Книги в жанре «Современный любовный роман»
Я застыл, чувствуя, как в груди закипает смесь злости и чистого, концентрированного изумления. Кто она, чёрт возьми, такая?
– Ты совсем страх потеряла? – прорычал я, подаваясь вперёд, нависая над ней всей своей массой.
Она не дрогнула. Только вскинула подбородок. Её глаза – пронзительно-яркие, уверенные – уставились на меня.
– Мне нужна помощь.
– Помощи нет, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал максимально безразлично, хотя внутри всё уже ходило ходуном. – Здесь вообще никого нет. Ни радио, ни телефона, ни связи с внешним миром. Деревня вымерла ещё до того, как я сюда заехал.
В этот момент, когда она подалась чуть вперёд, чтобы ответить, воздух между нами как будто сгустился. Я не ожидал этого. Я не ждал никакой реакции, кроме раздражения. Но стоило мне задержать взгляд на её губах, на том, как капли дождя стекают по её шее к вороту пиджака...
– Ты совсем страх потеряла? – прорычал я, подаваясь вперёд, нависая над ней всей своей массой.
Она не дрогнула. Только вскинула подбородок. Её глаза – пронзительно-яркие, уверенные – уставились на меня.
– Мне нужна помощь.
– Помощи нет, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал максимально безразлично, хотя внутри всё уже ходило ходуном. – Здесь вообще никого нет. Ни радио, ни телефона, ни связи с внешним миром. Деревня вымерла ещё до того, как я сюда заехал.
В этот момент, когда она подалась чуть вперёд, чтобы ответить, воздух между нами как будто сгустился. Я не ожидал этого. Я не ждал никакой реакции, кроме раздражения. Но стоило мне задержать взгляд на её губах, на том, как капли дождя стекают по её шее к вороту пиджака...
— Ты специально? Решила забеременеть сейчас. Думаешь, это меня остановит?
— Ты серьезно? У нас будет ребенок.
— У тебя будет ребенок.
Две полоски на тесте. Две полоски — и вся жизнь Алисы переворачивается. Она мчится к мужу, чтобы сообщить о беременности, а находит его в кабинете с лучшей подругой. В руках — коробка с дорогими часами, подарок на годовщину. В кармане его пиджака — чек на браслет с сапфирами, который она никогда не получала.
— Ты серьезно? У нас будет ребенок.
— У тебя будет ребенок.
Две полоски на тесте. Две полоски — и вся жизнь Алисы переворачивается. Она мчится к мужу, чтобы сообщить о беременности, а находит его в кабинете с лучшей подругой. В руках — коробка с дорогими часами, подарок на годовщину. В кармане его пиджака — чек на браслет с сапфирами, который она никогда не получала.
Я устроилась секретаршей в компанию своей мечты.
Новый босс оказался именно таким, каким и должен быть мужчина из женских романов: успешным, уверенным, красивым... и совершенно невыносимым.
А потом однажды он посмотрел на меня слишком внимательно и произнёс:
— Что же... ты меня не узнала?
С этого момента моя спокойная жизнь закончилась.
Теперь между нами слишком много недоговорённостей, случайных взглядов и странных совпадений. Кажется, мой начальник знает обо мне намного больше, чем должен. И чем ближе мы становимся, тем сильнее я боюсь узнать правду.
Потому что некоторые ошибки прошлого никогда не исчезают.
Они просто однажды возвращаются... в дорогом костюме и занимают кабинет генерального директора.
Новый босс оказался именно таким, каким и должен быть мужчина из женских романов: успешным, уверенным, красивым... и совершенно невыносимым.
А потом однажды он посмотрел на меня слишком внимательно и произнёс:
— Что же... ты меня не узнала?
С этого момента моя спокойная жизнь закончилась.
Теперь между нами слишком много недоговорённостей, случайных взглядов и странных совпадений. Кажется, мой начальник знает обо мне намного больше, чем должен. И чем ближе мы становимся, тем сильнее я боюсь узнать правду.
Потому что некоторые ошибки прошлого никогда не исчезают.
Они просто однажды возвращаются... в дорогом костюме и занимают кабинет генерального директора.
