Книги в жанре «Романы о неверности»
Звонкая пощёчина разрезает тишину.
- Что ты творишь?! - задыхаюсь, стирая с губ наглый поцелуй бывшего мужа.
- Проверяю твой пульс, Светочка, - мерзавец с издёвкой улыбается. - И он зашкаливает.
- Он зашкаливал, когда я застала тебя с ассистенткой!
- Знаешь, я многое обдумал и понял: с разводом мы погорячились.
- Иди к чёрту, Агапов! Наша остановка была год назад.
Мой муж и гениальный напарник променял меня на любовницу и сбежал в Швейцарию. Развод дался тяжело, но я выстояла. Вернула девичью фамилию, выжгла внутри все чувства и доказала, что могу быть лучшим кардиохирургом клиники и без него, а на сердце повесила табличку: «Не беспокоить».
Но один капризный миллиардер потребовал, чтобы его оперировал наш легендарный тандем, и теперь мой бывший снова здесь и намерен меня вернуть.
Он привык спасать безнадёжных, но забыл главное правило: прямая линия на мониторе означает конец. Наш брак мёртв, и я не дам ему права на реанимацию!
- Что ты творишь?! - задыхаюсь, стирая с губ наглый поцелуй бывшего мужа.
- Проверяю твой пульс, Светочка, - мерзавец с издёвкой улыбается. - И он зашкаливает.
- Он зашкаливал, когда я застала тебя с ассистенткой!
- Знаешь, я многое обдумал и понял: с разводом мы погорячились.
- Иди к чёрту, Агапов! Наша остановка была год назад.
Мой муж и гениальный напарник променял меня на любовницу и сбежал в Швейцарию. Развод дался тяжело, но я выстояла. Вернула девичью фамилию, выжгла внутри все чувства и доказала, что могу быть лучшим кардиохирургом клиники и без него, а на сердце повесила табличку: «Не беспокоить».
Но один капризный миллиардер потребовал, чтобы его оперировал наш легендарный тандем, и теперь мой бывший снова здесь и намерен меня вернуть.
Он привык спасать безнадёжных, но забыл главное правило: прямая линия на мониторе означает конец. Наш брак мёртв, и я не дам ему права на реанимацию!
Я вернулась из командировки на два дня раньше, чтобы сделать мужу сюрприз.
В аэропорту меня отвели в отдельную комнату и сообщили:
**Елена Воронцова умерла три дня назад.**
Мой паспорт аннулирован. Карты заблокированы. В интернете — мой некролог. В офисе — мой портрет с траурной лентой.
А муж, с которым я прожила пятнадцать лет, услышав мой голос, спокойно спросил:
— Представьтесь.
Потом я узнала о его любовнице.
А следом нашла кое-что гораздо страшнее измены: документы о моей «смерти» начали готовить ещё до того, как я якобы погибла.
Теперь мне придётся доказать не только предательство мужа.
Мне придётся доказать, что **я — это я**.
И понять, зачем человеку, которого я любила пятнадцать лет, понадобилась мёртвая жена.
В аэропорту меня отвели в отдельную комнату и сообщили:
**Елена Воронцова умерла три дня назад.**
Мой паспорт аннулирован. Карты заблокированы. В интернете — мой некролог. В офисе — мой портрет с траурной лентой.
А муж, с которым я прожила пятнадцать лет, услышав мой голос, спокойно спросил:
— Представьтесь.
Потом я узнала о его любовнице.
А следом нашла кое-что гораздо страшнее измены: документы о моей «смерти» начали готовить ещё до того, как я якобы погибла.
Теперь мне придётся доказать не только предательство мужа.
Мне придётся доказать, что **я — это я**.
И понять, зачем человеку, которого я любила пятнадцать лет, понадобилась мёртвая жена.
Часы бьют полночь, и я вздрагиваю от резкого звука входной двери.
– Петр? – зову я, выходя в коридор.
Я включаю свет и вижу его – прислонившегося к стене, с растрепанными волосами и мутным взглядом.
