Книги в жанре «Современный любовный роман»
Три моих железных правила: не спать с коллегами. Не спорить с начальством. Не верить красивым мужикам, которые говорят комплименты пышкам вроде меня.
Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три.
Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка.
Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.
Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три.
Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка.
Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.
Где найти идеального мужчину? Чтоб и красив, и умен, и все остальное... На мужском конкурсе красоты! Но таких в России нет. Так создадим. Для дружного женского коллектива, нет препятствий в достижении цели. А если случатся - устраним.
Она — «пышка». Уютная, добрая, с идеальным рабочим голосом и вечными комплексами. Он — пилот санавиации, красивый, высокомерный и колкий, привыкший измерять женщин идеальными параметрами. Между ними — служебные перепалки, взаимное раздражение и запретное притяжение. Но когда его борт падает в грозу, именно её голос становится для него единственной нитью к жизни. После аварии он — сломанный мужчина, который заново учится ходить, а она — единственная, кто видит в нем не героя, а человека. Эта история не о том, как «стройная» женщина находит любовь. Это история исцеления любовью. О том, как можно полюбить себя, когда тебя любят по-настоящему. И о том, что настоящая красота — не в форме, а в способности быть живым.
— Настя, — Тимур поворачивается ко мне. — Это дом, в котором мы будем жить, когда поженимся.
— Что? — переспрашиваю я.
— Ты слышала, — он улыбается. — Я знаю, что мы только познакомились. Но я чувствую — ты та самая. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я хочу, чтобы мы жили здесь. Вместе.
— Нет, — выдыхаю я. — Нет-нет-нет!
Я организатор свадеб, и совсем недавно рухнули мои надежды и мечты на собственный праздник в белом платье. Тимур - наглый и самоуверенный братец моего клиента. Он почему-то уверен, что я его судьба и мы обязаны пожениться! Ну, я тебе устрою такую свадьбу! Вовек не забудешь!
— Что? — переспрашиваю я.
— Ты слышала, — он улыбается. — Я знаю, что мы только познакомились. Но я чувствую — ты та самая. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я хочу, чтобы мы жили здесь. Вместе.
— Нет, — выдыхаю я. — Нет-нет-нет!
Я организатор свадеб, и совсем недавно рухнули мои надежды и мечты на собственный праздник в белом платье. Тимур - наглый и самоуверенный братец моего клиента. Он почему-то уверен, что я его судьба и мы обязаны пожениться! Ну, я тебе устрою такую свадьбу! Вовек не забудешь!
В день моего сорокапятилетия муж-генерал поднял бокал перед гостями и объявил, что уходит к другой.
Молодой. Уверенной. Уже примерившей мой дом, моё место и мою жизнь.
Ратмир думал, что я промолчу. Что приму «достойные условия», подпишу бумаги и уйду в тень, как удобная бывшая жена.
Он забыл только одно: двадцать шесть лет его имя, его дом и его репутацию держала не форма. Их держала я.
Теперь он хочет забрать «Белую Пристань» — дом моего отца у моря. Сабина уже выбирает мои шторы. Северин Громов тянется к старым документам. А прошлое, которое Ратмир прятал от меня годами, вдруг начинает говорить.
Но в сорок пять я больше не та женщина, которую можно заменить молодой улыбкой и красивой ложью.
Генерал, ты выбрал не ту.
Молодой. Уверенной. Уже примерившей мой дом, моё место и мою жизнь.
Ратмир думал, что я промолчу. Что приму «достойные условия», подпишу бумаги и уйду в тень, как удобная бывшая жена.
Он забыл только одно: двадцать шесть лет его имя, его дом и его репутацию держала не форма. Их держала я.
Теперь он хочет забрать «Белую Пристань» — дом моего отца у моря. Сабина уже выбирает мои шторы. Северин Громов тянется к старым документам. А прошлое, которое Ратмир прятал от меня годами, вдруг начинает говорить.
Но в сорок пять я больше не та женщина, которую можно заменить молодой улыбкой и красивой ложью.
