Читать и слушать книги
Я подошла к кабинету мужа и совсем немного приоткрыла дверь, бесшумно, незаметно.
— Ну и дура эта сиротка!
Я вздрогнула. Этот голос я узнала бы даже через тысячу лет. Кристина. Бывшая Кирилла.
Кирилл рассмеялся, бархатисто, весело. Со мной он уже давно так не смеялся. Я бесшумно сползла по стене и зажала рот ладонью, чтобы не закричать.
— И когда развод, котик? Я спать не могу, зная, что ты после меня уезжаешь к этой дряни.
— Осталось совсем немного, вот продадим дом ее бабки, переведем мне деньги и все, вышвырну эту овцу на улицу. Разведусь. Бывшая женушка получит только свою законную половину от ничего. Ох, как я от нее устал. Иди сюда.
Послышались звуки влажных поцелуев и меня едва не вывернуло на дорогой красный ковер.
— Ну и дура эта сиротка!
Я вздрогнула. Этот голос я узнала бы даже через тысячу лет. Кристина. Бывшая Кирилла.
Кирилл рассмеялся, бархатисто, весело. Со мной он уже давно так не смеялся. Я бесшумно сползла по стене и зажала рот ладонью, чтобы не закричать.
— И когда развод, котик? Я спать не могу, зная, что ты после меня уезжаешь к этой дряни.
— Осталось совсем немного, вот продадим дом ее бабки, переведем мне деньги и все, вышвырну эту овцу на улицу. Разведусь. Бывшая женушка получит только свою законную половину от ничего. Ох, как я от нее устал. Иди сюда.
Послышались звуки влажных поцелуев и меня едва не вывернуло на дорогой красный ковер.
– Ваша встреча с этой… этой замухрышкой, просто злая шутка какая-то! – съехидничала свекровь.
– Не говори так о Лизе, – грозно произнес муж.
– А как же мне о ней говорить? Подобрал среди ночи на обочине, отмыл, обогрел и нате вам – женился. Никого ведь не послушал. Я тебе говорю, ни в какой беде твоя Лизка-подлизка не была, стояла там, телом торговала.
– Мама!
– Не кричи на меня! Перед людьми стыдно. Мальчишка совсем на тебя не похож. Нет в нем нашей породы. Не пойми от кого родила.
– Антошка – мой сын! – удар кулаком по столу, и я даже подпрыгнула. Какая же злая женщина моя свекровь. – И не смей говорить иначе. Слышишь? Я запрещаю. А то внука больше не увидишь!
Я приложилась спиной к стене и улыбнулась сквозь слезы.
Спасибо, что заступаешься, любимый. Это так ценно для меня.
– Не пара она тебе. Да ты и сам все знаешь, чувствуешь, иначе не изменил бы ей. Вот почему тебя на другую потянуло. Вот почему ребенка на стороне завел... Родного...
– Не говори так о Лизе, – грозно произнес муж.
– А как же мне о ней говорить? Подобрал среди ночи на обочине, отмыл, обогрел и нате вам – женился. Никого ведь не послушал. Я тебе говорю, ни в какой беде твоя Лизка-подлизка не была, стояла там, телом торговала.
– Мама!
– Не кричи на меня! Перед людьми стыдно. Мальчишка совсем на тебя не похож. Нет в нем нашей породы. Не пойми от кого родила.
– Антошка – мой сын! – удар кулаком по столу, и я даже подпрыгнула. Какая же злая женщина моя свекровь. – И не смей говорить иначе. Слышишь? Я запрещаю. А то внука больше не увидишь!
Я приложилась спиной к стене и улыбнулась сквозь слезы.
Спасибо, что заступаешься, любимый. Это так ценно для меня.
– Не пара она тебе. Да ты и сам все знаешь, чувствуешь, иначе не изменил бы ей. Вот почему тебя на другую потянуло. Вот почему ребенка на стороне завел... Родного...
– Я же лучше Соньки? Скажи, Макс. Лучше?
С придыханием шептала моя сестра, сидя на кухонном столе, пока мой муж стоял между её ног.
Они были так заняты собой, что меня даже не заметили.
– Когда ты скажешь ей, что уходишь? – спрашивала сестра отрывисто, сквозь рваные вздохи.