– Юль... – бормочет он, пытаясь сфокусировать взгляд на мне. – Прости, я... задержался.
– Сейчас полночь, Петр. Я звонила тебе десять раз.
– Телефон... сел..
Я подхватываю его под руку, помогая держаться на ногах.
Мы добираемся до спальни, и Петр буквально падает на кровать, не раздеваясь.
Куртка распахивается, и он что-то невнятно бормочет, засыпая почти мгновенно.
Наклоняюсь, чтобы снять с него ботинки.
И в этот момент из внутреннего кармана куртки выпадает на нашу кровать кружевные трусики…не новые!
– Петр? – зову я, выходя в коридор.
Я включаю свет и вижу его – прислонившегося к стене, с растрепанными волосами и мутным взглядом.
– Юль... – бормочет он, пытаясь сфокусировать взгляд на мне. – Прости, я... задержался.
– Сейчас полночь, Петр. Я звонила тебе десять раз.
– Телефон... сел..
Я подхватываю его под руку, помогая держаться на ногах.
Мы добираемся до спальни, и Петр буквально падает на кровать, не раздеваясь.
Куртка распахивается, и он что-то невнятно бормочет, засыпая почти мгновенно.
Наклоняюсь, чтобы снять с него ботинки.
И в этот момент из внутреннего кармана куртки выпадает на нашу кровать кружевные трусики…не новые!
- Хватит с меня этой лжи! - звонкий, наглый голос Виктории разрезал громкий смех за столом, словно скальпель.
- Я больше не намерена прятаться по углам! Как будто что-то украла!
Кто-то так и замер с бокалом в руке. Звякнула чья-то вилка упавшая со стола на кафельный пол.
Мой муж резко повернул голову в её сторону.
- Вика... не сейчас.
- А когда, Миш? - она громко рассмеялась. - После родов? Когда ты наберёшься смелости?
- Миша, что происходит? Каких родов? - спросила я.
- Наших родов! У нас с твоим мужем будет ребёнок! - Виктория с усмешкой ответила за него.
- Она моё будущее!
- А я кто,Миша?
- Женщина с которой у меня ничего не получилось. Ты просто занимаешь место моей жены, ты давно этого не заслуживаешь быть рядом со мной!
- Запомни эту ночь, Миша! Запомни каждое слово.
Ему не суждено узнать тайну с которой он вышвырнул меня в бушующую, морозную тьму. Я выживу.Не прощу.
Зажатый в снежной тюрьме он стонал теряя силы. Его крик слышен только ему
- Это ловушка
- Я больше не намерена прятаться по углам! Как будто что-то украла!
Кто-то так и замер с бокалом в руке. Звякнула чья-то вилка упавшая со стола на кафельный пол.
Мой муж резко повернул голову в её сторону.
- Вика... не сейчас.
- А когда, Миш? - она громко рассмеялась. - После родов? Когда ты наберёшься смелости?
- Миша, что происходит? Каких родов? - спросила я.
- Наших родов! У нас с твоим мужем будет ребёнок! - Виктория с усмешкой ответила за него.
- Она моё будущее!
- А я кто,Миша?
- Женщина с которой у меня ничего не получилось. Ты просто занимаешь место моей жены, ты давно этого не заслуживаешь быть рядом со мной!
- Запомни эту ночь, Миша! Запомни каждое слово.
Ему не суждено узнать тайну с которой он вышвырнул меня в бушующую, морозную тьму. Я выживу.Не прощу.
Зажатый в снежной тюрьме он стонал теряя силы. Его крик слышен только ему
- Это ловушка
— Я снял тебе квартиру.
— Зачем?
— Нам надо пожить отдельно. Детям скажем, что уйти решила ты.
После двадцати четырех лет брака я прихожу домой и вижу свои вещи в коробках.
Станислав признается, что у него другая женщина. Но съехать из нашего дома почему-то должна я.
Более того, муж уже придумал удобную версию для детей: мама устала от семьи и сама решила уйти.
Шестнадцатилетняя дочь верит ему. Еще бы — мои вещи действительно собраны. Квартира действительно приготовлена.
