Читать и слушать книги
— Я не пью кофе.
Тридцать пять — не шутки. Самое время начать следить за давлением!
— Не проблема, можем сразу перейти к чему-нибудь покрепче, — загородив собой выход, подмигнул доморощенный донжуан и опять нахально улыбнулся. — Меня, кстати, зовут Семён.
— Всего доброго, Семён.
— Ну хоть номер телефона оставь!
Я ехала на свадьбу бывшего мужа, когда на середине пути сломалась моя машина. Теперь мой единственный шанс вовремя добраться до пункта назначения — один наглый мажор, с которым я столкнулась на заправке. Пять дней в одной машине с молодым, бесстыжим парнем, задавшимся целью меня соблазнить… Что может пойти не так?
Тридцать пять — не шутки. Самое время начать следить за давлением!
— Не проблема, можем сразу перейти к чему-нибудь покрепче, — загородив собой выход, подмигнул доморощенный донжуан и опять нахально улыбнулся. — Меня, кстати, зовут Семён.
— Всего доброго, Семён.
— Ну хоть номер телефона оставь!
Я ехала на свадьбу бывшего мужа, когда на середине пути сломалась моя машина. Теперь мой единственный шанс вовремя добраться до пункта назначения — один наглый мажор, с которым я столкнулась на заправке. Пять дней в одной машине с молодым, бесстыжим парнем, задавшимся целью меня соблазнить… Что может пойти не так?
— А ты жестока, Надежда! — покачал головой Максим, и на этот раз он уже не скрывал улыбку. Она расползалась по его лицу, прогоняя напускную печаль. — Бедный Володенька страдает, а ты о семье!
И тут до неё дошло. Он смеялся! Откровенно, в открытую, уже даже не пытаясь скрыть! Всё это — про поэта, про развод, про то, что «не может мешать», — было спектаклем. Местью за её выходку. Маленькой, но очень действенной.
Щёки Нади моментально залила краска — горячая, густая, смесь стыда и негодования в равных пропорциях. Она запахнула поплотнее шёлковый халатик и, вздёрнув подбородок, молча вышла из спальни.
— Надь! Надя, стой! — Максим, всё ещё качая головой, но уже без тени насмешки, широкими шагами двинулся за ней.
И тут до неё дошло. Он смеялся! Откровенно, в открытую, уже даже не пытаясь скрыть! Всё это — про поэта, про развод, про то, что «не может мешать», — было спектаклем. Местью за её выходку. Маленькой, но очень действенной.
Щёки Нади моментально залила краска — горячая, густая, смесь стыда и негодования в равных пропорциях. Она запахнула поплотнее шёлковый халатик и, вздёрнув подбородок, молча вышла из спальни.
— Надь! Надя, стой! — Максим, всё ещё качая головой, но уже без тени насмешки, широкими шагами двинулся за ней.
- Что я с ней делать буду, Мих? Сопли взрослой девице подтирать?
- Скорее собственные слезы, - он указывает на седую голову. - Пригляди за дочкой, пока меня не будет. Кстати, вот и она. Кристин! - окликает худую блондинку, входящую в гостиную.
Я перевожу взгляд. Ничего себе девица.
Дочь Михаила я не видел лет с четырнадцати. Тогда она была подростком. Сейчас же передо мной красивая девушка. Которую вчера ночью я привез из клуба.
- Привет, Кри-Кри, - улыбается Михаил.
Она смотрит раздраженно.
- Сколько раз говорила не называть так при чужих.
- Родион не чужой. И присмотрит за тобой, пока я в отъезде. Дом большой. Разместитесь.
- Что?..
- Так надо, дочка, - давит Михаил. - И этот твой Агутин...
- Я против, - обрывает она и уходит.
Михаил вздыхает, кладет ключи на стол.
- Дубликат. Она к тебе не переедет. С меня магарыч.
Я смотрю ей вслед.
- Что за Агутин?
- Бывший ее.
Значит, вчера она из-за него творила глупости? Прав Миха. Без присмотра лучше не оставлять.
- Скорее собственные слезы, - он указывает на седую голову. - Пригляди за дочкой, пока меня не будет. Кстати, вот и она. Кристин! - окликает худую блондинку, входящую в гостиную.
Я перевожу взгляд. Ничего себе девица.
Дочь Михаила я не видел лет с четырнадцати. Тогда она была подростком. Сейчас же передо мной красивая девушка. Которую вчера ночью я привез из клуба.
- Привет, Кри-Кри, - улыбается Михаил.
Она смотрит раздраженно.
- Сколько раз говорила не называть так при чужих.
- Родион не чужой. И присмотрит за тобой, пока я в отъезде. Дом большой. Разместитесь.
- Что?..
- Так надо, дочка, - давит Михаил. - И этот твой Агутин...
- Я против, - обрывает она и уходит.
Михаил вздыхает, кладет ключи на стол.
- Дубликат. Она к тебе не переедет. С меня магарыч.
Я смотрю ей вслед.
- Что за Агутин?
- Бывший ее.
Значит, вчера она из-за него творила глупости? Прав Миха. Без присмотра лучше не оставлять.
