Читать и слушать книги

— Ты думала, это просто отпуск, — говорит он, и его голос звучит так, что я забываю, как дышать. — Но горы не отпускают просто так.
Я приехала в Дагестан, чтобы отдохнуть, забыть о проблемах. Но судьба решила иначе. Случайный визит к врачу перевернул всё. Он — местный, красивый, уверенный. Его взгляд обжигает, прикосновения заставляют забыть, кто я и откуда.

Между нами вспыхивает то, чему нет названия. Горы становятся свидетелями наших встреч, его голос — моим лекарством. Но у этой истории есть цена: его семья не принимает чужих, а я — не готова жить по чужим правилам.
Я уезжаю, убеждая себя, что это был просто курортный роман. Но ...

— Ты же знаешь, что он тебя убьёт, если вернёшься, — говорит он, и его голос режет тишину как нож.
Я знаю. Но я не вернусь.
Два года я была чужой в собственном доме. Муж бил, унижал, изменял. Я терпела, пока однажды ночью он не занёс надо мной руку в последний раз. Но не успел ударить — кто-то остановил его.
Свёкор.
Он пришёл не как отец, не как защитник. Он пришёл как мужчина, который давно заметил то, что никто не хотел видеть. Он вытащил меня из ада, спрятал там, где меня не найдёт никто, кроме него.
Теперь его собственный сын идёт по нашему следу, готовый уничтожить всех. И я должна решить: снова сбежать или остаться и сражаться за мужчину, который рискнул всем ради меня.
Я уже выбрала. Я остаюсь.

Она ткёт ковры, сидя на полу — хромая, нищая, привыкшая, что на неё не смотрят. Он вошёл в её мастерскую, положил деньги на станок и сказал то, чего она не ждала.

— Мне нужен ковёр. И ещё одно. К коврам оно отношения не имеет. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.
— Ты сумасшедший.
— Может быть. Но отказов на свои предложения я не получаю.

Год в его доме в обмен на жизнь её умирающей матери. Он поклялся не трогать её против воли — и пообещал, что она сама придёт к его двери. Асият знает, что не придёт. Она разучилась хотеть. Вот только его руки уже сняли с неё то, что калечило сильнее хромоты, — стыд. И теперь распустить этот узел она не сможет.

Я думала, что уже нашла своё запретное счастье рядом с двумя мужчинами и больше мне ничего не нужно. Потом в нашем доме появился третий. Он слишком уверенный, слишком внимательный и слишком хорошо замечает то, что я пытаюсь скрыть даже от самой себя.
Я боялась впустить его в нашу жизнь, потому что одно дело — желать, и совсем другое — позволить ещё одному мужчине оказаться так близко. И чем сильнее я сопротивлялась этому новому влечению, тем яснее понимал, что прежних границ для нас больше не существует.

Будет очень горячо и откровенно!🔥
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новинки.
За звёздочки отдельное спасибо!❤️‍🔥

— Кому ты нужна, кроме меня, толстая?
Я стояла посреди офиса, а мой муж, пьяный, кричал это при всех. Три года брака, и вот — весь мой мир уместился в одно слово. Толстая. Никому не нужная. Его собственность, которую он не стеснялся унижать на людях.
А потом из кабинета вышел человек, которого я боялась больше всех в фирме. Мой босс. Властный, жёсткий, вдовец, о котором по офису ходили легенды. Он посмотрел на моего мужа так, что тот замолчал. Потом взял меня за руку и сказал два слова, изменившие всё.
— Едем ко мне.
Я не знала, что в его доме живёт брат — такой же опасный, такой же красивый, такой же одинокий

Мой свекор — гениальный музыкант, и в день его рождения он устроил концерт только для меня, пока муж спасал мир на работе. А потом его друзья-музыканты решили, что я достойна большего, чем просто аплодисменты, и они исполнили со мной самую страстную симфонию в моей жизни. Теперь я знаю, что музыка бывает не только в ушах.

— Я всегда получаю то, что хочу. И я хочу тебя прямо сейчас. Здесь.
Он поднял меня за талию и усадил на холодный мрамор. Я вскрикнула от неожиданности. Ножи в подставке звякнули, банка с корицей покачнулась. Он стоял вплотную, тяжело дыша.
— Ты думала, я отпущу тебя? — спросил он, прижимаясь ближе. — Ты думала, я не замечаю, как ты краснеешь, когда я трогаю тебя? Я всё вижу. Ты хочешь этого. И не смей врать.


Этот наглый, грубый повар привык брать всё силой — ножи, сковороды, женщин. Я пришла на стажировку, а он решил, что я буду его игрушкой. Он зажимает меня в подсобке, и мне некуда бежать. Да и хочу ли я бежать от этого грубого, властного мужчины?..

– Ну что, сладкая, готова к дегустации? – прошептал Фёдоров. – С чего начнём?
Он забрал из моих рук бокал шампанского и поднёс его к моим губам. Вторая ладонь скользила по платью вдоль груди. Прозрачное кружево почти сливалось с кожей и приятно скользило, усиливая ощущения.
– Что хочешь попробовать сегодня? – спросил Белов, подходя ко мне. Во взгляде Алексея было что-то особенно плотское, совсем не вязавшееся с его обычной холодностью.
––
В один вечер моя жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь я кондитер в «Ноктюрне» и готовлюсь к участию в конкурсе, создавая собственный десерт под руководством шефа. Но бывший жених строит козни, пытаясь лишить меня всего. Мне предстоит последнее испытание, которое определит мою дальнейшую судьбу.
––

— Ты думала, что я просто богатый коллекционер? Ошиблась, джаным. Я — тот самый демон, которого ты рисовала в своих снах, когда никто не видел. Твой самый темный, самый запретный плод фантазий.

Художница эротического искусства заключает контракт с коллекционером: слава в обмен на 33 ночи в его стамбульском поместье. Демир Османоглу забирает всё — её талант, тело, вдохновение. В его доме есть комнаты, куда вход запрещён, и взгляды слуг намекают: она не первая, кто подписал такую сделку.

— Ты мужчина или базарная баба? — голос свёкра разрезает шум гостей.
Муж смотрит на меня — на мои руки в ожогах, на платье, которое он купил, чтобы хвастаться перед друзьями. Потом переводит взгляд на отца.
— Ты не мой начальник! Я сам решаю, как жить! И где моей жене место.
Я стою у плиты уже четыре часа. Я не ела, не садилась, я — тень, которая исчезает, когда гости уходят. Я вещь. Красивая, дорогая, но без права голоса.

Эльдар смотрит на меня. Он видит во мне человека.

— Собирайся, — скажет он через месяц. — Я помогу тебе уехать.

Я не знаю, что он предлагает. Я знаю только, что если я останусь — я умру. А если уйду с ним — буду жить. Настоящей жизнью. Женщиной, которую любят.

Но что будет, когда муж узнает, с кем я сбежала?