Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Мария Попова, учительница французского и просто уютная пышка с зонтиком в цветочек, привыкла решать проблемы, а не создавать их. Когда строптивая дочка местного олигарха начинает прогуливать школу, Мария садится в старый «Рено» и едет в самый центр урагана, даже не подозревая, что этот ураган окажется мужчиной.
Виктор Власов, успешный бизнесмен и вдовец, уже полгода задыхается за стеклянными стенами собственной репутации. Несправедливое обвинение в домогательствах превратило его в изгоя в глазах окружающих. Теперь любая женщина, задержавшая на нем взгляд, видит не его, а грязный шлейф скандала. Ожесточившийся, одинокий, он давно разучился верить в искренность.
Но когда приходит весна, даже в душе самого ожесточенного одиночки распускаются ландыши. Вот только как объяснить женщине, что ты не чудовище, и просто хочешь согреть ее руки и никогда не отпускать?
Виктор Власов, успешный бизнесмен и вдовец, уже полгода задыхается за стеклянными стенами собственной репутации. Несправедливое обвинение в домогательствах превратило его в изгоя в глазах окружающих. Теперь любая женщина, задержавшая на нем взгляд, видит не его, а грязный шлейф скандала. Ожесточившийся, одинокий, он давно разучился верить в искренность.
Но когда приходит весна, даже в душе самого ожесточенного одиночки распускаются ландыши. Вот только как объяснить женщине, что ты не чудовище, и просто хочешь согреть ее руки и никогда не отпускать?
Он делает медленную затяжку сигаретой, которую я раньше не замечала. Красный огонёк зловеще отражается в его прозрачных зрачках.
— Слишком много спеси для той, чья безопасность зависит от толщины родительского кошелька, — произносит он с тихим спокойствием, выпуская струю дыма.
Он подходит ближе. Я отчётливо чувствую давящий жар его тела. Внутри меня появляется липкое предчувствие угрозы, мне становится по-настоящему не по себе.
Он делает ещё один абсолютно бесшумный шаг ближе ко мне.
— Я недавно вышел... — его голос падает до вибрирующего шёпота, от которого по моей коже бежит мороз. — И здесь всё такое хрупкое...
Склоняется к самому моему лицу, в тусклом свете ночи его прозрачные глаза окончательно темнеют. Я чувствую, как моё горло пересохло, тело просто не может сдвинуться с места.
— Я смотрю на тебя и думаю... сколько секунд тебе понадобится, чтобы забыть всю свою гордость и начать умолять меня о пощаде, если я просто перестану давать тебе дышать?
— Слишком много спеси для той, чья безопасность зависит от толщины родительского кошелька, — произносит он с тихим спокойствием, выпуская струю дыма.
Он подходит ближе. Я отчётливо чувствую давящий жар его тела. Внутри меня появляется липкое предчувствие угрозы, мне становится по-настоящему не по себе.
Он делает ещё один абсолютно бесшумный шаг ближе ко мне.
— Я недавно вышел... — его голос падает до вибрирующего шёпота, от которого по моей коже бежит мороз. — И здесь всё такое хрупкое...
Склоняется к самому моему лицу, в тусклом свете ночи его прозрачные глаза окончательно темнеют. Я чувствую, как моё горло пересохло, тело просто не может сдвинуться с места.
— Я смотрю на тебя и думаю... сколько секунд тебе понадобится, чтобы забыть всю свою гордость и начать умолять меня о пощаде, если я просто перестану давать тебе дышать?
— Миллиардер Хасанов. Слышала о таком?
— Нет.
— А он о тебе слышал! — мэр деревни зыркнул на меня и постучал по столу. — Требует заселение и олл инклюзив. Со всем размахом гостеприимной души русской! Так что, хозяюшка, готовься. Важный гость…
***
Я — владелица небольшого гостевого домика в живописной русской деревне.
Неожиданный визит миллиардера — как снег на голову.
И почему у него ко мне какие-то претензии и завышенные требования?
— Нет.
