешь? Оно дрожит не от страха.
– Нет!
– Ты все равно будешь моей, – шипит племянник моей мачехи. – Хочешь ты этого или нет.
– Уйди, – шепчу, прижимая ладони к груди. – Я не выйду за тебя, Алихан. Никогда!
– Никогда? – ухмыляется он. – Посмотрим.
Его ладонь хватает меня за запястье, сильная, обжигающая. Я рвусь прочь, но он тянет ближе, так резко, что я ударяюсь о его грудь.
– Пусти! – мой голос срывается на панический всхлип.
– Ты свела меня с ума с того дня, как переступила этот порог, – рычит он в самое ухо. – Эти дерзкие глаза… Этот нахальный язычок…
Я трясусь, пытаюсь отвернуть лицо, но он вжимается сильнее. Его борода царапает щеку, запах – густой, мужской, тяжелый – накрывает, не давая дышать.
– Я тебя не хочу! – вырывается у меня отчаянно.
Алихан усмехается – хрипло, с насмешкой.
– А твое тело врет, Даяна. Чувствуешь? Оно дрожит не от страха.
– Нет!
– Ты все равно будешь моей, – шипит племянник моей мачехи. – Хочешь ты этого или нет.
Принц эльфов Аэрион ненавидит предстоящую помолвку с человеческой принцессой. Во время охоты на него совершают покушение, и, раненый отравленной стрелой, он оказывается во власти дерзкой незнакомки, которая спасает ему жизнь в своем лесном убежище.
Элара презирает надменных аристократов и не собирается нянчиться с высокомерным эльфом. Но вынужденная близость превращается в опасное притяжение. Между колкостями и взаимными оскорблениями вспыхивает страсть, которой оба отчаянно сопротивляются.
Элара презирает надменных аристократов и не собирается нянчиться с высокомерным эльфом. Но вынужденная близость превращается в опасное притяжение. Между колкостями и взаимными оскорблениями вспыхивает страсть, которой оба отчаянно сопротивляются.
— Застав в новогоднюю ночь мужа со своей сестрой, я убежала в отель, перепутала номера и оказалась в твоей постели, — говорю я, чувствуя, как горят щёки от воспоминаний. — А ты принял меня за девушку по вызову.
— И только утром понял, что ошибся, — завершает он негромко, внимательно наблюдая за мной. — Теперь ты спрашиваешь себя, зачем я хочу ехать с тобой к твоей семье?
Я киваю, боясь взглянуть ему в глаза.
— Затем, — его голос становится жёстче, решительнее, — чтобы они увидели тебя с мужчиной, который не позволит тебя унижать. Чтобы твой муж пожалел, твоя сестра почувствовала себя жалкой, а родители осознали, кого потеряли.
Одна ошибка. Одна ночь. И мужчина, который решил поставить на место тех, кто предал, и вернуть мне самоуважение и веру в себя.
— И только утром понял, что ошибся, — завершает он негромко, внимательно наблюдая за мной. — Теперь ты спрашиваешь себя, зачем я хочу ехать с тобой к твоей семье?
Я киваю, боясь взглянуть ему в глаза.
— Затем, — его голос становится жёстче, решительнее, — чтобы они увидели тебя с мужчиной, который не позволит тебя унижать. Чтобы твой муж пожалел, твоя сестра почувствовала себя жалкой, а родители осознали, кого потеряли.
Одна ошибка. Одна ночь. И мужчина, который решил поставить на место тех, кто предал, и вернуть мне самоуважение и веру в себя.
— Ты монстр, — цежу сквозь зубы.
— Ты даже не представляешь какой, — вкрадчиво произносит мажор мне на ухо. — Ну что, шапка? Погнали, грехи будешь отрабатывать…
— К-куда? Я с тобой не поеду, — упираюсь пятками в пол, но Волков игнорирует меня.
Пытаюсь вырваться из стального захвата, только вот мажор сильнее.
— А ты думала, что со мной так можно? Расхерачила мою тачку и свалила в закат? Не-е-е-е-ет, шапка, ты за это ответишь, — вкрадчиво шепчет Волк.