А я тем временем в ужасе загибалась. Сердце раненой птицей трепыхалось. Мы четыре года вместе.
Господи, как они могли? Два близких человека. Те, кому я доверяла.
– Ну и сволочи же вы! – вырвалось из меня, прежде чем что-либо успела понять.
Смотрела на них с ненавистью. И даже понять не могла, кого ненавижу больше: мужа или сестру. Наверное, обоих одинаково сильно.
– Соня? – муж нервными движениями начал застёгивать брюки. – Почему ты так рано? – будто даже агрессивно вышло.
– А мне кажется, как раз таки вовремя. – произнесла не своим голосом.
- Сильная героиня знающая себе цену
- ХЭ для героини
С придыханием шептала моя сестра, сидя на кухонном столе, пока мой муж стоял между её ног.
Они были так заняты собой, что меня даже не заметили.
– Когда ты скажешь ей, что уходишь? – спрашивала сестра отрывисто, сквозь рваные вздохи.
А я тем временем в ужасе загибалась. Сердце раненой птицей трепыхалось. Мы четыре года вместе.
Господи, как они могли? Два близких человека. Те, кому я доверяла.
– Ну и сволочи же вы! – вырвалось из меня, прежде чем что-либо успела понять.
Смотрела на них с ненавистью. И даже понять не могла, кого ненавижу больше: мужа или сестру. Наверное, обоих одинаково сильно.
– Соня? – муж нервными движениями начал застёгивать брюки. – Почему ты так рано? – будто даже агрессивно вышло.
– А мне кажется, как раз таки вовремя. – произнесла не своим голосом.
- Сильная героиня знающая себе цену
- ХЭ для героини
- Не жди, он уже поужинал, - гласило сообщение, пришедшее на мой телефон.
Ткнув дрожащими пальцами по экрану я увидела то, что ни одна женщина в мире не готова лицезреть. Мой, теперь точно бывший муж спокойненько спит в чужой постели.
Развод и последовавшее за ним разочарование, толкнули меня на глупость. Поход в элитный клуб был ошибкой! Там, я встретила двух братьев, которые свели с ума своей страстью, а позже заявили, что не отпустят.
Ткнув дрожащими пальцами по экрану я увидела то, что ни одна женщина в мире не готова лицезреть. Мой, теперь точно бывший муж спокойненько спит в чужой постели.
Развод и последовавшее за ним разочарование, толкнули меня на глупость. Поход в элитный клуб был ошибкой! Там, я встретила двух братьев, которые свели с ума своей страстью, а позже заявили, что не отпустят.
— Ваш муж — отец моего сына, — повторяет Мария, глядя на меня.
— Почему вы говорите это мне?
Разум отказывается воспринимать происходящее, а только что услышанные слова кажутся пустым звуком.
— Потому что это — правда! Вот, смотрите!
Не дает мне опомниться, достаёт смартфон и суёт мне в лицо открытый альбом с фотографиями.
Беременная Мария — с моим мужем. Выписка из роддома. Фотосессия в годик мальчика. Парк аттракционов. Больничный городок…
— Теперь вы понимаете? — произносит Мария. — Матвей живёт с нами, как семьёй, пока вы думаете, что он на своих турбазах.
— Вы бредите. Убирайтесь!
Нет, это точно происки конкурентов! Фотошоп.
— Постойте! — Мария меняется в лице. — Помогите! Мой сын… Он очень болен! И только Матвей может помочь…
Моя идеальная жизнь закончилась в один миг. У моего мужа есть трёхлетний сына с другой женщиной, который болен. Но муж не хочет развод. Пока. Он же ещё не подготовился, чтобы оставить меня с дочкой у разбитого корыта. Но этому не бывать!
— Почему вы говорите это мне?
Разум отказывается воспринимать происходящее, а только что услышанные слова кажутся пустым звуком.
— Потому что это — правда! Вот, смотрите!
Не дает мне опомниться, достаёт смартфон и суёт мне в лицо открытый альбом с фотографиями.
