Читать и слушать книги

У неё нет ни заклинаний, ни армии. Только чашка дрянного травяного чая, острый язык и умение разговорить кого угодно. Ей придётся вычислить хищника, спасти тех, кого он уже почти доломал, и попутно понять, почему её позвали в этот мир именно сейчас.

Я осмелился спросить:

- Вы – инопланетянин?

Мужчина кивнул. О, этот незабываемый кивок! Меня захлестнула такая волна восторга, что я сумел только вымолвить:

- А откуда?

Рука мужчины медленно поднялась, задержалась, словно он на секунду задумался, глядя в потемневшее небо, и указала в том направлении, которое я, когда вырос и вернулся в Тихвин, не раз сверял с картами звёздного неба:

- Вы зовёте это созвездием Цефей.

Акцент! Он говорил с небольшим акцентом. На миг у меня мелькнула мысль, что, возможно, надо мной пытается подшутить иностранец; но чувство чего-то совсем чужого, не покидавшее меня с той минуты, как я впервые разглядел его лицо в сумраке, вновь заставило меня поверить, что передо мной нечто более экзотическое.

- Я пока не знаю никаких созвездий, – вынужден был сознаться я. – Мы в школе не проходили.

Незнакомец, никак не реагируя на мои слова, вновь склонился над пыльной дорожкой. Были слышны хрипы; казалось, он хочет сделать вдох, но не может...

У кого-то после попадания сказка, принцы, драконы и приключения. А у меня одни сплошные трудовые будни, ну что ты скажешь!

Поверила красавчику-дракону и чуть было не пропала. Осталась без денег, без работы и была вынуждена уехать в деревню, а там свои правила… А у меня свои! Я же не просто юная сирота, а попаданка!
И, если бывший решит снова появиться, то его будет ждать сюрприз!

ХЭ гарантирован

Пятнадцать лет Элария спасала состояние мужа-дракона, управляла его землями и исправляла последствия его решений. А потом Рейгард потребовал развод прямо перед драконьим советом и оставил ей двадцать золотых и заброшенную меняльную контору с огромным долгом.

Он был уверен: без его имени она не продержится и недели.

Но под полом старого здания Элария находит Реестр равновесия — книгу, которая помнит труд женщин, чьи заслуги, предприятия и деньги присвоили семьи и бывшие мужья.

Так появляется Банк второго имени — место, где отвергнутым жёнам не требуется чужое разрешение, чтобы открыть собственный счёт, вернуть своё дело и начать жизнь заново.

Чем успешнее становится банк, тем опаснее тайны, которые он раскрывает. Дом Арвесс требует вернуть Реестр. Королевская казна пытается закрыть учреждение. По городу расходятся поддельные обязательства с подписью Эларии.

Я заставила его войти в тёплое озеро и сама встала у кромки.
— Наклонитесь, — сказала я.
Он подчинился. Я запустила пальцы в его спутанные волосы, разбирая колтуны. Он замер, только дыхание стало рваным. Каждое моё прикосновение отзывалось в нём дрожью.
— Госпожа касается меня, — прошептал он. — Ваши руки…
— Помолчите.
Я тёрла его плечи, спину, смывала пятнадцать лет одиночества. Он закрыл глаза и, кажется, молился. А потом он поднял на меня взгляд, полный такого благоговения и боли, что у меня перехватило дыхание.

Я всего лишь зашла в пещеру переждать дождь. А нашла там дроу, который пятнадцать лет провёл в заточении и теперь целует мои кроссовки, называя посланницей звёзд. Он ждал богиню. Он верит, что я — его спасение. Вот только я не знаю, что страшнее: проклятие, которое держит нас обоих, или то, как он на меня смотрит. Потому что в его безумном благоговении есть что-то, от чего я уже не хочу бежать.

Мне сорок пять, и я прекрасно умела разбираться с жильцами, договорами, долгами и чужими конфликтами. Но одна служебная дверь вывела меня не в техническое помещение, а в другой мир — прямо в старый приют, который собирались закрыть.

А древняя хартия почему-то признала меня его хранителем.

В тот же день на пороге появилась жена дракона и попросила защиты. Потом вторая. Третья. Все из разных влиятельных домов. Все пришли добровольно. И каждой кто-то очень вовремя подсказал один и тот же адрес.

Вскоре выяснилось: если под крышей «Семи порогов» соберутся семь жен семи старших драконьих домов, последствия затронут уже не только их семьи. Кто-то превратил чужие ссоры, страхи и право на собственное решение в часть большой политической игры.

Теперь мне нужно сохранить приют, понять, кто и зачем собирает здесь этих женщин, и не позволить сделать их выбор оружием.

Она провела пальцами по его коже — там, где чёрные линии были особенно густыми. Они пульсировали под её прикосновением. Тёплые. Живые. Будто что-то внутри отзывалось на неё. Что-то древнее. Что-то, чего она не понимала.

Вспышка.

Глаза Рейнара вспыхнули золотом — ярким, невозможным. Он схватил её за запястье. Резко. Сильно. Так, что она вскрикнула. Но не отпустил.

Он смотрел на неё — но не на неё. Куда-то сквозь. Будто видел что-то, чего не видела она.

— Моя, — сказал он.

Голос был не его. Глубже, ниже, древнее. Голос, который шёл откуда-то изнутри.

А потом он оттолкнул её. Резко. Грубо. И отвернулся — к окну, за которым сгущались сумерки.

— Уходи, — сказал он. — Сейчас же.

Она не ушла.

У меня три фаворитки. Ледяное сердце. Репутация безжалостного чудовища. И королевство, которое я готов защищать любой ценой.
Она — ведьма ядов. Девчонка, которая посмела поцеловать меня, чтобы убить. Но не ожидала, что я вступлю в эту игру.
Теперь Ярина заложница в моём замке. А я её единственная защита перед скальдами, которые жаждут получить её в качестве дани.
Между нами — ненависть, ложь, поцелуй, который мог стать смертельным, и обещание, которое я не вправе дать.
Но что, если самая опасная игра — это не дворцовые или политические интриги, а игра в любовь, к которой я не был готов?

- Я так скучал… так скучал по тебе, Кати…
Его горячие пальцы скользят по моей коже.
Ненавижу!!!
- Серьёзно?! Разве твоя новая жена давала тебе скучать!
- Не язви, Кати, мы оба знаем, почему я взял ещё одну жену.
- Да, отпусти же меня!
- Никогда, - горячий шёпот мужа касается моих губ, - никогда не отпущу тебя, Кати!
- Ты нарушил свою клятву! Ты мне больше не муж!
- Отрекаешься от меня? Ненавидишь? А как же твои клятвы, Кати?! – мрачно оглядывает меня с головы до ног, - ты обещала родить мне наследника, но за десять лет так и не исполнила своей клятвы, - в его голосе презрение, а в моей душе растекается лёд.
Ребёнок.
Как я мечтала о нём!
Как мы мечтали…
- Мы могли пройти ритуал в храме Огня! – надрывно кричу и отчаяние прорывается в моём надломленном голосе.
- Не ври себе! Он бы не помог! – бросает мне в лицо горькую правду, - все лекари признали, что ты бесплодна, Кати!

В тексте присутствуют нецензурные выражения и жестокие сцены, откровенные сцены секса, очень эмоциона