Читать и слушать книги
— Ты привела её сама. Значит, доверяла.
— Я привела её в семью. А не к тебе в постель.
— У каждого своя функция. Ты — жена. Она — для удовольствия.
— Да как ты смеешь?! Я — не вещь. Я человек. И ты предал меня дважды.
Мы были вместе почти всю жизнь. Дети, дом, уважение, статус — всё на мне держалось.
А он выбрал ту, что моложе. Удобнее. Тише.
Думал, я проглочу. Промолчу. Потерплю.
Но я собрала себя по кусочкам и ушла.
И да — он потом пожалел. Только было поздно.
— Я привела её в семью. А не к тебе в постель.
— У каждого своя функция. Ты — жена. Она — для удовольствия.
— Да как ты смеешь?! Я — не вещь. Я человек. И ты предал меня дважды.
Мы были вместе почти всю жизнь. Дети, дом, уважение, статус — всё на мне держалось.
А он выбрал ту, что моложе. Удобнее. Тише.
Думал, я проглочу. Промолчу. Потерплю.
Но я собрала себя по кусочкам и ушла.
И да — он потом пожалел. Только было поздно.
Она пришла в тот вечер, когда я собиралась сообщить мужу о долгожданной беременности. Пришла и назвалась его любовницей. Вот так нагло, с порога. А он...
— Ты знаешь эту девушку?
Муж меняется в лице. Но молчит, хотя его реакция уже красноречивее любых слов.
— Я все объясню...
— Просто скажи — ты спал с ней?
Он морщится, как будто я ударила.
—Это гребанная ошибка.
Я не двигаюсь и, кажется, не дышу.
— Да или нет?
***
Счастливый брак. Я за Гришей как за каменной стеной, и лишь одна проблема мешала нам быть полностью счастливыми — я никак не могла забеременеть. Что же происходит теперь? Он действительно нашел мне замену? Вот так легко? Или все же…
— Ты знаешь эту девушку?
Муж меняется в лице. Но молчит, хотя его реакция уже красноречивее любых слов.
— Я все объясню...
— Просто скажи — ты спал с ней?
Он морщится, как будто я ударила.
—Это гребанная ошибка.
Я не двигаюсь и, кажется, не дышу.
— Да или нет?
***
Счастливый брак. Я за Гришей как за каменной стеной, и лишь одна проблема мешала нам быть полностью счастливыми — я никак не могла забеременеть. Что же происходит теперь? Он действительно нашел мне замену? Вот так легко? Или все же…
– Где дети? – сквозь зубы спросил муж, сделав шаг ко мне, но больше не приближаясь.
– С моими родителями.
– Отлично. Тогда скажи, это того стоило?
– Ты о правде, которую я узнала? Или об осознании, что я девять лет прожила с неверным мужчиной, для которого верность это так, пустой звук?
– Оля, не прикидывайся дурой! Ты прекрасно знаешь о чём я говорю. Ты избила беременную женщину, лишь бы она отказалась от меня и...
– Что?! – Я невольно рассмеялась, но это был нервный смех. Как Денис мог поверить в такой бред? Он же знает меня куда дольше, чем свою любовницу. – Это тебе твоя блондинка сказала, что я её избила?
– С моими родителями.
– Отлично. Тогда скажи, это того стоило?
– Ты о правде, которую я узнала? Или об осознании, что я девять лет прожила с неверным мужчиной, для которого верность это так, пустой звук?
– Оля, не прикидывайся дурой! Ты прекрасно знаешь о чём я говорю. Ты избила беременную женщину, лишь бы она отказалась от меня и...
– Что?! – Я невольно рассмеялась, но это был нервный смех. Как Денис мог поверить в такой бред? Он же знает меня куда дольше, чем свою любовницу. – Это тебе твоя блондинка сказала, что я её избила?
— Мам, у меня скоро появится сестренка! Только это секрет! Папа просил не рассказывать. — Вдруг выдает моя шестилетняя дочь.
