Читать и слушать книги

Жилой комплекс «Панорама». Элитные апартаменты, хорошие чаевые за вызов и капризные пациенты.
— Что там?
— Аллергическая реакция. Женщина, 29 лет.
— Открыто, заходите быстрее! — голос из-за двери звучал глухо, но что-то в нем показалось странно знакомым.
Я толкнула дверь, вошла первой... И застыла. Широкая кровать со смятыми простынями, пушистое покрывало сбито на пол... Я увидела все это за долю секунды, прежде чем наконец посмотрела на людей.
На краю кровати, сидел мой муж, в одних брюках, босой, с растрепанными волосами, рядом с полуголой девушкой в постели…
— Марина...
Он произнес мое имя так, будто оно было раскаленным и обожгло ему губы.
— Отойдите от пациентки, вы мешаете работать.
— Я не знал, что у нее аллергия на… — он замялся. — На латекс.

Поздний вечер, дома меня не ждут, ведь я должна лежать на сохранении. Замираю у спальни, услышав знакомые голоса.
— Любимый, ты ведь хотел наследника, я тебе его подарю…, — голос Дарины.
Эта гадина — жена старшего брата моего мужа, и беременна вроде как от Виктора.
Я не дышу, слушаю.
— Даря, я тебя тоже люблю, — отвечает мой муж. — Но ты же понимаешь, как все сложно… Я не хочу скандала с братом. Давай оставим все как есть. Никто не узнает, что твой ребеночек от меня. А Аня…
Врываюсь в комнату.
— Что Аня? Говори! — хриплю я, рассматривая эту обнаженную парочку в нашей кровати.
Скандал в семье все же случился! Потому что я молчать не стала! 
Два года после развода Сергей не вспоминал ни обо мне, ни о дочке.
Было тяжело, но я выстояла, вот только однажды бывший муж появился на пороге.
— Аня, ты не справляешься с ребенком, — заявил он. — Я хочу забрать дочь. У нас случилось несчастье, наш мальчик долго болел, и недавно его не стало. И теперь Дарине нужна замена.

— Я хочу тебя, конфетка, — голос мужа разнесся по банкетному залу, но эти слова были адресованы не мне.
А потом из колонок раздался голос жены моего деверя:
— Да, Демид, возьми меня.
Муж и София уединились за кулисами, думая, что их никто не услышит, но их слышали все.
Я окинула взглядом гостей. Мужчины отворачивались, женщины смотрели на меня с жалостью, от которой хотелось кричать.
Наконец из бокового коридора вышел Демид. За ним, чуть отстав, выплыла София.
Сначала Демид заметил, как все замолчали и уставились на них с раскрытыми ртами. И только потом до него дошло.
— Анют… Это ничего не значит. Я люблю только тебя.
— Не смей трогать меня!
— Ты же знаешь, ты самое дорогое, что у меня есть. То, что ты услышала… это ошибка.
— Ты прав, Демид. Это ошибка. Вот только не ты совершил ее. А я… когда вышла за тебя!

— Ты держал её лицо в ладонях.
— Я успокаивал невесту. Отец давит, двести человек, платье не сидит. Ей двадцать три. Что мне было делать, протокол зачитать?
— Она поднялась на носки.
— Марин, тебе показалось. Ты с шести утра на ногах.

Мне не показалось. Я тринадцать лет смотрю на людей в свадебных арках — моя работа понимать, что человек сделает, за две секунды до того, как он это сделает.
Тринадцать лет я делаю свадьбы нашего агентства. В договорах стоит имя моего мужа, а четыреста двенадцать подрядчиков берут трубку потому, что звоню я. Он попросит не поднимать шум и доработать сезон. Я доработаю — до последнего дня.
А потом у них будет двести гостей под дождём и двадцать белых зонтов в моём багажнике, в сорока метрах. Праздники чужие. Дом будет свой.

— Она родит в декабре. Мальчика.
Лев кладёт на стол снимок УЗИ так спокойно, будто принёс новый договор.
Я смотрю на маленький светлый профиль, потом на мужа.
— Поздравляю. Надеюсь, отцовство не помешает тебе освободить мой шкаф до выходных.
— Никуда я не ухожу.
— Тогда уйду я.
— Женя, хватит. Лада получит деньги и квартиру. Ребёнок через несколько месяцев переедет к нам.
— К кому — к нам?
— Ты вырастишь его вместе со мной.
Я даже смеюсь. Не потому, что смешно. Просто человек иногда очень странно защищается от желания разбить мужу лицо фарфоровой супницей.
— Ты предлагаешь мне воспитывать ребёнка, которого сделал с любовницей?
— Я не предлагаю. Я объясняю, как будет.
— Тогда ты, кажется, впервые услышишь слово, которого в нашем доме давно не было. Нет.
— У меня будет сын. Это факт. Ты можешь месяц обижаться, можешь два. Я пойму. Но потом мы сядем и спокойно обсудим, как всё устроить. Развода не дам!