***
Меня сбил самый опасный мажор нашего универа…и теперь он требует возместить ему ущерб.
— Ты даже не представляешь какой, — вкрадчиво произносит мажор мне на ухо. — Ну что, шапка? Погнали, грехи будешь отрабатывать…
— К-куда? Я с тобой не поеду, — упираюсь пятками в пол, но Волков игнорирует меня.
Пытаюсь вырваться из стального захвата, только вот мажор сильнее.
— А ты думала, что со мной так можно? Расхерачила мою тачку и свалила в закат? Не-е-е-е-ет, шапка, ты за это ответишь, — вкрадчиво шепчет Волк.
***
Меня сбил самый опасный мажор нашего универа…и теперь он требует возместить ему ущерб.
— Аня! — подруга смотрит на меня непривычно серьёзно. — Что ты натворила? Что это за мужик?
— Помнишь, я тебе говорила, что чуть с лестницы не свалилась? Так вот, меня поймал какой-то здоровяк, — немного замялась, не зная, как сформулировать, и продолжаю мямлить. — Я как бы поцеловала его. И даже облизала. Нечаянно. Думаешь, он обиделся?
Глаза Олеси приобретают форму блюдца.
— Значит так, сейчас хватаешь свои манатки и дуешь в общагу. Оттуда ни ногой!
— У нас ещё консультация не кончилась, — пытаюсь слабо возразить.
— Зато у тебя инстинкт самосохранения кончился. В этом клубе частенько бойцы отдыхают. Я же предупреждала, чтоб ты рядом держалась и незнакомых здоровых мужиков за милю обходила. Они ж безбашенные!
***
В моей жизни всегда всё было ясно и понятно. Пока подруга не затащила меня в клуб, где я попала в очень неудобное положение, столкнувшись с суровым мужчиной, оказавшимся бойцом без правил. И всё бы ничего, вот только теперь тот здоровяк активно меня ищет…
— Помнишь, я тебе говорила, что чуть с лестницы не свалилась? Так вот, меня поймал какой-то здоровяк, — немного замялась, не зная, как сформулировать, и продолжаю мямлить. — Я как бы поцеловала его. И даже облизала. Нечаянно. Думаешь, он обиделся?
Глаза Олеси приобретают форму блюдца.
— Значит так, сейчас хватаешь свои манатки и дуешь в общагу. Оттуда ни ногой!
— У нас ещё консультация не кончилась, — пытаюсь слабо возразить.
— Зато у тебя инстинкт самосохранения кончился. В этом клубе частенько бойцы отдыхают. Я же предупреждала, чтоб ты рядом держалась и незнакомых здоровых мужиков за милю обходила. Они ж безбашенные!
***
В моей жизни всегда всё было ясно и понятно. Пока подруга не затащила меня в клуб, где я попала в очень неудобное положение, столкнувшись с суровым мужчиной, оказавшимся бойцом без правил. И всё бы ничего, вот только теперь тот здоровяк активно меня ищет…
– Вы врываетесь ко мне в квартиру с какими-то мешками! Вы ломаете мне дверь! Тащите меня куда-то и заявляете, что вы – мой мужчина! Я ничего не упустила?
– Все так, солнце.
– Да какое я вам солнце? – она всплеснула руками.
– Зубастое. Но симпатишное. Вещи собирай, ты за меня замуж выходишь.
Я встретил ее случайно. Упрямую своевольную докторицу, что вытеснила все мысли. Она пытается сопротивляться, но попробуйте оттащить медведя от меда, если он уже его попробовал.
Все равно моей будешь, бедовая!
– Все так, солнце.
– Да какое я вам солнце? – она всплеснула руками.
– Зубастое. Но симпатишное. Вещи собирай, ты за меня замуж выходишь.
Я встретил ее случайно. Упрямую своевольную докторицу, что вытеснила все мысли. Она пытается сопротивляться, но попробуйте оттащить медведя от меда, если он уже его попробовал.
Все равно моей будешь, бедовая!
Выберите полку для книги