И вот, одна фраза — как нож в сердце. Случайно произнесенные слова раскрывают страшную правду: мой муж давно живет двойной жизнью, скрывая от меня вторую семью и ребенка, которого ждёт от другой женщины. Мой брак, казавшийся крепким и надежным, рушится под тяжестью лжи и предательства любимого.
Мне нужно собрать себя по кусочкам, начать новую жизнь, добиться развода и защитить свою кондитерскую, которую его любовница пытается закрыть, лишив меня заработка!
И вот, одна фраза — как нож в сердце. Случайно произнесенные слова раскрывают страшную правду: мой муж давно живет двойной жизнью, скрывая от меня вторую семью и ребенка, которого ждёт от другой женщины. Мой брак, казавшийся крепким и надежным, рушится под тяжестью лжи и предательства любимого.
Мне нужно собрать себя по кусочкам, начать новую жизнь, добиться развода и защитить свою кондитерскую, которую его любовница пытается закрыть, лишив меня заработка!
— Как давно ты мне изменяешь?
— Что? — Он замирает перед стулом. Отвечаю прямым взглядом. Слёз не будет, за это время ни одной не проронила.
— Как. Давно. Ты. Мне. Изменяешь, — чеканю, удерживая взгляд. Платон моргает, поджимает губы.
— Когда ты узнала?
— Разве это важно? — горько улыбаюсь: даже не пытается отрицать. Невольно опускаю глаза на нож, лежащий рядом с тарелкой. Если воткну в сердце, меня же оправдают?
— Малыш, это не то, что ты подумала, — начинает, осторожно садясь на стул и протягивая руку. — Я только тебя люблю, ты же знаешь. Кроме тебя никто не важен.
***
Всю дорогу питаюсь решимостью, вхожу в офис директора после совещания без спроса. Подхожу к столу, касаюсь его кончиками пальцев, смотрю прямо в глаза мужчины напротив и спокойно говорю:
— Егор Павлович, не хотите со мной переспать?
— Что? — Он замирает перед стулом. Отвечаю прямым взглядом. Слёз не будет, за это время ни одной не проронила.
— Как. Давно. Ты. Мне. Изменяешь, — чеканю, удерживая взгляд. Платон моргает, поджимает губы.
— Когда ты узнала?
— Разве это важно? — горько улыбаюсь: даже не пытается отрицать. Невольно опускаю глаза на нож, лежащий рядом с тарелкой. Если воткну в сердце, меня же оправдают?
— Малыш, это не то, что ты подумала, — начинает, осторожно садясь на стул и протягивая руку. — Я только тебя люблю, ты же знаешь. Кроме тебя никто не важен.
***
Всю дорогу питаюсь решимостью, вхожу в офис директора после совещания без спроса. Подхожу к столу, касаюсь его кончиками пальцев, смотрю прямо в глаза мужчины напротив и спокойно говорю:
— Егор Павлович, не хотите со мной переспать?
Я задыхалась, его губы накрыли мои, и мир исчез. Максим притянул меня, его руки обхватили талию — горячие и жадные. Мое сердце билось в унисон с его, пальцы вцепились в рубашку, но предательство вспыхнуло в памяти, и я оттолкнула его.
— Не смей, — прошептала я, слёзы жгли глаза.
Его взгляд — тёмный, полный желания — прожигал меня.
—Ты всё ещё чувствуешь, — сказал он хрипло.
Моя жизнь рухнула, когда я застала мужа, властного магната, с другой. Взяв дочь Лизу, я сбежала, но он нашёл меня, разжигая старую страсть. Его поцелуи и слова тянут назад, несмотря на ложь и предательство. Теперь мне нужно выбрать: простить ради Лизы и любви, что горит в сердце, или обрести свободу. Это мой бой и моя надежда. Сможете ли вы понять мой выбор?
