Читать и слушать книги

И стоило нам с Гришей остаться наедине, как я посмотрела в его зелёные, лживые глаза, и влепила ему пощёчину.
– Признаю, я это заслужил. И да, ты можешь думать обо мне всё что угодно, но поверь, ты единственная женщина, которую я любил и люблю.
– А сколько у тебя было нелюбимых женщин?
Гриша предпочёл ничего не отвечать, но его выражение лица, как и взгляд, говорили сами за себя – женщин было много.
– Ну ты и мудак, Гриша!
Я снова замахнулась, но на этот раз муж сжал моё запястье, притянув меня к себе, и чуть ли не с покаянием произнёс:
– Аня, они ничего для меня не значили. Просто глупые куклы, с которыми я бездумно развлекался, вот и всё. Но люблю я только тебя и...
– Я ненавижу тебя за твоё предательство, – с ударением произнесла каждое слово, чтобы Гриша понял, что у него нет ни одного шанса завоевать моё прощение.

Ключ поворачивается в замке, я снимаю ботинки, прохожу вглубь квартиры и слышу мягкий женский смешок, а потом и голос. Его голос.
Я толкаю дверь спальни и… все. Все обнуляется.
На моей кровати лежит девушка. Ее нога лежит на ноге моего мужа. А сам он — обнаженный до пояса, с растрепанными волосами и взглядом человека, которого застали врасплох.
Где-то внутри меня что-то идет трещинами, но снаружи я — как цельный и ровный мрамор.
— Юля? — он вскакивает. — Это...
— Не надо, — перебиваю его резко. — Просто... не надо.
— Я соберу вещи, – понимающе кивает он.
— Ага.

— Да, мы с «Масей» вместе уже три года… Для кого-то это не срок, — смеется. — Но знаешь, за это время он дал мне всё: уют, заботу, уверенность в завтрашнем дне. И пусть кто-то осуждает, но я знаю одно — мы любим друг друга.
Я тянусь за чашкой чая.
— Ну давай, говори уже, кто он, — бормочу себе под нос.
Алла выдерживает драматическую паузу, чуть склоняя голову набок. На её губах играет та самая победоносная улыбка женщины, уверенной в своей правоте.
— Это Карабанов Константин Игоревич.
Чашка застывает в воздухе. В голове словно включается аварийный сигнал, заглушая звуки телевизора. Глаза расширяются, а сердце колотится так сильно, что кажется — оно выскочит из груди.
Я знаю это имя. Знаю его лучше всех.
Это мой муж.

— Котик, ну сколько нам ещё прятаться?
— Она почти продала квартиру. Как только купим новые метры — подам на развод. Я же должен хоть что-то получить от этого брака.
— И ЭКО ты ей не позволишь, правда?
— Я что, идиот? Платить за то, что по умолчанию должно работать? Нормальным женщинам это не требуется.
— Кстати… я забыла выпить таблетки. Вдруг ты прямо сейчас сделал мне малыша?

Мой мир рухнул, когда я услышала разговор двух самых близких мне людей.
Моей сестры. И моего мужа.
Стоя в дверях собственной спальни.
А потом появился тот, кого я совсем не ждала.

— Почему ты мне помогаешь? Мы же никогда не ладили. Ты всегда был… холоден со мной.
— Потому что я тебя хотел. С первой встречи. А ты была женой моего брата. Не лучший повод для сближения, согласись?

Решительно шагаю к двери ресторанчика с мыслью выпить чашечку чая и почти сразу замечаю Максима.
Он сидит за дальним столиком с женщиной, а рядом с ними маленькая девочка в смешном бумажном колпаке.
Максим наклоняется к ней, берет ее на руки и целует в щечки.
Озарение пронзает болью и отдает внизу живота. Максим женат и у него есть дочь.
Разворачиваюсь, выбегаю из ресторана и набираю его номер.
— Привет, любимая, — раздается его ласковый голос.
Зажмуриваюсь. Господи, путь я ошиблась и это будет не он!
— Ты где?
Вижу через стекло, как он отошел от стола, где сидит его семья.
— В Норильске. Прилетаю завтра утром, жди меня, любимая.
Чувствую, как сердце в груди превращается в осколки.