— А он о тебе слышал! — мэр деревни зыркнул на меня и постучал по столу. — Требует заселение и олл инклюзив. Со всем размахом гостеприимной души русской! Так что, хозяюшка, готовься. Важный гость…
***
Я — владелица небольшого гостевого домика в живописной русской деревне.
Неожиданный визит миллиардера — как снег на голову.
И почему у него ко мне какие-то претензии и завышенные требования?
- Так и уйдешь? К ней? - спрашиваю, и голос срывается. - После этой ночи?
- У меня девушка есть... и ты знаешь это, - сглатывает нервно и отворачивается. - Прости... я просто утешал тебя. Мы же друзья...
- Друзья?! - кричу, толкая его в грудь. - Мы больше не друзья! Уходи... к ней... раз она лучше...
- Прости... - хрипит в ответ, и дергает дверь на себя.
Громкий хлопок и я одна. В пустой прихожей. Во всем мире... во всей вселенной...
- У меня девушка есть... и ты знаешь это, - сглатывает нервно и отворачивается. - Прости... я просто утешал тебя. Мы же друзья...
- Друзья?! - кричу, толкая его в грудь. - Мы больше не друзья! Уходи... к ней... раз она лучше...
- Прости... - хрипит в ответ, и дергает дверь на себя.
Громкий хлопок и я одна. В пустой прихожей. Во всем мире... во всей вселенной...
Я приехала на Сицилию за солнцем, морем и свободой. Но одна случайная прогулка превратила мой отпуск в кошмар…
Мы с подругой увидели то, чего видеть не должны были. Её отпустили. А меня оставили на роскошной вилле мужчины, чьего имени боится весь остров, и, кажется, далеко за его пределами…
Дарио Романо обещает мне безопасность. Дарит платья, украшения и целый мир, окружённый высокими стенами. Только я не просила ни о подарках, ни о его защите.
Я хочу сбежать.
Но с каждым днём всё меньше понимаю, чего боюсь сильнее: остаться пленницей дона Романо… или однажды стать свободной и больше никогда его не увидеть…
Мы с подругой увидели то, чего видеть не должны были. Её отпустили. А меня оставили на роскошной вилле мужчины, чьего имени боится весь остров, и, кажется, далеко за его пределами…
Дарио Романо обещает мне безопасность. Дарит платья, украшения и целый мир, окружённый высокими стенами. Только я не просила ни о подарках, ни о его защите.
Я хочу сбежать.
Но с каждым днём всё меньше понимаю, чего боюсь сильнее: остаться пленницей дона Романо… или однажды стать свободной и больше никогда его не увидеть…
Я слышу ложь. Буквально. Тембр, частота, микроскопическая заминка перед словом — для меня это громче крика.
Я всего лишь фрилансер-аналитик с кружкой ромашкового чая и четвёртым размером, но одно ночное задание сделало меня мишенью.
Теперь за мной охотятся, а единственная защита — Арслан Даутов. Властный. Наглый. Привыкший командовать.
Он решил, что может купить мою безопасность. Но он ещё не понял: я не подчиняюсь.
Я всего лишь фрилансер-аналитик с кружкой ромашкового чая и четвёртым размером, но одно ночное задание сделало меня мишенью.
Теперь за мной охотятся, а единственная защита — Арслан Даутов. Властный. Наглый. Привыкший командовать.
Он решил, что может купить мою безопасность. Но он ещё не понял: я не подчиняюсь.
Я заплатила за одну ночь без обязательств.
Никаких фамилий. Никаких телефонов. Никакого завтрака и обещаний встретиться снова.
И получила именно то, что хотела: взрослого, красивого мужчину, отличный секс и возможность утром забыть друг о друге.
Через четыре дня я вхожу в переговорную собственной компании и вижу его напротив.
Только теперь он не Марк из закрытого клуба знакомств.
Он — Лев Арсеньев, управляющий партнер фонда, который только что купил тридцать процентов моего бизнеса.
Мы быстро договариваемся: та ночь не имеет отношения к работе.
Проблема в том, что я снова его хочу.
А потом он голосует против моих решений, знает о моей компании то, чего иногда не может мне рассказать, и однажды его фонд предлагает купить уже контрольный пакет.
