Читать и слушать книги
– Мне надоело это скрывать, Артём! – голос моей сестры дрожал, но был решительным. –Ты отец этого ребёнка, пора уже сказать правду!
Я оцепенела. Мир вокруг будто застыл, а я впала в кому.
Но потом заговорил мой муж. Тот, кто час назад целовал меня при всех, уверяя, что любит.
– Ты вообще с ума сошла? – его голос был глухой, раздражённый. – Ты хочешь, чтобы твоя мать услышала? Или Лиза?
– А почему бы и нет? – всхлипнула сестра.
– Замолчи! – резко сказал Артём. – Это была ошибка. Ясно?
– Ошибкой это бы было, если бы всё случилось один раз, Артём. Но два года, слышишь? ДВА ГОДА ты приходил, говорил, что я – твоя слабость!
Мне стало трудно дышать. В голове зазвенело. Два года… Два года они врали мне.
Не помню, как сорвалась с места. Мне нужно было видеть их обоих. Смотреть им в глаза.
Артём и Олеся обернулись одновременно.
– Ну что ж, – сказала я, глядя прямо на них. – Теперь я хотя бы буду знать, почему ребёнок будет похож на моего мужа. Не будет сюрпризом.
Я оцепенела. Мир вокруг будто застыл, а я впала в кому.
Но потом заговорил мой муж. Тот, кто час назад целовал меня при всех, уверяя, что любит.
– Ты вообще с ума сошла? – его голос был глухой, раздражённый. – Ты хочешь, чтобы твоя мать услышала? Или Лиза?
– А почему бы и нет? – всхлипнула сестра.
– Замолчи! – резко сказал Артём. – Это была ошибка. Ясно?
– Ошибкой это бы было, если бы всё случилось один раз, Артём. Но два года, слышишь? ДВА ГОДА ты приходил, говорил, что я – твоя слабость!
Мне стало трудно дышать. В голове зазвенело. Два года… Два года они врали мне.
Не помню, как сорвалась с места. Мне нужно было видеть их обоих. Смотреть им в глаза.
Артём и Олеся обернулись одновременно.
– Ну что ж, – сказала я, глядя прямо на них. – Теперь я хотя бы буду знать, почему ребёнок будет похож на моего мужа. Не будет сюрпризом.
Каждый из них строил семью, основываясь на собственных ценностях. Кто же виноват, что хрупкое счастье рухнуло в тот миг, когда вскрылась разница приоритетов.
Теперь он - отец-одиночка, преданный и брошенный, вынужденный без подготовки окунуться в новый и сложный мир взаимоотношений с новорожденной дочерью, а она? Сможет ли герой вновь впустить в сердце любовь? Сможет ли простить измену той, которую боготворил?
Теперь он - отец-одиночка, преданный и брошенный, вынужденный без подготовки окунуться в новый и сложный мир взаимоотношений с новорожденной дочерью, а она? Сможет ли герой вновь впустить в сердце любовь? Сможет ли простить измену той, которую боготворил?
— Та-дам! — взрываю хлопушку прямо над любовничками.
— Маша? — Игнат хлопает глазами. — Ты должна быть в командировке.
— Должна, но не обязана! — зло парирую. — А ты должен резать салатики! А не Дианку смаковать!
Игнат быстро вскакивает. Натягивает на тело футболку.
Перевожу взгляд с него на подругу. Диана стыдливо прикрывается пледом.
— Маш, ну а ты что хотела? Оставляешь мужика одного, сама вечно на работе, в разъездах. Ты даже в Новый год работаешь. Не любишь ты Игната! — Дианке палец в рот не клади. Она от рождения наглая. Будет до победного отстаивать свою правоту... даже если не права. Даже если переспала с чужим мужем.
— Маш, а ты чего вернулась-то? — мой муж явно мне не рад. В его глазах читается не стыд, не вина — раздражение. Словно это я помешала ему, а не он предал меня.
— На тебя — козла — посмотреть, Пахомов! — рычу я, чувствуя, как внутри все кипит.
— Маша? — Игнат хлопает глазами. — Ты должна быть в командировке.
— Должна, но не обязана! — зло парирую. — А ты должен резать салатики! А не Дианку смаковать!
Игнат быстро вскакивает. Натягивает на тело футболку.
Перевожу взгляд с него на подругу. Диана стыдливо прикрывается пледом.
— Маш, ну а ты что хотела? Оставляешь мужика одного, сама вечно на работе, в разъездах. Ты даже в Новый год работаешь. Не любишь ты Игната! — Дианке палец в рот не клади. Она от рождения наглая. Будет до победного отстаивать свою правоту... даже если не права. Даже если переспала с чужим мужем.
