Книги в жанре «Современный любовный роман»

— Я пилот, а не монах, — Дима высокомерно пожимает плечами. — Мы с тобой не видимся неделями.
— И это все твои оправдания? — внезапно для себя вскрикиваю. — Все, что ты можешь мне сказать? Семь лет, Дима! Семь лет брака!
— Вот именно, Мира, семь лет, — рявкает он в ответ. — И судя по всему, ты намерена все пустить коту под хвост.
— Тебе чего-то не хватает? — спрашиваю почему-то шепотом.
— Нет, у меня-то как раз все есть, — Дима разводит руками, будто объясняет очевидное. — Прекрасная жена дома и свобода вне его стен. А что еще нужно пилоту? Измена — это не предательство. Поэтому будь ты такой же, как все нормальные жены, сделай вид, что ничего не знаешь. И все будет у нас как раньше — теплая, мягкая женушка дома, горячая стюардесса в воздухе.

Но я не стала “нормальной” женой. Подала на развод и ушла, забрав с собой наше маленькой чудо. Но через семь месяцев мы вновь столкнулись с Димой… и его любовницей. И эта встреча имела роковые последствия.

— Ты мне изменяешь, Баграт. Я видела всё собственными глазами!
Он сидел за рулём.
Холодный, властный, закрытый. До дрожи.
— Твоя мать рассказала правду. Ты подал на развод! У нас был не настоящий брак, а фиктивный. И я об этом не знала!
Он не повернулся.
— Ты меня никогда не любил, да? — по щекам потекли слёзы, было так больно, что не хотелось жить. — Я была для тебя игрушкой. Куклой, с которой ты решил поиграть и выбросить!
Он резко ударил по тормозам.
— Я не сирота, да? Мои родители оставили мне огромное состояние, а ты ждал, пока мне исполнится двадцать два, и тогда всё, что принадлежит мне, станет твоим. И твоей любовницы! Верно? Ответь мне! Скажи хоть что-нибудь, Баграт!
Он хлопнул дверью. Сел в машину охраны. И уехал…
Бросил меня одну, на холоде, в слезах.
Мужчина, который однажды исполнил самую заветную мечту девочки-сироты.
Мужчина, которого этого девочка полюбила так сильно, что не могла без него дышать!
Но правда оказалась хуже лжи.
А через минуту раздался взрыв…

Последняя проверка закрыта. Последние швы сняты.
Осталось выдержать последний экзамен — прямой эфир на всю область, где нам расписали роли: героическая станция, образцовая бригада, правильные ответы по методичке.
Вот только Волков не читает методичек.
Отец не умеет проигрывать — и у него на меня последний, самый заботливый план.
А я устала быть правильной.

Три месяца назад мне дали две недели — я осталась. Мне запрещали любить — я полюбила. Этот плод был запретным всегда — тем слаще держать его в руках, не прячась.

Осталось совсем немного...

🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА🦋
Она — талантливый гинеколог с безупречной репутацией. Он — холодный миллиардер, привыкший, что ему никто не перечит.
Когда в кабинет Милы врывается властный незнакомец с юной девушкой, врач принимает её за очередную содержанку богатого мужчины и без колебаний выставляет наглеца за дверь. Вот только вскоре выясняется страшная ошибка: девушка — его родная дочь.
А сам мужчина оказывается новым владельцем сети клиник и непосредственным начальником Милы.
Теперь каждый их рабочий день превращается в настоящую войну. Она не собирается прогибаться перед богатым боссом, а он намерен доказать, что последнее слово всегда остается за ним. Но чем сильнее они спорят, тем сложнее игнорировать чувства, которые совсем не вписываются ни в должностные инструкции, ни в здравый смысл.