– Может, я поеду к себе? – говорю я, когда вечер закончился. – Я же фиктивная невеста.
– Нет, ты останешься тут, – сказал Кирилл, приближаясь.
Его тёмный магнетизм слишком часто заставлял меня поддаваться, и уже сейчас начинал действовать. Я же приличная девушка, не должна вестись на такое.
– Ты-то что мне указываешь, – пожала плечами я. – Я не твоя фиктивная невеста.
– Ошибаешься, у нас с братом всё общее, – ухмыльнулся Сергей, притягивая меня, а я, смотря на его губы, только и мечтала, что о поцелуе, пусть и пыталась это скрывать. – Да и играть в фиктивность я больше не могу.
Надеюсь, он шутит. Или нет?
– Нет, ты останешься тут, – сказал Кирилл, приближаясь.
Его тёмный магнетизм слишком часто заставлял меня поддаваться, и уже сейчас начинал действовать. Я же приличная девушка, не должна вестись на такое.
– Ты-то что мне указываешь, – пожала плечами я. – Я не твоя фиктивная невеста.
– Ошибаешься, у нас с братом всё общее, – ухмыльнулся Сергей, притягивая меня, а я, смотря на его губы, только и мечтала, что о поцелуе, пусть и пыталась это скрывать. – Да и играть в фиктивность я больше не могу.
Надеюсь, он шутит. Или нет?
— Язык без костей, да? — замечает он. — Это иногда дорого обходится.
— Это угроза?
— Бесплатный совет. — Он достаёт телефон и щёлкает мой номер. — Со мной лучше не ссориться.
— Какое совпадение, — скрещиваю руки на груди. — Со мной тоже. А ещё у меня фотографическая память на хамов. Так что ваше лицо я уже занесла в чёрный список.
— Какая честь, — теперь в темных глазах полыхает что-то опасное. — Обычно туда заносят тех, кого боятся.
— Или тех, кого жалеют. Вам какой вариант приятнее? – мне хоть и страшно немного, вдруг бандит какой, но сдержать свой язык не могу.
Разворачиваюсь к машине, потому что ещё минута рядом с этим типом — и я скажу такое, после чего меня точно закатают в асфальт.
***
Поставила на место грубияна, а он оказался моим новым боссом!
— Это угроза?
— Бесплатный совет. — Он достаёт телефон и щёлкает мой номер. — Со мной лучше не ссориться.
— Какое совпадение, — скрещиваю руки на груди. — Со мной тоже. А ещё у меня фотографическая память на хамов. Так что ваше лицо я уже занесла в чёрный список.
— Какая честь, — теперь в темных глазах полыхает что-то опасное. — Обычно туда заносят тех, кого боятся.
— Или тех, кого жалеют. Вам какой вариант приятнее? – мне хоть и страшно немного, вдруг бандит какой, но сдержать свой язык не могу.
Разворачиваюсь к машине, потому что ещё минута рядом с этим типом — и я скажу такое, после чего меня точно закатают в асфальт.
***
Поставила на место грубияна, а он оказался моим новым боссом!
Стук в дверь. Ночью. Открываю — там стоит девочка с дорожной сумкой.
— Чё стоишь? Я к Ваньке, буду жить у вас.
Ну, я растерялся, впустил... Как это мило, невеста...
Так, стоп... Что за бред? Какая невеста? Ваньке всего четыре года!
Но это ещё не всё! Мелкая хулиганка перевернула всю мою спокойную жизнь с ног на голову, сговорилась с моим сыном, и они точно что-то задумали!
Словил фингал... сюрприз за сюрпризом!
— Чё стоишь? Я к Ваньке, буду жить у вас.
Ну, я растерялся, впустил... Как это мило, невеста...
Так, стоп... Что за бред? Какая невеста? Ваньке всего четыре года!
Но это ещё не всё! Мелкая хулиганка перевернула всю мою спокойную жизнь с ног на голову, сговорилась с моим сыном, и они точно что-то задумали!
Словил фингал... сюрприз за сюрпризом!
– Тебе туда не надо!
– Я сама решу, что мне надо!
.
На размытой дороге мне попалась сумасбродная городская фифа!
Мало того, что гадостей наговорила, так еще и перевернуться умудрилась.
Пришлось ее вытаскивать…
Благо целая, пришла в себя.
Только отчего у нее такой растерянный вид?
.
– А… – она оглядывается, часто хлопая своими пушистыми ресницами, – А я почему тут в таком виде? А мы же… – смотрит на меня одновременно с ужасом и надеждой, – Женаты?!
– Женаты, женаты! – довольно ухмыляясь, киваю я.
– Я сама решу, что мне надо!
.
На размытой дороге мне попалась сумасбродная городская фифа!
Мало того, что гадостей наговорила, так еще и перевернуться умудрилась.
Пришлось ее вытаскивать…
Благо целая, пришла в себя.
Только отчего у нее такой растерянный вид?
.
– А… – она оглядывается, часто хлопая своими пушистыми ресницами, – А я почему тут в таком виде? А мы же… – смотрит на меня одновременно с ужасом и надеждой, – Женаты?!
