Будучи молодой студенткой, я и подумать не могла о встрече с мужчиной, готового брать от жизни всё, что ему вздумается.
Каждый вечер из глухого дома, стоявшего на отшибе лесной чащи, я слышала далёкий и голодный вой. За полгода к этому не привыкнуть было невозможно. Я часто сидела за рабочим столом, выполняя на ноутбуке домашнюю работу, которой любили заваливать преподаватели в вузе, либо продолжая писать роман о горячем мужчине, преследовавший свою возлюбленную. А за окном в это время ощущала пристальный взгляд вдалеке находящихся зверей, порой пугавших своими огромными размерами.
Глубокой зимней ночью не получалось заснуть - наступила пора сессии. Проговаривая информацию, я и не заметила, как в мою хлипкую дверь настойчиво постучали. И ещё сильнее. И ещё. А потом дверь слетела с петель и вошёл он - тот, кто перевернул мою жизнь. А я заставила его падать на колени.
Каждый вечер из глухого дома, стоявшего на отшибе лесной чащи, я слышала далёкий и голодный вой. За полгода к этому не привыкнуть было невозможно. Я часто сидела за рабочим столом, выполняя на ноутбуке домашнюю работу, которой любили заваливать преподаватели в вузе, либо продолжая писать роман о горячем мужчине, преследовавший свою возлюбленную. А за окном в это время ощущала пристальный взгляд вдалеке находящихся зверей, порой пугавших своими огромными размерами.
Глубокой зимней ночью не получалось заснуть - наступила пора сессии. Проговаривая информацию, я и не заметила, как в мою хлипкую дверь настойчиво постучали. И ещё сильнее. И ещё. А потом дверь слетела с петель и вошёл он - тот, кто перевернул мою жизнь. А я заставила его падать на колени.
— Ты от меня никуда не денешься! — рявкнул он, загораживая проход.
— Еще как денусь! — выкрикнула я в отчаянии.
— Не денешься. — Он усмехнулся, и меня осенило: мне будет легче отомстить ему, чем уйти.
— Еще как денусь! — выкрикнула я в отчаянии.
— Не денешься. — Он усмехнулся, и меня осенило: мне будет легче отомстить ему, чем уйти.
Новый год мы с мужем решаем встретить в компании своих университетских друзей. В числе них есть тот, в кого я когда-то была влюблена. И кого жутко боялась. Сейчас он - муж моей подруги. Мы, наедине, в новогоднюю ночь, и сбывается то, чего я так боялась. Я в его власти. И не могу выбраться.
«Мама, помоги…» — всё, что бьётся в моей голове, когда он зажимает меня между праздничным столом, собой и… берёт то, что давно хотел.
Мои сладкие крошки, эта история об огненной страсти, тлеющей годами любви, предательстве и выборе! Героиня не сможет устоять, и мы не можем судить её за это!;))
Ведь...
- он властный, опасный и очень горячий!
- одержимый, раненый и ласковый
- берёт своё откровенно и до отключки ангела на правом плече
- причина эмоций на разрыв
- причина ХЭ героини
Мыслить трезво невозможно!
«Мама, помоги…» — всё, что бьётся в моей голове, когда он зажимает меня между праздничным столом, собой и… берёт то, что давно хотел.
Мои сладкие крошки, эта история об огненной страсти, тлеющей годами любви, предательстве и выборе! Героиня не сможет устоять, и мы не можем судить её за это!;))
Ведь...
- он властный, опасный и очень горячий!
- одержимый, раненый и ласковый
- берёт своё откровенно и до отключки ангела на правом плече
- причина эмоций на разрыв
- причина ХЭ героини
Мыслить трезво невозможно!
Эльфийка Лирэль должна выстоять в Танце Искушений с Королем Теней, чтобы вернуть украденные надежды своего народа.
Ее оружие — ее тщательно скрываемый порок.
Его оружие — умение читать самые потаенные желания.
В танце, где каждое прикосновение разоблачает душу, победитель и побежденный могут внезапно поменяться местами.
А самый опасный соблазн — найти того, кто поймет твой голод.
Ее оружие — ее тщательно скрываемый порок.
Его оружие — умение читать самые потаенные желания.
В танце, где каждое прикосновение разоблачает душу, победитель и побежденный могут внезапно поменяться местами.
А самый опасный соблазн — найти того, кто поймет твой голод.
❗БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ +1ДЕНЬ❗
— Придержите комплименты для других пациентов. У меня вообще-то муж есть.
Доктор поднимает на меня хищный взгляд и ухмыляется.
— Да, я умею читать. Тут написано, — длинным пальцем стучит по бумагам и интересуется, — Хотите знать мое мнение насчет этого?
— Честно говоря, нет.
— А я все равно отвечу, — в глазах напротив разгорается дьявольский блеск, а мужчина беззастенчиво облизывает губы языком, — Муж не стенка, подвинется.
Ошеломлённо выдыхаю, шокированная чужой наглостью. Да какой нормальный врач скажет такое?!
— Вы же понимаете, что я пришла сюда только для того, чтобы проверить здоровье?, — цежу сквозь зубы, сдерживая злость, — Поскольку мы с мужем хотим завести второго ребенка?
— Не волнуйтесь Таисия, — ухмылка врача становится наглее, пока он хрипло растягивает слова, — Сегодня я сделаю все возможное, чтобы через девять месяцев у вас появился ребенок.
— Придержите комплименты для других пациентов. У меня вообще-то муж есть.