— Маш, а ты чего вернулась-то? — мой муж явно мне не рад. В его глазах читается не стыд, не вина — раздражение. Словно это я помешала ему, а не он предал меня.
— На тебя — козла — посмотреть, Пахомов! — рычу я, чувствуя, как внутри все кипит.
Я познакомился с ней много лет назад и с тех пор так и не смог выкинуть из головы. В Новый год часто исполняются наши самые заветные желания. Мое желание ― снова встретить ее, мою голубоглазую Снегурочку.
Перед вами теплая, добрая, романтичная, можно сказать сказочная история со счастливым концом.
Перед вами теплая, добрая, романтичная, можно сказать сказочная история со счастливым концом.
— Это что, Орлова? — офигел босс, увидев меня, спящую с сыном на диване его кабинета.
— Это мой сын, Вячеслав Александрович. Простите. Мне просто некуда было идти. Вы меня теперь уволите?
Я ушла из дома ночью.
Муж притащил в постель любовницу, а потом сказал, что мне пора привыкнуть.
Денег нет, друзей нет, мама мужа шипит, что я «позор семьи».
И я просто взяла сына на руки и пошла туда, где хоть немного света — на работу.
Но не знала, что в тот момент в офис войдёт он. Властный, холодный, опасный.
Босс, которого боятся даже мужчины.
— Это мой сын, Вячеслав Александрович. Простите. Мне просто некуда было идти. Вы меня теперь уволите?
Я ушла из дома ночью.
Муж притащил в постель любовницу, а потом сказал, что мне пора привыкнуть.
Денег нет, друзей нет, мама мужа шипит, что я «позор семьи».
И я просто взяла сына на руки и пошла туда, где хоть немного света — на работу.
Но не знала, что в тот момент в офис войдёт он. Властный, холодный, опасный.
Босс, которого боятся даже мужчины.
После развода жизнь только начинается! Ольга искала перезагрузку, а нашла… отца своего бывшего! Запретная любовь, шокирующие откровения и море страсти!
ПЕРВЫМ 5 КОММЕНТАТОРАМ ПОДАРЮ КНИГУ
ПЕРВЫМ 5 КОММЕНТАТОРАМ ПОДАРЮ КНИГУ
ЗАВЕРШЁННАЯ ПОВЕСТЬ!
Мобильный вибрирует в моей руке, высвечивая номер. Сердце пропускает удар, когда я вижу фотографию на экране – мы с мужем на нашем свадебном фото. Он обнимает меня, а я счастливо смеюсь.
– Алло? – голос предательски дрожит.
– Привет, дорогая! Как твои дела? – знакомые снисходительные интонации заставляют кровь стынуть в жилах. – Знаешь, я тут подумала… Может, заедешь в офис к своему благоверному? У него сегодня важная встреча с новым партнёром.
Звонок прерывается. Телефон коротко сигналит о входящем сообщении. Открываю – там видео. Знакомый интерьер. И… знакомые люди.
Включаю – и моя жизнь рушится.
Мобильный вибрирует в моей руке, высвечивая номер. Сердце пропускает удар, когда я вижу фотографию на экране – мы с мужем на нашем свадебном фото. Он обнимает меня, а я счастливо смеюсь.
– Алло? – голос предательски дрожит.
– Привет, дорогая! Как твои дела? – знакомые снисходительные интонации заставляют кровь стынуть в жилах. – Знаешь, я тут подумала… Может, заедешь в офис к своему благоверному? У него сегодня важная встреча с новым партнёром.
Звонок прерывается. Телефон коротко сигналит о входящем сообщении. Открываю – там видео. Знакомый интерьер. И… знакомые люди.
Включаю – и моя жизнь рушится.
– Я беременна от вашего мужа.
Девушка, стоящая на пороге моей квартиры, ревет и протягивает мне снимок УЗИ. На вид она младше меня лет на пять. Явно молоденькая студентка, еще не окончившая ВУЗ.
– Это какая-то шутка?
Я криво усмехаюсь, предположив, что девушка ошиблась адресом.
– Н-нет, – шмыгает она носом и протягивает мне фото. – Отец моего малыша – Астахов Мирон Васильевич. Заведующий акушерско-гинекологическим отделением областной больницы.
Мое сердце болезненно сжимается, ведь на фото рядом с ней, обхватив ее небольшой животик, стоит мой муж.
– Дайте ему развод, Даша. У ребеночка должен быть отец.