– Лет-то сколько тебе? - спросила с жалостью.
– Двадцать, – пискнула любовница.
– А чего по старым женатым мужикам шляешься? Молодые не клюют?
Постаралась приблизиться к любовникам. Медленно, по-кошачьи, шажок за шажком…
– Наверное, из-за денег под старика подставилась?
– Да как вы можете?! – оскорбилась девица.
– Ах ты, шалава… – метнулась я и вцепилась ей в волосы.
От пронзительного верещания любовницы заложило уши.
– Елизар, что она себе позволяет?! – вырвалась девица и прыгнула за спину моего мужа. – Уйми свою старуху!
– Ниночка, дорогая, успокойся! – ласково дотронулся он до ее плеча.
--------------------
Интересно, на что надеялся мой муж, схлестнувшись с малолеткой?! Что я буду безропотно продолжать кормить его обедами и утюжить рубашки? Ну уж нет, не на ту напал!

«…думаешь, снотворное в чай – это перебор?» – пишет эта крашеная дура, Сонечка.
Отвечает ей мой, прости Господи, муж – Александр:
«Снотворное слишком банально. Она сразу поймет. Надо что-то похитрее. Что-то, что вызовет галлюцинации, паранойю. Врач спишет на переутомление, стресс…»
Пальцы барабанят по столешнице. Подсыпать мне что-то в чай? Это даже не смешно, это оскорбительно.
Они действительно думают, что я поверю в острое расстройство психики на ровном месте? Что меня вот так просто можно упрятать в белую палату, а потом делить мое имущество, как два стервятника?
Смешно. И грустно.
Ладно, голубчики, сыграем в вашу игру. Но по моим правилам.

- Любимая, ты выйдешь за меня замуж? – спросил молодой мужчина, встав на одно колено и протягивая своей невесте коробочку с кольцом.
- Да, любимый! – радостно воскликнула невеста. И все вокруг зааплодировали.
Я была рада за них, но не от всего сердца. Точнее совсем не рада. Потому что сейчас, в пафосном ресторане, на публику, именно мой жених делал предложение совершенно посторонней девице. НЕ МНЕ! Какого черта?!
Никак не ожидала подобного, отправившись за женихом, который назначил свидание. Опять же не мне. О чем узнала совершенно случайно. Ну, погоди, козлина блудливый, полетят еще клочки по закоулочкам. Обломаю твои рожки!
И все бы ничего, вот только отец моей подруги решил вмешаться в ситуацию. Что ему от меня нужно?!

Что-то царапало сознание, призывая сосредоточиться, но до Поли эти призывы пока не доходили. Не доходили, пока взгляд не остановился на панорамном окне ресторана напротив, где она увидела интересную пару. Высокий атлетически сложенный мужчина среднего возраста и высокая под стать ему белокурая молодая женщина лет тридцати.
Полина замерла на стуле, увидев их. Спина непроизвольно выпрямилась, подбородок задрался вверх, но рука механически продолжала помешивать давно растворившийся сахар.
- Чёрт… как это, оказывается, больно…
Полина и сделать ничего не могла в этот момент. Её будто пригвоздило к месту, и она только могла наблюдать картинку, разворачивающуюся в окне напротив. Вот мужчина улыбнулся, что –то сказал и провёл костяшкой пальца по щеке женщины. Она мягко улыбнулась в ответ и погладила в ответ руку мужчины. Мужчина поцеловал эту поглаживающую его руку, а затем взял её в ладонь и приложил к своей щеке.

— Боишься меня?
Он резко развернул меня лицом. Лютый холод и слепящая ярость, глухое отчаяние и боль, мутное возбуждение и превосходство, я собирала этот паззл из всех оттенков его эмоций, пытаясь сложить единую картину, но перед глазами то и дело всплывала пелена и скрывала от меня его лицо. Он провел пальцем по моим губам.
— Теперь ты будешь бояться меня еще сильнее.
Я ничего не чувствовала. Ничего совершенно. Он уничтожил меня. Меня, и себя, и Артёма.


Регина Ваганова, помощник прокурора, знакомится на вечеринке с бывшим капитаном армии. У молодых людей завязываются романтические отношения. Когда они съезжаются, Артём рассказывает ей о том, где он работает на самом деле и своём лучшем друге детства и сослуживце, чья судьба и карьера сложилась не так блестяще, как у него.

У Димы за плечами плен, комплексное ПТСР и бионический протез вместо руки, а ещё у него гипнотический, леденящий взгляд и тёмная, бездонная пропасть вместо души, в которую так легко упасть...