— Не смей, — прошептала я, слёзы жгли глаза.
Его взгляд — тёмный, полный желания — прожигал меня.
—Ты всё ещё чувствуешь, — сказал он хрипло.
Моя жизнь рухнула, когда я застала мужа, властного магната, с другой. Взяв дочь Лизу, я сбежала, но он нашёл меня, разжигая старую страсть. Его поцелуи и слова тянут назад, несмотря на ложь и предательство. Теперь мне нужно выбрать: простить ради Лизы и любви, что горит в сердце, или обрести свободу. Это мой бой и моя надежда. Сможете ли вы понять мой выбор?
— Ты спишь с моей сестрой?
— Не начинай. Всё уже произошло.
— Ты хоть понимаешь, что это измена?
— Да брось. У вас одно лицо. Она — такая же, как ты. Только ярче.
Я прожила с ним почти тридцать лет. Родила двоих детей. Пожертвовала карьерой, молчала, терпела, верила.
А он выбрал мою копию.
Я ушла. Не сломалась. А потом поднялась — и вернулась. Чтобы нанести удар.
— Не начинай. Всё уже произошло.
— Ты хоть понимаешь, что это измена?
— Да брось. У вас одно лицо. Она — такая же, как ты. Только ярче.
Я прожила с ним почти тридцать лет. Родила двоих детей. Пожертвовала карьерой, молчала, терпела, верила.
А он выбрал мою копию.
Я ушла. Не сломалась. А потом поднялась — и вернулась. Чтобы нанести удар.
— Ты спишь с моей дочерью?
— И что? Она мне не родная.
— Ты мужчина, которому я доверила её судьбу.
— Не драматизируй. Мы взрослые. Всё произошло само.
— Нет. Не само. Ты предал. Нагло сделал ее своей любовницей.
Я не знала, как предательство может выглядеть вблизи. До тех пор, пока не увидела его руки на её талии. Моя дочь и муж. И тишина между нами, в которой было слишком много грязи.
А потом на пороге появился тот, кто отказался от неё ещё младенцем. Но он пришёл не за ней.
— И что? Она мне не родная.
— Ты мужчина, которому я доверила её судьбу.
— Не драматизируй. Мы взрослые. Всё произошло само.
— Нет. Не само. Ты предал. Нагло сделал ее своей любовницей.
Я не знала, как предательство может выглядеть вблизи. До тех пор, пока не увидела его руки на её талии. Моя дочь и муж. И тишина между нами, в которой было слишком много грязи.
А потом на пороге появился тот, кто отказался от неё ещё младенцем. Но он пришёл не за ней.
— Вернешься, когда перебесишься, — заявил муж, когда я застукала его на измене.
Вот только я подала на развод и довела дело до финала.
Теперь мы живем раздельно.
Дети мечутся между нами и, кажется, ненавидят нас за то, что мы натворили.
Но однажды…
Вот только я подала на развод и довела дело до финала.
Теперь мы живем раздельно.
Дети мечутся между нами и, кажется, ненавидят нас за то, что мы натворили.
Но однажды…
Любящий муж, счастливый брак…
Я думала, что живу в сказке, а оказалось – все ложь.
Любовница моего мужа – моя родная тетка, бесплодна. И Аркадий женился на мне только для того, что я родила ему детей.
– Родишь нам с Ларой сына и можешь валить на все четыре стороны. Ясно?
Но я не сдамся. Я смогу защитить себя и свою маленькую дочь, чего бы мне это не стоило…
Я думала, что живу в сказке, а оказалось – все ложь.
Любовница моего мужа – моя родная тетка, бесплодна. И Аркадий женился на мне только для того, что я родила ему детей.
– Родишь нам с Ларой сына и можешь валить на все четыре стороны. Ясно?
Но я не сдамся. Я смогу защитить себя и свою маленькую дочь, чего бы мне это не стоило…
Выберите полку для книги