Читать и слушать книги
Он мой отчим. Массажист с чужими правилами и слишком внимательными руками.
Я приехала на месяц — плечо болело, мать уехала, дом был чужим. А через два дня я уже не могла отличить, где заканчивается лечение и начинается что-то, чего я не должна была хотеть.
— Ты не должен был это говорить.
— Почему?
— Потому что неправильно.
— Неправильно говорить правду?
Двадцать четыре года разницы. Её муж. Мой запрет, который вдруг стал единственным, чего я хочу по-настоящему.
У нас двенадцать дней до её возвращения. Мы решили, что этого хватит, чтобы понять — можем мы остановиться или нет.
Я приехала на месяц — плечо болело, мать уехала, дом был чужим. А через два дня я уже не могла отличить, где заканчивается лечение и начинается что-то, чего я не должна была хотеть.
— Ты не должен был это говорить.
— Почему?
— Потому что неправильно.
— Неправильно говорить правду?
Двадцать четыре года разницы. Её муж. Мой запрет, который вдруг стал единственным, чего я хочу по-настоящему.
У нас двенадцать дней до её возвращения. Мы решили, что этого хватит, чтобы понять — можем мы остановиться или нет.
Отец проиграл меня своим друзьям. Я их едва знаю. Они меня пугают.
Привезли в свой дом и сказали, что я их игрушка.
– Мы все разные. Марк – животное. Молчаливый – тень. А я... – дьявол разворачивает меня лицом к себе, поднимает мой подбородок. – Я тот, кто будет беречь тебя. Но и остальные от тебя не откажутся.
Привезли в свой дом и сказали, что я их игрушка.
– Мы все разные. Марк – животное. Молчаливый – тень. А я... – дьявол разворачивает меня лицом к себе, поднимает мой подбородок. – Я тот, кто будет беречь тебя. Но и остальные от тебя не откажутся.
В день свадебного торжества муж сбегает с любовницей, опустошив счета моего ателье и оставив меня отвечать за двадцать семь чужих свадеб. Спасти дело берутся его отец Станислав, привыкший решать за всех, и младший брат свёкра Тимофей, который замечает каждую мою слабость. Пока беглый муж требует отдать ему ателье, запретное притяжение связывает меня сразу с двумя мужчинами, слишком ревнивыми, чтобы спокойно делить одну женщину. Кого мне выбрать, если я хочу остаться с обоими?
Я отползла подальше в стог сена, не понимая, что мне делать. Орлова, кажется, ничего не смущало. Он продолжал смотреть на меня тяжелым взглядом.
Черт! Черт! Черт! В какой момент он зашел?
– Не бойся, – Орлов нарушил тишину, до этого прерываемую только нашим тяжелым дыханием и жужжанием насекомых, – тебе явно снился хороший сон. Хочешь рассказать?
Я замотала головой. Не хватало только выложить ему, о ком я мечтала. Я и так сгорала от стыда.
– Не хочешь воплотить свои фантазии наяву? – хрипло проговорил Дмитрий…
––
Меня сделали руководителем проекта по реконструкции усадьбы, и я работаю в паре с молодым архитектором. Соблазны поджидают на каждом шагу вкупе с подставой, которую устроил бывший муж. Однажды вечером я получаю приглашение от Виктора провести вместе ночь, но я и не подозреваю, чем это может обернуться.
––
Черт! Черт! Черт! В какой момент он зашел?
– Не бойся, – Орлов нарушил тишину, до этого прерываемую только нашим тяжелым дыханием и жужжанием насекомых, – тебе явно снился хороший сон. Хочешь рассказать?
Я замотала головой. Не хватало только выложить ему, о ком я мечтала. Я и так сгорала от стыда.
– Не хочешь воплотить свои фантазии наяву? – хрипло проговорил Дмитрий…
––
Меня сделали руководителем проекта по реконструкции усадьбы, и я работаю в паре с молодым архитектором. Соблазны поджидают на каждом шагу вкупе с подставой, которую устроил бывший муж. Однажды вечером я получаю приглашение от Виктора провести вместе ночь, но я и не подозреваю, чем это может обернуться.
––
Трое в темноте. У них её браслет. Они знают её имя. Они ждали её.
— Не включай. Мы так лучше видим.
Яна — организатор роскошных вечеров. Она привыкла всё контролировать. Но здесь она теряет власть над собой. Они не угрожают, не насилуют, не бьют. Они предлагают иное: показать ей, чего она боится хотеть. И дать это.
Она может уйти. Может вызвать охрану. Вместо этого она говорит «да».
Одна ночь в отеле «Ритц-Алатау» переворачивает её мир. Игра без правил, где стыд и наслаждение сплетены воедино, а боль становится ключом к свободе. Но когда удовольствие граничит с одержимостью, как понять, где заканчивается игра и начинается настоящая жизнь?
— Это твоё? — спросил тот, что сидел напротив, перекатывая браслет между пальцев. — Нашёл у себя в номере. Интересно, что ты делала под моей кроватью, Яна?
— Не включай. Мы так лучше видим.
Яна — организатор роскошных вечеров. Она привыкла всё контролировать. Но здесь она теряет власть над собой. Они не угрожают, не насилуют, не бьют. Они предлагают иное: показать ей, чего она боится хотеть. И дать это.
Она может уйти. Может вызвать охрану. Вместо этого она говорит «да».
Одна ночь в отеле «Ритц-Алатау» переворачивает её мир. Игра без правил, где стыд и наслаждение сплетены воедино, а боль становится ключом к свободе. Но когда удовольствие граничит с одержимостью, как понять, где заканчивается игра и начинается настоящая жизнь?
— Это твоё? — спросил тот, что сидел напротив, перекатывая браслет между пальцев. — Нашёл у себя в номере. Интересно, что ты делала под моей кроватью, Яна?