Доктор поднимает на меня хищный взгляд и ухмыляется.
— Да, я умею читать. Тут написано, — длинным пальцем стучит по бумагам и интересуется, — Хотите знать мое мнение насчет этого?
— Честно говоря, нет.
— А я все равно отвечу, — в глазах напротив разгорается дьявольский блеск, а мужчина беззастенчиво облизывает губы языком, — Муж не стенка, подвинется.
Ошеломлённо выдыхаю, шокированная чужой наглостью. Да какой нормальный врач скажет такое?!
— Вы же понимаете, что я пришла сюда только для того, чтобы проверить здоровье?, — цежу сквозь зубы, сдерживая злость, — Поскольку мы с мужем хотим завести второго ребенка?
— Не волнуйтесь Таисия, — ухмылка врача становится наглее, пока он хрипло растягивает слова, — Сегодня я сделаю все возможное, чтобы через девять месяцев у вас появился ребенок.
Провести новогоднюю ночь наедине со сводным, с которым мы, мягко говоря, не ладим? Худший из всех возможных расклад. Но обстоятельства складываются так, что мы фактически застряли в одном доме аж до третьего января! И как будто мне этого недостаточно — так ещё и начинают вскрываться всё новые и новые подробности прошлого, после которых уже ничего не будет прежним.
Марина замерла, лицо вспыхнуло румянцем.
— Паша... Я... Просто решила отвлечься. После ссоры с Димой, — ответила она, её голос дрожал. Ей хотелось провалиться сквозь землю, ведь как объяснить, что молодая жена стоит у входа в стрип-клуб, в то время как его сын сидит дома? Неожиданно она вспомнила первое семейное застолье, где Паша сидел напротив, его взгляд скользил по ней, пока все болтали о пустяках. Тогда она сочла это воображением, но со временем замечала, как он задерживается в комнате, когда она одна, или как его прикосновения при рукопожатии длятся чуть дольше, напоминая о запретном абсурде.
Паша быстро взял себя в руки.
— Не стой на холоде, — сказал он, шагнув ближе, его голос был властным, привыкшим командовать. — Давай зайдем. Я угощаю. Похоже, тебе нужен разговор, а не одиночество.
В его словах сквозила забота, но под ней таилась хитрость, ведь он давно искал повод сблизиться.
— Паша... Я... Просто решила отвлечься. После ссоры с Димой, — ответила она, её голос дрожал. Ей хотелось провалиться сквозь землю, ведь как объяснить, что молодая жена стоит у входа в стрип-клуб, в то время как его сын сидит дома? Неожиданно она вспомнила первое семейное застолье, где Паша сидел напротив, его взгляд скользил по ней, пока все болтали о пустяках. Тогда она сочла это воображением, но со временем замечала, как он задерживается в комнате, когда она одна, или как его прикосновения при рукопожатии длятся чуть дольше, напоминая о запретном абсурде.
Паша быстро взял себя в руки.
— Не стой на холоде, — сказал он, шагнув ближе, его голос был властным, привыкшим командовать. — Давай зайдем. Я угощаю. Похоже, тебе нужен разговор, а не одиночество.
В его словах сквозила забота, но под ней таилась хитрость, ведь он давно искал повод сблизиться.
Фолт с десяти лет знала, как несправедлив этот мир и не пыталась его изменить. Её единственная цель — отомстить за смерть своих родителей. Ради этого она годами училась, тренировалась, модифицировала своё тело. И никто не способен её отвлечь...
Кроме того, кто доведёт мечты о справедливости до крайности. Этот дьявол хорош собой, жесток и знает, на что давить. Только можно ли построить новый мир на костях, оставшихся от старого?
Кроме того, кто доведёт мечты о справедливости до крайности. Этот дьявол хорош собой, жесток и знает, на что давить. Только можно ли построить новый мир на костях, оставшихся от старого?
Ника и Теймурез из разных миров, но это не помешало им полюбить друг друга. Теперь им предстоит главная проверка - на чувства... Ведь со свадьбой Тима не торопится, а у Вероники есть для него важная новость.
Он – враг моего отца. Для него я под запретом. Всегда была, есть и буду. Наши пути никогда не должны были пересечься, и он не должен был спасать мою жизнь. Но спас. Не должен был ко мне приближаться, но переступил черту. И сейчас... он смотрит на меня, как голодный зверь на свою добычу.
– Беги, Арина. Я даю тебе последний шанс, – его голос хриплый, низкий. Он пробирает до костей.
Если он поймает меня, то уже не отпустит. Я совершу самую ужасную ошибку в своей жизни.
Секунда, и я прижата к холодной стене. Вторая, и его горячее дыхание опаляет кожу.
– Слишком медленно, девочка, – хрипит на ухо, – все было по-честному. Я дал шанс, а ты не воспользовалась.
Рывок, треск моей одежды, и я замираю от ужаса под его голодным взглядом.
– Беги, Арина. Я даю тебе последний шанс, – его голос хриплый, низкий. Он пробирает до костей.
Если он поймает меня, то уже не отпустит. Я совершу самую ужасную ошибку в своей жизни.
Секунда, и я прижата к холодной стене. Вторая, и его горячее дыхание опаляет кожу.
– Слишком медленно, девочка, – хрипит на ухо, – все было по-честному. Я дал шанс, а ты не воспользовалась.
Рывок, треск моей одежды, и я замираю от ужаса под его голодным взглядом.
Выберите полку для книги