Генерал, ты выбрал не ту.
Он схватил меня за локоть и развернул к себе.
— Что это за хрен? — прорычал он.
— Какая тебе разница? — я вырвала руку. — Мы в разводе, Алекс! Ты сам подал документы! Ты сейчас здесь со своей секретаршей!
— Это деловой ужин! — он почти кричал. — А у тебя — свидание! Я вижу разницу!
— С каких пор тебя это волнует?!
— С тех пор, как я снова сделал тебя своей! — он прижал меня к стене, упираясь ладонями в стену по обе стороны от моей головы. Его дыхание обжигало лицо. — Ты думаешь, я могу просто отпустить тебя после того, что было?
— А что было, Алекс? — я смотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как внутри закипает злость. — Хороший секс? У нас всегда был хороший секс! Но этого мало! Ты слышишь меня? Этого недостаточно!
— Что это за хрен? — прорычал он.
— Какая тебе разница? — я вырвала руку. — Мы в разводе, Алекс! Ты сам подал документы! Ты сейчас здесь со своей секретаршей!
— Это деловой ужин! — он почти кричал. — А у тебя — свидание! Я вижу разницу!
— С каких пор тебя это волнует?!
— С тех пор, как я снова сделал тебя своей! — он прижал меня к стене, упираясь ладонями в стену по обе стороны от моей головы. Его дыхание обжигало лицо. — Ты думаешь, я могу просто отпустить тебя после того, что было?
— А что было, Алекс? — я смотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как внутри закипает злость. — Хороший секс? У нас всегда был хороший секс! Но этого мало! Ты слышишь меня? Этого недостаточно!
На юбилее его компании муж вывел на сцену другую женщину и объявил, что выбирает будущее. А я сидела в зале с его фамилией на груди и кольцом на пальце.
В тот вечер я сняла кольцо и ушла.
Ардан думал, что забрал у меня всё: брак, статус, дом, право на спокойную жизнь. Но утром я узнала, что внутри меня уже есть новая жизнь, о которой он не должен узнать слишком рано. А в почтовом ящике старого дома отца меня ждало уведомление: компания мужа пришла забрать последнее, что осталось от моей семьи.
Он предложил деньги за молчание.
Я выбрала правду.
Он назвал меня слабой.
Я впервые стала собой.
Но когда Ардан узнает о ребёнке, он решит, что теперь имеет право вернуться. Только он ещё не понял: я больше не та женщина, которую можно вывести из зала.
В тот вечер я сняла кольцо и ушла.
Ардан думал, что забрал у меня всё: брак, статус, дом, право на спокойную жизнь. Но утром я узнала, что внутри меня уже есть новая жизнь, о которой он не должен узнать слишком рано. А в почтовом ящике старого дома отца меня ждало уведомление: компания мужа пришла забрать последнее, что осталось от моей семьи.
Он предложил деньги за молчание.
Я выбрала правду.
Он назвал меня слабой.
Я впервые стала собой.
Но когда Ардан узнает о ребёнке, он решит, что теперь имеет право вернуться. Только он ещё не понял: я больше не та женщина, которую можно вывести из зала.
В тот вечер я узнала три вещи. Первая: мой муж любит другую. Вторая: его лучший друг, который клялся мне в вечной поддержке, сам разрушил мой брак, чтобы получить меня. Третья: я беременна, и мне некуда идти.
Они предложили мне сделку: отказ от квартиры в обмен на «помощь». Один выгонял. Другой «подбирал». Идеальный план. Идеальная ловушка.
Только они забыли спросить, сломаюсь ли я.
Я не сломалась.
Они предложили мне сделку: отказ от квартиры в обмен на «помощь». Один выгонял. Другой «подбирал». Идеальный план. Идеальная ловушка.
Только они забыли спросить, сломаюсь ли я.
Я не сломалась.
Я попала в элитный университет по гранту и сразу поняла: здесь таких, как я, не ждут.