***
Она всхлипывает, а я обмираю, пряча за спину уже ненужный тест на беременность.
Не прошло и года с нашей свадьбы, как на пороге нашей квартиры появляется девица, с которой мой муж мне давно изменяет. Я подаю на развод и уношу тайну под сердцем. Готовлюсь к судьбе матери-одиночки, но спустя 9 месяцев мой бывший муж принимает у меня роды.
Девушка, стоящая на пороге моей квартиры, ревет и протягивает мне снимок УЗИ. На вид она младше меня лет на пять. Явно молоденькая студентка, еще не окончившая ВУЗ.
– Это какая-то шутка?
Я криво усмехаюсь, предположив, что девушка ошиблась адресом.
– Н-нет, – шмыгает она носом и протягивает мне фото. – Отец моего малыша – Астахов Мирон Васильевич. Заведующий акушерско-гинекологическим отделением областной больницы.
Мое сердце болезненно сжимается, ведь на фото рядом с ней, обхватив ее небольшой животик, стоит мой муж.
– Дайте ему развод, Даша. У ребеночка должен быть отец.
***
Она всхлипывает, а я обмираю, пряча за спину уже ненужный тест на беременность.
Не прошло и года с нашей свадьбы, как на пороге нашей квартиры появляется девица, с которой мой муж мне давно изменяет. Я подаю на развод и уношу тайну под сердцем. Готовлюсь к судьбе матери-одиночки, но спустя 9 месяцев мой бывший муж принимает у меня роды.
У них было всё. И теперь — почти ничего.
Инга и Марк приходят в ЗАГС, чтобы развестись.
Но день оказывается против них: сломанная техника, ливень, закрытые дороги… и целый день рядом, который никто из них не планировал.
Он вспоминает, как она целовалась с ним в свадебном платье в баре без вывески.
Она — как просыпалась по утрам рядом с мужчиной, который обещал стать кем-то большим.
Разные мечты. Разные боли. Разные маршруты.
Но у судьбы, похоже, свой сценарий.
Инга и Марк приходят в ЗАГС, чтобы развестись.
Но день оказывается против них: сломанная техника, ливень, закрытые дороги… и целый день рядом, который никто из них не планировал.
Он вспоминает, как она целовалась с ним в свадебном платье в баре без вывески.
Она — как просыпалась по утрам рядом с мужчиной, который обещал стать кем-то большим.
Разные мечты. Разные боли. Разные маршруты.
Но у судьбы, похоже, свой сценарий.
– Катя, – тихо произнёс мой жених. – Ты же умная девочка. То, что я женюсь на Милане, не значит, что всё между нами закончено.
Моя подруга всхлипнула.
– Я не могу смотреть, как ты говоришь ей клятву. Мы же... были вместе. И тебе было хорошо. Не ври, ты ведь чувствовал!
– Чувствовал, – усмехнулся он. – Но, милая, чувства – это роскошь, которую могут себе позволить бедные.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Катя.
– Всё просто. Мой выбор сделан не сердцем, а выгодой, – произнёс он без малейшего смущения. – У тебя, увы, нет богатого отца, банковского счёта, недвижимости и компании, занимающей первое место на рынке.
Всё, что я чувствовала – это отчаяние, злость, боль и… странное, почти спокойное осознание: надо поставить точку.
Я выпрямилась, медленно вдохнула. Руки дрожали, но я толкнула дверь.
– О, а вот и невеста, – произнесла я, не узнавая собственный голос. – Знаешь, Олег, ты прав. Деньги правда надёжнее чувств. Особенно если чувства у тебя такие… одноразовые.
Моя подруга всхлипнула.
– Я не могу смотреть, как ты говоришь ей клятву. Мы же... были вместе. И тебе было хорошо. Не ври, ты ведь чувствовал!
– Чувствовал, – усмехнулся он. – Но, милая, чувства – это роскошь, которую могут себе позволить бедные.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Катя.
– Всё просто. Мой выбор сделан не сердцем, а выгодой, – произнёс он без малейшего смущения. – У тебя, увы, нет богатого отца, банковского счёта, недвижимости и компании, занимающей первое место на рынке.
Всё, что я чувствовала – это отчаяние, злость, боль и… странное, почти спокойное осознание: надо поставить точку.
Я выпрямилась, медленно вдохнула. Руки дрожали, но я толкнула дверь.
– О, а вот и невеста, – произнесла я, не узнавая собственный голос. – Знаешь, Олег, ты прав. Деньги правда надёжнее чувств. Особенно если чувства у тебя такие… одноразовые.
Выберите полку для книги