Семь лет они были лучшими друзьями. А потом решили переспать.
Теперь просто дружить уже не получается, а заводить отношения слишком опасно. Осталось понять одно: это была ошибка или начало чего-то большего?
Теперь просто дружить уже не получается, а заводить отношения слишком опасно. Осталось понять одно: это была ошибка или начало чего-то большего?
Вчера я думала, что у меня идеальная семья, а сегодня мой муж-профессор сказал, что такая старая толстая курица никому не нужна.
Вышвырнул меня из университета и из своей жизни. Его любовница, и по совместительству моя подруга, предала меня.
Я начинаю с нуля – без денег, без работы, без поддержки, с ребёнком на руках.
Вышвырнул меня из университета и из своей жизни. Его любовница, и по совместительству моя подруга, предала меня.
Я начинаю с нуля – без денег, без работы, без поддержки, с ребёнком на руках.
Полина работает медсестрой в прифронтовом госпитале. Она спасает, поддерживает, но не позволяет себе привязываться ни к кому, ведь прощания здесь слишком часто бывают молчаливыми.
Штурмовик Андрей попадает к ней на лечение, и вдруг находит в ней то, ради чего хочется бороться дальше. На её шутливое «Найди меня, когда выздоровеешь» он внутренне отвечает себе, что обязательно найдет.
Серьёзное ранение возвращает Андрея на гражданку, и теперь его главная цель в том, чтобы сдержать данное себе слово и отыскать ту самую медсестру, чей образ не стёрся ни под грохот снарядов, ни под боль.
Получится ли ему её найти? И станет ли эта встреча для Полины чем-то большим, чем страница, которую пора закрыть?
Штурмовик Андрей попадает к ней на лечение, и вдруг находит в ней то, ради чего хочется бороться дальше. На её шутливое «Найди меня, когда выздоровеешь» он внутренне отвечает себе, что обязательно найдет.
Серьёзное ранение возвращает Андрея на гражданку, и теперь его главная цель в том, чтобы сдержать данное себе слово и отыскать ту самую медсестру, чей образ не стёрся ни под грохот снарядов, ни под боль.
Получится ли ему её найти? И станет ли эта встреча для Полины чем-то большим, чем страница, которую пора закрыть?
Двадцать пять лет я жена генерала и двенадцать — заведующая садом в военном городке. Я знаю каждый вентиль в подвале и каждого ребёнка по имени.
В пятницу воспитательница приносит мне на подпись список, кто забирает новенького.
Кондрашов Архип. Мать — Кондрашова Ульяна Сергеевна. Ниже тем же круглым почерком: Шаповал Эдуард Робертович, отец.
За окном горят фары служебной машины моего мужа.
— Архипка, домой. — Она замечает меня и улыбается по-хорошему, без злости. — Вы же Римма Викторовна? Эдуард сказал, вы в курсе.
Я не была в курсе. Но без моей подписи этого мальчика отсюда никто не заберёт.
В пятницу воспитательница приносит мне на подпись список, кто забирает новенького.
Кондрашов Архип. Мать — Кондрашова Ульяна Сергеевна. Ниже тем же круглым почерком: Шаповал Эдуард Робертович, отец.
За окном горят фары служебной машины моего мужа.
— Архипка, домой. — Она замечает меня и улыбается по-хорошему, без злости. — Вы же Римма Викторовна? Эдуард сказал, вы в курсе.
Я не была в курсе. Но без моей подписи этого мальчика отсюда никто не заберёт.
Мой муж красив, как греческий бог, и холоден, как мрамор. За шесть лет он ни разу не повысил голос. Никогда не ревновал. Я думала, что ему все равно. Я устала быть единственной, кто любит в этих отношениях.
Но в его дневнике — крик.
«Схожу с ума. Красота уходит. А за красотой уходит любовь. Такова моя участь».
Теперь он часами стоит перед зеркалом. Он надевает кружевную пижаму, которую ненавидел. Он стоит под моим окном под дождем, как побитый пес, и тихо шепчет в темноте: «Развода не может быть». Я хотела развестись из-за его холодности. А он, оказывается, был готов убивать ради того, чтобы я осталась.