А ключ от нее муж получил у моей родной сестры.
Я подаю на развод.
И очень скоро выясняется: любовница — далеко не единственное, что Станислав скрывал от меня годами.
Он подготовил мой уход заранее.
Только одного не предусмотрел.
Я больше не собираюсь жить по его версии.
— Зачем?
— Нам надо пожить отдельно. Детям скажем, что уйти решила ты.
После двадцати четырех лет брака я прихожу домой и вижу свои вещи в коробках.
Станислав признается, что у него другая женщина. Но съехать из нашего дома почему-то должна я.
Более того, муж уже придумал удобную версию для детей: мама устала от семьи и сама решила уйти.
Шестнадцатилетняя дочь верит ему. Еще бы — мои вещи действительно собраны. Квартира действительно приготовлена.
А ключ от нее муж получил у моей родной сестры.
Я подаю на развод.
И очень скоро выясняется: любовница — далеко не единственное, что Станислав скрывал от меня годами.
Он подготовил мой уход заранее.
Только одного не предусмотрел.
Я больше не собираюсь жить по его версии.
Я вижу их сразу. Два силуэта под черным зонтом.
Они целуются жадно, страстно, ненасытно.
Я фотограф и поднимаю камеру. Просто снимаю красивую пару и чужую страсть. Идеальный кадр.
Пока мужчина не поворачивает голову. Пока свет фонаря не падает на лицо женщины.
Я узнаю их. Это мой муж и моя родная сестра.
Все обрывается от дикой боли, но палец продолжает нажимать на спуск. Потому что пока я смотрю через объектив – это еще не предательство, это просто кадры.
Я опускаю камеру только тогда, когда руки уже не слушаются.
Развод?
Нет.
Зачем торопиться, если можно сначала публично отомстить?
Они целуются жадно, страстно, ненасытно.
Я фотограф и поднимаю камеру. Просто снимаю красивую пару и чужую страсть. Идеальный кадр.
Пока мужчина не поворачивает голову. Пока свет фонаря не падает на лицо женщины.
Я узнаю их. Это мой муж и моя родная сестра.
Все обрывается от дикой боли, но палец продолжает нажимать на спуск. Потому что пока я смотрю через объектив – это еще не предательство, это просто кадры.
Я опускаю камеру только тогда, когда руки уже не слушаются.
Развод?
Нет.
Зачем торопиться, если можно сначала публично отомстить?
— Ты согласна?
После двадцати пяти лет брака мой муж вернулся домой и предложил мне свободные отношения.
Он хотел сохранить семью, дом, привычный уют, уважение детей и статус идеального мужа.
А ещё — других женщин.
— Это же честно, Лид. Я не хочу тебе врать и ходить налево.
Вот только, предлагая мне свободу, Демид почему-то совсем не подумал о том, что я тоже могу захотеть другого мужчину.
И если он рассчитывал, что я буду сидеть дома и ждать его, пока он наслаждается новой жизнью, — мой муж очень плохо меня знает.
Потому что иногда, чтобы начать жить по-настоящему, нужно всего лишь перестать быть удобной женой.
А иногда — встретить мужчину, который покажет, что в пятьдесят жизнь только начинается…
После двадцати пяти лет брака мой муж вернулся домой и предложил мне свободные отношения.
Он хотел сохранить семью, дом, привычный уют, уважение детей и статус идеального мужа.
А ещё — других женщин.
— Это же честно, Лид. Я не хочу тебе врать и ходить налево.
Вот только, предлагая мне свободу, Демид почему-то совсем не подумал о том, что я тоже могу захотеть другого мужчину.
И если он рассчитывал, что я буду сидеть дома и ждать его, пока он наслаждается новой жизнью, — мой муж очень плохо меня знает.
Потому что иногда, чтобы начать жить по-настоящему, нужно всего лишь перестать быть удобной женой.
А иногда — встретить мужчину, который покажет, что в пятьдесят жизнь только начинается…
– Ты была прекрасной женой. Помогла мне построить фирму, родила дочерей, всегда была рядом. Но теперь ты стала бесполезной. Ты уже отдала всё, что могла, а у меня ещё всё впереди. Я хочу начать сначала: жениться и родить сына.