– Женаты, женаты! – довольно ухмыляясь, киваю я.
— Ах ты паразит такой! А ну иди сюда, кому говорю!
Я даже остановился, сначала подумав, что незнакомая женщина ко мне обращается. Огляделся — в поле зрения никого. Осторожно пошёл дальше.
Но только завернул за угол, и мои глаза сразу же наткнулись на… аппетитный женский зад.
Какая-то дамочка стояла, склонившись в глубоком поклоне над моим крыльцом, и приговаривала:
— Ну вылезай же, Мурзик! Да чтоб тебя собаки покусали, вредный ты кот!
— С последним утверждением я совершенно согласен, — сказал я.
Женщина громко вскрикнула, быстро выпрямилась и, обернувшись, испуганно уставилась на меня.
— Вы кто такой? — с ужасом прошептала она. — И что здесь делаете?
— Это вы что здесь делаете? Я вообще-то снял этот дом до конца лета! А вы, может, наконец заберёте своего наглого кота и покинете мой двор?
****
Он терпеть не может её наглого кота, она не переносит его занудство. Но дети твёрдо решили родителей поженить, и даже рыжий Мурзик этому не помеха!
Я даже остановился, сначала подумав, что незнакомая женщина ко мне обращается. Огляделся — в поле зрения никого. Осторожно пошёл дальше.
Но только завернул за угол, и мои глаза сразу же наткнулись на… аппетитный женский зад.
Какая-то дамочка стояла, склонившись в глубоком поклоне над моим крыльцом, и приговаривала:
— Ну вылезай же, Мурзик! Да чтоб тебя собаки покусали, вредный ты кот!
— С последним утверждением я совершенно согласен, — сказал я.
Женщина громко вскрикнула, быстро выпрямилась и, обернувшись, испуганно уставилась на меня.
— Вы кто такой? — с ужасом прошептала она. — И что здесь делаете?
— Это вы что здесь делаете? Я вообще-то снял этот дом до конца лета! А вы, может, наконец заберёте своего наглого кота и покинете мой двор?
****
Он терпеть не может её наглого кота, она не переносит его занудство. Но дети твёрдо решили родителей поженить, и даже рыжий Мурзик этому не помеха!
Мой муж ушел к фитоняше с губами-пельменями, забрал общие деньги и заявил, что я «перестала развиваться». Ну окей, милый. Поплакала? Хватит. Месть нужно подавать холодной... желательно, лежа под шелковыми простынями его босса!
Влад Миров — генеральный директор, ходячий тестостерон и мужчина с самым пугающим взглядом в Москве. Тот, перед кем мой бывший трясся как осиновый лист. Я просто отправила Владу фото своего декольте и написала: *«Говорят, вы цените хватку. Возьмите меня хотя бы курьером»*.
Он ответил через минуту. Переводом в полмиллиона.
*Назначение платежа: «На реабилитацию после идиотов».*
Теперь я живу в его золотой клетке. Трачу его черные карты, дрессирую кота-предателя и учусь дышать заново. Этот мужчина пугает меня до дрожи в коленках, но рядом с ним я впервые чувствую себя живой.
Только вот бывший решил вернуться. А Влад не умеет возвращать то, что уже считает своим.
Влад Миров — генеральный директор, ходячий тестостерон и мужчина с самым пугающим взглядом в Москве. Тот, перед кем мой бывший трясся как осиновый лист. Я просто отправила Владу фото своего декольте и написала: *«Говорят, вы цените хватку. Возьмите меня хотя бы курьером»*.
Он ответил через минуту. Переводом в полмиллиона.
*Назначение платежа: «На реабилитацию после идиотов».*
Теперь я живу в его золотой клетке. Трачу его черные карты, дрессирую кота-предателя и учусь дышать заново. Этот мужчина пугает меня до дрожи в коленках, но рядом с ним я впервые чувствую себя живой.
Только вот бывший решил вернуться. А Влад не умеет возвращать то, что уже считает своим.
- Не знал, что у вас есть дети, Алла Юрьевна.
- Ну да... Двое.
- Вижу, что не пятеро. Откуда?
- Александр Иванович, думаю, вам объяснить, откуда дети берутся?
- Вопрос не в этом. Зачем скрывали?
- В каком смысле?
- Я всё знаю о своих сотрудниках. Но о ваших детях не знал.
Конечно, не знали, Александр Иванович! Ведь нашу одну-единственную ночь после корпоратива пять лет назад вы благополучно забыли...
А я сохранила секрет. Теперь у меня близняшки от босса. И босс не должен узнать!
- Ну да... Двое.
- Вижу, что не пятеро. Откуда?
- Александр Иванович, думаю, вам объяснить, откуда дети берутся?
- Вопрос не в этом. Зачем скрывали?
- В каком смысле?
- Я всё знаю о своих сотрудниках. Но о ваших детях не знал.
Конечно, не знали, Александр Иванович! Ведь нашу одну-единственную ночь после корпоратива пять лет назад вы благополучно забыли...
А я сохранила секрет. Теперь у меня близняшки от босса. И босс не должен узнать!
Выберите полку для книги