P.S. Никаких измен. Никаких драм на пустом месте. Только любовь, которая боится собственной силы.
Но в его дневнике — крик.
«Схожу с ума. Красота уходит. А за красотой уходит любовь. Такова моя участь».
Теперь он часами стоит перед зеркалом. Он надевает кружевную пижаму, которую ненавидел. Он стоит под моим окном под дождем, как побитый пес, и тихо шепчет в темноте: «Развода не может быть». Я хотела развестись из-за его холодности. А он, оказывается, был готов убивать ради того, чтобы я осталась.
P.S. Никаких измен. Никаких драм на пустом месте. Только любовь, которая боится собственной силы.
Красавица и Чудовище на современный лад.
- Ну что, Светлана? Поговорим?
- О чём? Нам не о чем с вами разговаривать.
- Как же не о чем? Вчера обозначил позицию. Я человек слова. - Он наклоняется ближе. Запах дорогого одеколона. - Все доказательства в полиции. Ждут команды Фас. И вместо лечения твой отец поедет в другое казённое заведение. Там с ним церемониться не будут. А здоровье… хрупкая штука.
- Чего вы хотите? - шепчу, сжимая руль.
- Сказал вчера. Тебя.
- Зачем? Отцу отомстить? Он же с приступом в больнице!
- Недостаточно. Станешь моей женой. Родишь наследника. И дед не станет разорять внука. Логично?
- Вы сумасшедший? Какой наследник?! Вы фильмов пересмотрели?!
- Нет. Романов перечитал. Ты же больше по романам? - уголок губ дрогнул. Не улыбка. Насмешка.
Откуда он знает?!
Сердце замерло. Уже пробил. Изучил. Как персонажа в книге.
- Я отказываюсь.
- Твоё право. Ты в этом в этой ситуации разменная монета. Не виновата в грехах отца. - Он разворачивается, достаёт телефон.
- Ну что, Светлана? Поговорим?
- О чём? Нам не о чем с вами разговаривать.
- Как же не о чем? Вчера обозначил позицию. Я человек слова. - Он наклоняется ближе. Запах дорогого одеколона. - Все доказательства в полиции. Ждут команды Фас. И вместо лечения твой отец поедет в другое казённое заведение. Там с ним церемониться не будут. А здоровье… хрупкая штука.
- Чего вы хотите? - шепчу, сжимая руль.
- Сказал вчера. Тебя.
- Зачем? Отцу отомстить? Он же с приступом в больнице!
- Недостаточно. Станешь моей женой. Родишь наследника. И дед не станет разорять внука. Логично?
- Вы сумасшедший? Какой наследник?! Вы фильмов пересмотрели?!
- Нет. Романов перечитал. Ты же больше по романам? - уголок губ дрогнул. Не улыбка. Насмешка.
Откуда он знает?!
Сердце замерло. Уже пробил. Изучил. Как персонажа в книге.
- Я отказываюсь.
- Твоё право. Ты в этом в этой ситуации разменная монета. Не виновата в грехах отца. - Он разворачивается, достаёт телефон.
Испанские страсти по-русски 🔥
Она сбежала в Барселону от отца и «перспективных женихов».
Он прилетел решить проблему с сыном.
Их свёл скандал в баре: она заступилась за официантку и разбила нос его сыну. А связала турбулентность на высоте десяти тысяч метров.
Ей тридцать два, ему сорок пять. Между ними — тысячи километров, гордость и страх. Но её завораживают его руки, а он не может отпустить ту, что сказала ему «нет».
Что победит — расстояние или чувства?
Она сбежала в Барселону от отца и «перспективных женихов».
Он прилетел решить проблему с сыном.
Их свёл скандал в баре: она заступилась за официантку и разбила нос его сыну. А связала турбулентность на высоте десяти тысяч метров.
Ей тридцать два, ему сорок пять. Между ними — тысячи километров, гордость и страх. Но её завораживают его руки, а он не может отпустить ту, что сказала ему «нет».
Что победит — расстояние или чувства?
Выберите полку для книги