Она преданная…
Мужем, который выдвинул обвинительный приговор в первую брачную ночь. Отцом, который встал на его сторону и выгнал из дома.
Вот только Сафия нашла в себе силы собраться и пойти по жизни дальше…

Он чужак в родной семье. Его хотят женить в соответствии с выгодой, но Ильяс находит в себе силы противостоять обстоятельствам и выбрать свой путь в жизни…

ОДНОТОМНИК Варя Орлова — умная, язвительная и обожжённая предательством женщина. Демид Воскресенский — холодный владелец холдинга, решивший жениться по расчёту. Он предлагает ей фиктивный брак. Она отказывает. Но Демид не привык отступать. Так начинается их история: борьба характеров, ревность, бывшие, офисные сплетни и медленное, неизбежное сближение. Это роман о том, как любовь приходит как катастрофа — и оказывается домом.

— Ты не имеешь права даже произносить моё имя таким тоном, — сказала я, делая шаг ближе. — Ты не имеешь права стоять здесь и требовать ответы, будто у тебя есть на это основания.

— У меня есть сын, — сказал он, и в этих словах впервые прозвучало не военное упорство, а что-то похожее на отчаяние. — Ты не сказала мне. Ты растила его одна и не сказала мне.
— А зачем? — Я почти закричала. — Чтобы ты подумал, что я хочу вернуть тебя ребёнком? Чтобы ты решил, что я специально забеременела, чтобы удержать? Я не нуждалась в твоей жалости, Анатолий. Я справилась сама.
Его мать подала иск, чтобы забрать моего сына через суд. Его любовница угрожала мне в больничном коридоре. Его начальник оказался кукловодом, который держал его на поводке годами.

Но я не отдам сына. Никому.

— Вернёшься — поругаемся, — говорю я.
— Обязательно. — Она почти улыбается. — У меня список.
— У меня длиннее.
Полминуты мы молчим. Говорить нам есть о чём на три жизни вперёд, и всё это — потом, после, если. Если я вернусь. Если он останется.

Если я в ловушке. Если я совершу ошибку.. Если выбора нет.
Я выбираю тебя.

— Сегодня проведёшь ночь в моих покоях, — заявляет хозяйский сынок.
— Что? — переспрашиваю, оторопев.
— Все решат, что я тебя обесчестил, но главное, так решат Алишеровы и вычеркнут меня из списка потенциальных зятьёв, — как ни в чём не бывало отвечает мажор.
— А ты не думаешь о том, что если так решат твои родители, то они заставят тебя жениться… на мне?
— На служанке? Не смеши меня, — хмыкает он.
— Но… я для всех останусь опозоренной… — произношу, едва ли не заикаясь.
— Перестань строить из себя праведную мусульманку, Асель! — рявкает Мурад, делая шаг ко мне. — Ты горничная в мусульманской семье. Считай, что наложница. Для тебя статус моей любовницы — потолок твоих возможностей и амбиций!

Я люблю его, сколько себя помню, хоть никогда и не поддавалась иллюзиям.
А сегодня мажор заявил, что отныне он распоряжается моей жизнью, и потребовал лечь с ним в постель.

– Из-за тебя отец моего ребёнка лежит в реанимации! – из палаты, в которой лежит мой муж, выходит моя лучшая подруга.
Ч-что она там делала? Я ничего не понимаю…
– Кристина… Как ты… – хлопаю ресницами и смотрю на подругу, которая стоит, оперевшись на стену, и придерживает руками свой большой живот.
Она на шестом месяце беременности, и я, как врач-гинеколог, вела её с самого начала.
– Ты всё правильно поняла, – раздражённо цедит она сквозь зубы. – Когда я сказала тебе, что отец ребёнка – женатый полковник, ты не догадалась, что я говорила о твоём муже!
Нет, этого не может быть…
Женщина, которую я столько лет считала своей самой близкой подругой, не могла оказаться последней стервой. Не могла!
– Неправда… – произношу не своим, резко севшим голосом.
– Правда, и ещё какая! – мерзавка громко усмехается и скрещивает руки на груди. – Я пять лет сплю с твоим мужем, и этот ребёнок, – хлопает ладонями по животу, – родной сын Руслана Игоревича Берестова! Вот так-то!