Обычно чудовища не отпускают своих жертв. Особенно, если между ними развивается что-то гораздо опаснее страха.
Объехав ремонт на дороге, я попала на болота, где тут же была принесена в жертву местной нежити — испещренному уродливыми шрамами двухметровому чудовищу, в котором нет ни капли сострадания к людям. Но у меня есть шанс на спасение. Смогу ли я им воспользоваться или сгину на болотах, не сумев выбраться из объятий смерти?
Объехав ремонт на дороге, я попала на болота, где тут же была принесена в жертву местной нежити — испещренному уродливыми шрамами двухметровому чудовищу, в котором нет ни капли сострадания к людям. Но у меня есть шанс на спасение. Смогу ли я им воспользоваться или сгину на болотах, не сумев выбраться из объятий смерти?
Братья моего мужа, дикие кавказцы, решили отомстить мне за дерзость. Похитили и привезли меня в пещеру, где… Такого не бывает в жизни. Такого разврата просто не бывает в жизни.
***
– Это вы... вы все подстроили.
– Конечно, – он улыбается. – И это только начало. Адам скоро уедет. И тогда мы продолжим твое обучение. Без свидетелей.
***
– Это вы... вы все подстроили.
– Конечно, – он улыбается. – И это только начало. Адам скоро уедет. И тогда мы продолжим твое обучение. Без свидетелей.
В её жизни было только серое небо, картонные коробки и чужие заказы. А потом вошли они. Двое. Один — с холодными карими глазами и приказом вместо голоса. Второй — с зелеными, в которых горело предупреждение: он не отступит.
«— Руки, Саша. Дай мне руки.
— Я сама.
— Нет. Я возьму».
Она не должна была соглашаться. Не должна была садиться в их машину, пить с ними кофе, оставаться на ночь. Но она осталась. Потому что впервые кто-то смотрел на неё не как на пустое место.
Они дали ей всё: дом, будущее, веру в себя. Но за этой красотой скрывается тайна. Они знали о ней задолго до встречи. Знали то, что она сама похоронила глубоко внутри.
«— Руки, Саша. Дай мне руки.
— Я сама.
— Нет. Я возьму».
Она не должна была соглашаться. Не должна была садиться в их машину, пить с ними кофе, оставаться на ночь. Но она осталась. Потому что впервые кто-то смотрел на неё не как на пустое место.
Они дали ей всё: дом, будущее, веру в себя. Но за этой красотой скрывается тайна. Они знали о ней задолго до встречи. Знали то, что она сама похоронила глубоко внутри.
Телефонный звонок отвлёк меня от мрачных мыслей. На экране высветился номер свёкра. Михаил Сергеевич? Испугалась так, словно он застукал меня за чем-то непристойным.
– Аня? – спокойный деловой голос, как всегда. – Собирай вещи. Завтра ты отправляешься в командировку.
– Я? В командировку? Куда? С кем? – пробормотала я так тихо, что не знала, расслышал ли он мои вопросы.
– Со мной. На Мальдивы.
Мальдивы… Из промозглой осени мне предстояло переместиться прямиком в жаркое лето, только этот факт вызывал у меня больше беспокойства, чем радости.
––
Муж изменил мне с коллегой по работе, и моя жизнь рухнула. Чтобы хоть как-то остаться на плаву, я согласилась работать в компании бывшего свёкра. Однажды он делает мне предложение – провести с ним неделю на волшебном острове. Только я не подозреваю, какие соблазны ожидают меня там. Мне предстоит решить, готова ли я поверить в то, что могу быть желанной.
––
– Аня? – спокойный деловой голос, как всегда. – Собирай вещи. Завтра ты отправляешься в командировку.
– Я? В командировку? Куда? С кем? – пробормотала я так тихо, что не знала, расслышал ли он мои вопросы.
– Со мной. На Мальдивы.
Мальдивы… Из промозглой осени мне предстояло переместиться прямиком в жаркое лето, только этот факт вызывал у меня больше беспокойства, чем радости.
––
Муж изменил мне с коллегой по работе, и моя жизнь рухнула. Чтобы хоть как-то остаться на плаву, я согласилась работать в компании бывшего свёкра. Однажды он делает мне предложение – провести с ним неделю на волшебном острове. Только я не подозреваю, какие соблазны ожидают меня там. Мне предстоит решить, готова ли я поверить в то, что могу быть желанной.
––
Карина три года была идеальной женой: ждала, молчала, не задавала вопросов. И три года не понимала, почему муж отворачивается от неё в постели.
Ответ нашёлся случайно — чужой платок в кармане пиджака и две буквы на нём. Она поехала выяснять правду к его отцу. И услышала не то, к чему готовилась:
— Ты этого не заслужила. Ты думаешь, что недостаточно хороша, ищешь в себе изъяны — потому что он к тебе не прикасается. Но дело не в тебе.
Он сказал, что запомнил её ещё на свадьбе сына. Что три года ждал.
Теперь ей решать, что страшнее — остаться в браке, где тебя нет, или разрушить всё ради мужчины, которого нельзя хотеть.
Ответ нашёлся случайно — чужой платок в кармане пиджака и две буквы на нём. Она поехала выяснять правду к его отцу. И услышала не то, к чему готовилась:
— Ты этого не заслужила. Ты думаешь, что недостаточно хороша, ищешь в себе изъяны — потому что он к тебе не прикасается. Но дело не в тебе.
Он сказал, что запомнил её ещё на свадьбе сына. Что три года ждал.
Теперь ей решать, что страшнее — остаться в браке, где тебя нет, или разрушить всё ради мужчины, которого нельзя хотеть.
Выберите полку для книги