Для них я — ошибка в списке. Девочка не из их круга. Серая мышка с бокового входа, которая должна молчать, благодарить и не мешать золотой молодёжи блистать.
Для Дамира Войта я сначала стала пари.
Самый холодный, богатый и опасный парень “Вертикали” решил доказать, что сможет превратить меня в лицо главного университетского конкурса. Сделать из неидеальной девчонки ту, на кого будут смотреть все.
Только он не знал одного.
Я тоже играю.
Мне нужен доступ туда, куда обычных студентов не пускают. Мне нужны ответы о грантовом отборе, из-за которого моя сестра потеряла своё место. И если фамилия Войт может открыть мне закрытые двери — я воспользуюсь ею.
Он думает, что учит меня побеждать.
Я думаю, что использую его.
Но чем ближе финал, тем опаснее становится наша игра. Потому что ставка уже не в конкурсе.
Для них я — ошибка в списке. Девочка не из их круга. Серая мышка с бокового входа, которая должна молчать, благодарить и не мешать золотой молодёжи блистать.
Для Дамира Войта я сначала стала пари.
Самый холодный, богатый и опасный парень “Вертикали” решил доказать, что сможет превратить меня в лицо главного университетского конкурса. Сделать из неидеальной девчонки ту, на кого будут смотреть все.
Только он не знал одного.
Я тоже играю.
Мне нужен доступ туда, куда обычных студентов не пускают. Мне нужны ответы о грантовом отборе, из-за которого моя сестра потеряла своё место. И если фамилия Войт может открыть мне закрытые двери — я воспользуюсь ею.
Он думает, что учит меня побеждать.
Я думаю, что использую его.
Но чем ближе финал, тем опаснее становится наша игра. Потому что ставка уже не в конкурсе.
— Второй? А кто отец? Ты же никогда не говорила о мужчине.
Олеся на секунду отвела взгляд.
Эта пауза заставила Асю напрячься.
— Ась, какая разница? — взгляд Олеси стал жёстким, хищным. — Главное, что будет РЕБЁНОК. Жизнь идёт, а вы с Германом сидите в своей колее. Денег нет, детей нет.
Слова пАдали, как камни, и попадали в цель: больные, незаживающие местА.
Пальцы Аси, державшие чашку, стали ледяными.
В желудке поднялась тошнота, Ася сжала зубы.
Ей надоело держать в себе обиды.
---А ты у нас рожаешь от первых встречных!
---От Германа я рожаю! И второго ребёнка жду от него! – с гордостью и вызовом произнесла Олеся.
Тишина, которая повисла после этих слов, превратилась в пустоту, в которой не было ни звуков, ни запахов, ни времени.
Только бешеный стук сердца в ушах.
Ася смотрела на Олесю и видела только отдельные детали: ярко-красная помада и золотое кольцо на её пальце.
Мир потемнел по краям, сужаясь до одной точки — до лица Олеси.
В нём не было ни раскаяния,
Олеся на секунду отвела взгляд.
Эта пауза заставила Асю напрячься.
— Ась, какая разница? — взгляд Олеси стал жёстким, хищным. — Главное, что будет РЕБЁНОК. Жизнь идёт, а вы с Германом сидите в своей колее. Денег нет, детей нет.
Слова пАдали, как камни, и попадали в цель: больные, незаживающие местА.
Пальцы Аси, державшие чашку, стали ледяными.
В желудке поднялась тошнота, Ася сжала зубы.
Ей надоело держать в себе обиды.
---А ты у нас рожаешь от первых встречных!
---От Германа я рожаю! И второго ребёнка жду от него! – с гордостью и вызовом произнесла Олеся.
Тишина, которая повисла после этих слов, превратилась в пустоту, в которой не было ни звуков, ни запахов, ни времени.
Только бешеный стук сердца в ушах.
Ася смотрела на Олесю и видела только отдельные детали: ярко-красная помада и золотое кольцо на её пальце.
Мир потемнел по краям, сужаясь до одной точки — до лица Олеси.
В нём не было ни раскаяния,
Выберите полку для книги