Беременная Мария — с моим мужем. Выписка из роддома. Фотосессия в годик мальчика. Парк аттракционов. Больничный городок…
— Теперь вы понимаете? — произносит Мария. — Матвей живёт с нами, как семьёй, пока вы думаете, что он на своих турбазах.
— Вы бредите. Убирайтесь!
Нет, это точно происки конкурентов! Фотошоп.
— Постойте! — Мария меняется в лице. — Помогите! Мой сын… Он очень болен! И только Матвей может помочь…
Моя идеальная жизнь закончилась в один миг. У моего мужа есть трёхлетний сына с другой женщиной, который болен. Но муж не хочет развод. Пока. Он же ещё не подготовился, чтобы оставить меня с дочкой у разбитого корыта. Но этому не бывать!
— Оля приезжала к своим родителям. Машина премиум класса. Сама за рулём. Фигурка совсем не поменялась. Выглядит роскошно. — свекровь продолжала подробно рассказывать о совсем незнакомой мне женщине. — Здоровается всегда со мной, спрашивает о моем самочувствии. Хорошая девочка.
— Мам, ладно. Давай уже сменим тему. — Максим заметно нервничал.
Я с интересом смотрела на мужа и вслушивалась в их разговор.
— А что такого? Она все-таки не чужой нам человек. Первая любовь твоя. Помню, как ты жениться на ней хотел...
— Мам! — Максим перебил Аллу Леонидовну.
Лицо мужа покраснело.
Никогда раньше я не слышала о его влюбленностях. Вообще, считала, что главная любовь в жизни мужа — это я.
— Максим, мы должны быть благодарны Ольге. Ведь она смогла вернуть тебя на родину. Теперь ты работаешь в Москве с ее помощью, в клинике Ольги!
Аллу Леонидовну было уже не заткнуть.
Максим уже не знал, как сделать так, чтобы мать замолчала.
— Кто эта Ольга?! - я в ужасе смотрела на муж
— Мам, ладно. Давай уже сменим тему. — Максим заметно нервничал.
Я с интересом смотрела на мужа и вслушивалась в их разговор.
— А что такого? Она все-таки не чужой нам человек. Первая любовь твоя. Помню, как ты жениться на ней хотел...
— Мам! — Максим перебил Аллу Леонидовну.
Лицо мужа покраснело.
Никогда раньше я не слышала о его влюбленностях. Вообще, считала, что главная любовь в жизни мужа — это я.
— Максим, мы должны быть благодарны Ольге. Ведь она смогла вернуть тебя на родину. Теперь ты работаешь в Москве с ее помощью, в клинике Ольги!
Аллу Леонидовну было уже не заткнуть.
Максим уже не знал, как сделать так, чтобы мать замолчала.
— Кто эта Ольга?! - я в ужасе смотрела на муж
КНИГА ЗАВЕРШЕНА!! СКИДКА!! ДАЛЕЕ - ПОВЫШЕНИЕ ЦЕНЫ
-Я сплю с твоим мужем. Уже больше года. У нас будет ребенок. Ты должна его отпустить. Он все равно будет моим! - торжествующе говорит пигалица, глядя на меня с вызовом.
Любовница Савелия не собирается сдаваться. У нее под сердцем больше, чем плод измены.
Муж меня предал. За спиной изменял и притащил в наш дом свою подстилку. Девочка Наташа, которой я вчера еще куклы дарила, нагло увела моего мужа.
Внутри все сжирает пустота, горечь проникает в душу.
В медицинском центре встречаю мужа. Сава идет к любовнице, у него в руках документы.
Увидев меня, лицо мужа вытягивается и становится непроницаемым.
-Ева, что ты здесь делаешь? Ты следила за мной? - озадаченно осматривает меня и Наталью.
-Я все знаю. Как ты мог?! Я подаю на развод, - с болью выдыхаю.
-Иди в машину. Дома разберемся, - говорит, как ни в чем ни бывало
-Я сплю с твоим мужем. Уже больше года. У нас будет ребенок. Ты должна его отпустить. Он все равно будет моим! - торжествующе говорит пигалица, глядя на меня с вызовом.
Любовница Савелия не собирается сдаваться. У нее под сердцем больше, чем плод измены.
Муж меня предал. За спиной изменял и притащил в наш дом свою подстилку. Девочка Наташа, которой я вчера еще куклы дарила, нагло увела моего мужа.