В честь моего сорокалетия муж устроил грандиозный праздник: две сотни гостей, горы подарков, салют и тосты за счастливо прожитые годы.
А после праздника муж отвёз меня в новую квартиру, в которую уже перевезли мои вещи.
Дочери заранее знали, что после юбилея я больше не вернусь в семейный дом, и помогли отцу упаковать мою одежду.
А женщиной, ради которой муж перечеркнул двадцать лет нашего брака, оказалась моя бывшая ученица, которую я когда-то защищала и поддерживала.
Все они уверены, что щедро заплатили мне за прошлое и теперь я тихо исчезну из их новой жизни.
Но им ещё предстоит узнать, сколько на самом деле стоит женщина, которую они считают бесполезной.
В честь моего сорокалетия муж устроил грандиозный праздник: две сотни гостей, горы подарков, салют и тосты за счастливо прожитые годы.
А после праздника муж отвёз меня в новую квартиру, в которую уже перевезли мои вещи.
Дочери заранее знали, что после юбилея я больше не вернусь в семейный дом, и помогли отцу упаковать мою одежду.
А женщиной, ради которой муж перечеркнул двадцать лет нашего брака, оказалась моя бывшая ученица, которую я когда-то защищала и поддерживала.
Все они уверены, что щедро заплатили мне за прошлое и теперь я тихо исчезну из их новой жизни.
Но им ещё предстоит узнать, сколько на самом деле стоит женщина, которую они считают бесполезной.
Этот мир был слишком жесток. Драконы. Истинные пары. Когда между истинными была любовь – это прекрасно, и даже можно испытать чувства и эмоции друг друга. Но у всего есть обратная сторона. Не все способны на любовь. И когда мужчина-дракон изменяет, всё это чувствует его истинная пара. Похоть, вожделение, и даже пик наслаждения! Но одну несчастную девушку такое не устраивало, и она решила отомстить дракону. Это история будет о сладкой и грешной мести 🔥🤭
- Как ты мог изменить с ней? Она же моя мать! – не могу сдержать слезы, глядя на мужа.
- Как? – он с ленцой спрашивает это, а у меня все обрывается внутри. – Легко. Оригинал всегда прельщает больше копии. Ты хороша, но копия. Она раскрепощена, знает, чего хочет. А ты? – и волосы так мои поправляет, а меня обжигает его прикосновенье.
- Я счастья хотела, семью, любовь…
- А я задыхался рядом с тобой, - перебивает меня.
- Задыхался? – он сказал это на полном серьезе?
- Да. С ней всегда было легче. И знаешь, я даже рад, что она стала вдовой, и единственным препятствием на пути к счастью была лишь ты, - Тарас выдает это прямо в губы, держа за подбородок. – Не позорься. Порадуйся за нас и прими тот факт, что тебя легко заменить.
Я узнала с кем изменял мне муж на свадьбе матери. Она долго скрывала своего избранника, и я поняла почему.
Потому что это мой бывший муж.
- Как? – он с ленцой спрашивает это, а у меня все обрывается внутри. – Легко. Оригинал всегда прельщает больше копии. Ты хороша, но копия. Она раскрепощена, знает, чего хочет. А ты? – и волосы так мои поправляет, а меня обжигает его прикосновенье.
- Я счастья хотела, семью, любовь…
- А я задыхался рядом с тобой, - перебивает меня.
- Задыхался? – он сказал это на полном серьезе?
- Да. С ней всегда было легче. И знаешь, я даже рад, что она стала вдовой, и единственным препятствием на пути к счастью была лишь ты, - Тарас выдает это прямо в губы, держа за подбородок. – Не позорься. Порадуйся за нас и прими тот факт, что тебя легко заменить.
Я узнала с кем изменял мне муж на свадьбе матери. Она долго скрывала своего избранника, и я поняла почему.
Потому что это мой бывший муж.
Выберите полку для книги