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤

— Наташа? Что ты здесь делаешь?
— Я на вызове, Серёж. А вот что ты делаешь ночью у моей пациентки?
— Наташ, только спокойно…
— Спокойно? Ты сказал, что сегодня дежуришь.
— Я могу всё объяснить.
— Тогда объясни, почему моя пациентка зовёт моего мужа из своей спальни.

Я семнадцать лет верила человеку, с которым растила дочь и собиралась встретить старость.

А потом приехала на обычный ночной вызов скорой.

Дверь открыла женщина.
А из её спальни вышел мой муж.

— Я…
“Беременна” застряло в горле, потому что мой взгляд неожиданно зацепился за надпись на бумагах, брошенных мужем на стол.
— Подпиши, Надя, — устало попросил Олег.
“Заявление о расторжении брака”
— Что это, Соколов?
— Заявление. У меня другая и она беременна.

В день, когда я хотела сообщить о беременности, мой муж сказал, что уходит к другой. Я дала ему развод, чтобы через полгода увидеть бывшего с вопросом: “Это… мой сын”?

- Знаешь, почему я тебе не вру? – спрашивает муж. - Потому что я уважаю тебя больше, чем любую другую женщину. Даже ту, которую вижу сейчас.
- Ты не можешь уважать меня и спать с другой.
- Могу, - продолжает, не взирая на абсурдность сказанного. - Потому что с ней сплю телом. А с тобой душой. Ты - мой дом, мой якорь. Она - моя слабость. Ты для меня семья. Она для меня вдохновение. Она смотрит на меня с восхищением, ты всегда чего-то ждешь. Она не говорит мне, что я мало времени провожу с детьми. Она довольна тем, что есть. Ты перестала принимать меня таким.
- Я принимаю тебя, - слезы душат, не давая дышать. - Я стираю, готовлю, я…
- Ты делаешь это на автомате, - перебивает меня. - Я не чувствую себя любимым. Поэтому я хочу, чтобы вы познакомились.
- Что? Ты предлагаешь мне дружить с той, кого полюбил после меня?
- Я люблю вас обеих. Просто она заставляет меня чувствовать себя желанным. Если ты хочешь, чтобы я остался с тобой, тогда научись смотреть на меня так, как она.

Сегодня муж ушел на встречу выпускников, а я уехала к маме. Долго не звонил, я забеспокоилась.

Вдруг — оповещение, от камеры у дома. На экране появляется значок движения. Мы с Мишей поставили систему недавно.


На видео Миша и его одноклассница Вика. Они стоят в объятиях, слившись в долгом, уверенном поцелуе. Будто это происходит не впервые.

От яростного лая нашей собаки, они вздрагивают. В движениях появляется постыдная спешка. Миша лихорадочно открывает дверь и заводит любовницу в наш дом.

Сердце колотится в висках, дышать нечем. Вдруг живот пронзает резкая, невыносимая боль. Я сгибаюсь пополам, хватаясь за край дивана. Срок еще мал, но спазмы накатывают один за другим.

Дрожащими пальцами набираю номер.
— Скорая… нужна скорая… — хриплю в трубку, теряя нить реальности. Мыслями я думаю не о себе, а о малышке в моем животе…

Слова путаются, перед глазами всё плывет. Голос диспетчера — последнее, что я слышу, прежде чем окончательно провалиться в темноту.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ💙

— Я люблю её, Поль. Но от тебя уходить не собирался.
— Как удобно.
— У нас дочь. Семья. Одиннадцать лет вместе. Неужели ты всё разрушишь из-за одной женщины?

Смотрю на мужа и даже не верю, что он говорит это всерьёз.

— Это я разрушу?
— А чего тебе не хватало? Я был рядом, обеспечивал семью…
— И восемь месяцев спал с другой.

Денис раздражённо выдыхает.

— Хочешь знать, почему я выбрал её?
— Очень.
— Тогда подойди к зеркалу, Полина. А потом вспомни, как выглядит Милана.

Мне тридцать шесть. Я вешу почти сто килограммов. У меня десятилетняя дочь и муж, который решил, что его предательство — следствие моей неидеальной фигуры.

Денис уверен, что после одиннадцати лет брака я проглочу измену и останусь удобной женой.

А я смотрю в зеркало и впервые думаю совсем о другом.

Если мой вес — такая большая проблема, почему именно он однажды умолял меня выйти за него замуж?