Теперь мне придется понять, что опаснее: впустить инвестора слишком глубоко в свой бизнес или мужчину — в свою жизнь.
Никаких фамилий. Никаких телефонов. Никакого завтрака и обещаний встретиться снова.
И получила именно то, что хотела: взрослого, красивого мужчину, отличный секс и возможность утром забыть друг о друге.
Через четыре дня я вхожу в переговорную собственной компании и вижу его напротив.
Только теперь он не Марк из закрытого клуба знакомств.
Он — Лев Арсеньев, управляющий партнер фонда, который только что купил тридцать процентов моего бизнеса.
Мы быстро договариваемся: та ночь не имеет отношения к работе.
Проблема в том, что я снова его хочу.
А потом он голосует против моих решений, знает о моей компании то, чего иногда не может мне рассказать, и однажды его фонд предлагает купить уже контрольный пакет.
Теперь мне придется понять, что опаснее: впустить инвестора слишком глубоко в свой бизнес или мужчину — в свою жизнь.
Они похожи до невозможности: одинаковые глаза, одинаковые цепочки с полумесяцем. Близнецы. Братья. Двое... Но когда я поняла это, было уже поздно. Или, наоборот, самое время решиться на то, чего я не позволяла себе никогда. Я в отпуске. И я хочу развлекаться. Если они оба согласны, я предложу им провести это время втроём.
Ей сорок. После развода, семи лет бесплодных попыток забеременеть и предательства мужа её жизнь похожа на руины. Подруги отправляют Марину в санаторий на Кавказе с одним советом: забыться и позволить себе хотя бы одну ночь без обязательств.
Случайная встреча у забора с таинственным незнакомцем оборачивается тем, чего она так долго ждала, но уже перестала надеяться получить. Вернувшись домой, Марина обнаруживает, что беременна.
Записавшись в частную клинику, она с ужасом узнаёт в новом враче того самого мужчину из санатория. Теперь ей приходится лгать, скрывая правду о ребёнке, но он не отступает. Между ними вспыхивает нечто большее, чем случайная страсть.
Случайная встреча у забора с таинственным незнакомцем оборачивается тем, чего она так долго ждала, но уже перестала надеяться получить. Вернувшись домой, Марина обнаруживает, что беременна.
Записавшись в частную клинику, она с ужасом узнаёт в новом враче того самого мужчину из санатория. Теперь ей приходится лгать, скрывая правду о ребёнке, но он не отступает. Между ними вспыхивает нечто большее, чем случайная страсть.
Я сижу за столом, и мой жених Руслан в очередной раз утыкается в телефон. А напротив — его старший брат Тимур. Он не говорит ни слова, только смотрит. Прямо. Хищно. Как на добычу.
Под столом его колено касается моего.
Я дергаюсь, но не убираю ногу. Не могу.
— Передай соль, — бросает Руслан, не поднимая глаз.
Я передаю. Пальцы дрожат. Тимур усмехается, и от этой усмешки у меня сводит живот. Не от страха. От притяжения.
Я через неделю выхожу замуж за человека, которого не люблю, но все вокруг говорят, что мне повезло. Только его старший брат смотрит на меня так, будто знает правду, которую я сама боюсь произнести вслух. И с каждым днём мне всё труднее делать вид, что я не задыхаюсь от его взгляда.
Я выхожу замуж. Но тянет меня к брату моего жениха.
Во что же я встряла?..
Под столом его колено касается моего.
Я дергаюсь, но не убираю ногу. Не могу.
— Передай соль, — бросает Руслан, не поднимая глаз.
Я передаю. Пальцы дрожат. Тимур усмехается, и от этой усмешки у меня сводит живот. Не от страха. От притяжения.
Я через неделю выхожу замуж за человека, которого не люблю, но все вокруг говорят, что мне повезло. Только его старший брат смотрит на меня так, будто знает правду, которую я сама боюсь произнести вслух. И с каждым днём мне всё труднее делать вид, что я не задыхаюсь от его взгляда.
Я выхожу замуж. Но тянет меня к брату моего жениха.
Во что же я встряла?..
Выберите полку для книги