Внутри все сжирает пустота, горечь проникает в душу.
В медицинском центре встречаю мужа. Сава идет к любовнице, у него в руках документы.
Увидев меня, лицо мужа вытягивается и становится непроницаемым.
-Ева, что ты здесь делаешь? Ты следила за мной? - озадаченно осматривает меня и Наталью.
-Я все знаю. Как ты мог?! Я подаю на развод, - с болью выдыхаю.
-Иди в машину. Дома разберемся, - говорит, как ни в чем ни бывало
- Михал Мих-алыч, что Вы там ищ-щите под столом, - выдыхаю, заикаясь. - П-пирож-жок?
- Пирожок уже нашел. Перестань дёргаться, - рычит Медведь.
- Дёрг…что?! Да я даже дышать не могу, - мямлю, пока правая рука босса шарит у меня под ногой. - Вылезайте! Вам что там мёдом намазано?
- Пирожкова! Что это?! - босс замирает…
- Крышка от бочонка с медом…А Вы о чем думали?!
- Предупреждать надо, Маша…
- А спросить заранее?! Язык Вам на что? - шепчу, боясь его реакции.
- Язык, да, Маша?! Ну, с этим мы сейчас тоже разберемся, - хрипит Михаило, вылезая из-под стола и откусывая, найденный, румяный пирожок.
Даже и подумать не могла, чем обернётся для меня кулинарный баттл братьев Медведей…
- Пирожок уже нашел. Перестань дёргаться, - рычит Медведь.
- Дёрг…что?! Да я даже дышать не могу, - мямлю, пока правая рука босса шарит у меня под ногой. - Вылезайте! Вам что там мёдом намазано?
- Пирожкова! Что это?! - босс замирает…
- Крышка от бочонка с медом…А Вы о чем думали?!
- Предупреждать надо, Маша…
- А спросить заранее?! Язык Вам на что? - шепчу, боясь его реакции.
- Язык, да, Маша?! Ну, с этим мы сейчас тоже разберемся, - хрипит Михаило, вылезая из-под стола и откусывая, найденный, румяный пирожок.
Даже и подумать не могла, чем обернётся для меня кулинарный баттл братьев Медведей…
Ещё в младенчестве меня удочерили богатые дальние родственники. Мне кажется, они это сделали, чтобы всегда иметь под рукой кого-то, на ком можно сорвать злость. А с тех пор как их родная дочь и как бы моя сестра обзавелась влиятельным женихом, число людей, желающих надо мной поиздеваться, выросло. Жених сестры без всякой причины невзлюбил меня с первой секунды. Я даже поздороваться с ним не успела, как он одарил меня уничтожающим взглядом. Причём, если я ему так неприятна, ну, не смотрел бы в мою сторону, но нет же, постоянно с ненавистью косится, вмешивается в мои дела, учит уму-разуму и открыто преследует.
– Я на должность штатного юриста…
Босс медленно, будто бы испытывая мои нервные клетки на прочность, поворачивается ко мне лицом. И я с ужасом узнаю его…
Мою любовь. Мою ненависть. Мою смертельную рану, и…
– Вот мы и встретились вновь, Лаврова Юлия, – ледяным голосом произносит мужчина.
С болью в глазах смотрю на этого человека. На мужчину, который три года назад бессердечно отправил меня на аборт.
Не хочу быть здесь. Не могу. Но мне очень нужна эта работа.
Ведь от нее зависит жизнь нашей дочери. Той самой, которой по его приказу не должно было быть.
Босс медленно, будто бы испытывая мои нервные клетки на прочность, поворачивается ко мне лицом. И я с ужасом узнаю его…
Мою любовь. Мою ненависть. Мою смертельную рану, и…
– Вот мы и встретились вновь, Лаврова Юлия, – ледяным голосом произносит мужчина.
С болью в глазах смотрю на этого человека. На мужчину, который три года назад бессердечно отправил меня на аборт.
Не хочу быть здесь. Не могу. Но мне очень нужна эта работа.
Ведь от нее зависит жизнь нашей дочери. Той самой, которой по его приказу не должно было быть.
Выберите полку для книги