Книги в жанре «Женский роман»

💛💛💛
— Ну хоть куда-то сгодились её яблоки, — презрительно и звонко фыркнула Кристина, стоя совершенно голой в нашей ванной.
В моей, чёрт побери, ванной!
— Тебе нравится, милый? Грудь хорошо смотрится?
Милый? Это что, шутка такая?!
— Не то слово, — ответил ей низкий, до боли знакомый голос мужа, заставляя внутренности свернуться тугим узлом. — Ты такая раскованная… Машка бы никогда не позволила себе такое.
— Да куда уж ей, — кокетливо рассмеялась подруга. —Что вас вообще в браке держит?
— Не начинай, Кристин. Ты тут не для того, чтобы рассуждать о моем браке. Займи рот чем-то более полезным…

После этих слов в ушах зашумело, будто в голове сорвало какую-то плотину.

Нравится доедать огрызки?! Да подавитесь вы оба! Чтоб это все у вас поперек горла встало!
Не прощу!
💛💛💛

Тогда он посмотрел на меня. И в его глазах — в этих карих глазах, в которые я влюблялась каждое утро вот уже пятнадцать лет — я увидела пустоту. Не злость, не боль, не сожаление. Пустоту.
— У меня есть другая.
Два слова. На этот раз всего два слова, но они прозвучали как выстрел в упор.
Я ощутила, как кровь отхлынула от лица. Мир вокруг поплыл, и я схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Очки снова съехали, и без них лицо Михаила превратилось в размытое пятно.
— Кто? — выдохнула я.
— Елена.
Я всегда знала. В глубине души, в том месте, куда страшно заглядывать, я всегда знала.
— Как долго? — Мой голос звучал почти спокойно. Удивительно, на что способен человек, когда его мир разваливается на части.
— Полгода.
Полгода. Пока я носила под сердцем нашего сына — того малыша, о котором мы мечтали семь лет, — мой муж спал с другой женщиной.

Годовщина. Нашему браку 23 года. В столовую вошли двое мужчин в форме.
Полиция. Мир замер.
— Ксения Викторовна Алексеева? — спросил старший из них, глядя мне прямо в глаза.
— Да... — прошептала я, и голос застрял в горле.
— Вы арестованы по подозрению в убийстве вашего сына, Максима Георгиевича Алексеева. Вы имеете право хранить молчание...
Дальше я не слышала ничего. Убийство. Максима. Моего сына.
— ЧТО?! — взвизгнула Лида, вскакивая с места. — О чем вы говорите?! Какое убийство?! Максим утонул! Это был несчастный случай!
— ПАПА! — закричал Ростик. — Папа, что происходит?! Скажи им!
Я смотрела на Гошу. Мой муж, отец моих детей, любовь всей моей жизни стоял рядом с полицейскими и молчал. Просто молчал. И в его глазах не было удивления. Не было шока. Не было ярости.
В его глазах была... пустота.
— Гоша? — прошептала я. — Гоша, скажи им! Скажи, что это безумие! Скажи, что я не могла убить нашего сына!

- Ниночка, - радостно говорит мой муж, - Ниночка, отец оставил мне всё. Представляешь? Деньги, дом, компания, машины... Всё теперь моё!
Не могу поверить своим ушам... Боже, мы правда теперь богаты?
- Какое счастье, Захар! Неужели можно забыть о бесконечных рабочих сменах, можно не работать двадцать четыре на семь, можно будет купить Полюне квартиру... А мы с тобой сможем путешествовать, объедем пол мира, как и мечтали... Да?
Подняв на меня удивлённый взгляд, Захар медленно произносит:
- Ниночка... Я получил наследство, да. Но при чём тут ты?

Мой муж получил огромное наследство и тут же подал на развод, назвав меня отработанным материалом. С трудом, но я приняла новую реальность и зажила дальше. Однако, один телефонный звонок вновь перевернул все с ног на голову…

– Поля? – он подходит, когда я почти собираюсь с силами, чтобы встать и пойти ему наперерез. – Привет. Прекрасно выглядишь. Я присяду?
– Конечно, – киваю, а у самой ураган мыслей в голове.
Что говорить и как? Огорошить сразу или подождать, начав нейтральную беседу? О погоде же мы ещё не говорили. Верно?!
– Андрей…– начинаю и тут же замолкаю, тушуясь под его выжидающим взглядом.
Облизываю враз пересохшие губы. Все вызубренные фразы остаются где-то за пределами стратосферы.
Я так устала. Эта погоня за ним выжала из меня последние соки. И вот теперь, когда он рядом, сидит напротив, стоит лишь руку протянуть и прикоснуться, я позорно боюсь сделать окончательный шаг и произнести то, зачем, собственно, его и пыталась найти.
– У тебя есть дочь, Андрей. Её зовут Ангелина. Ей семь лет.

В нашем классе новая ученица. Мне, как учителю и классному руководителю важно помочь ей привыкнуть к ребятам. Как обычно новеньким достается: и прозвище придумают, и осудят по надуманной причине, испытывая на прочность. А мне не хотелось бы видеть в чудесных глазках замечательной нежной девочки печаль. Тем более выяснилось, что Белочка растет без матери.
Помогаю ей как могу, а папаша вечно недоволен. Ворчит, бурчит, возмущается. Рыжий Сибирский медведь.

– Я пришел извиниться. Вчера погорячился, моя вина. Даше очень понравился пикник. И я не знал, что у вас день рождения.
– Ничего страшного, я рада, что все прояснилось и Дашенька остается в нашем классе.
– Она тоже очень рада, – Белов хотел взглянуть на дочь, но ему помешала махина, которую он до сих пор держал в руках. – Ой, это вам. С прошедшим, Оксана.
– Витальевна, – подсказала отцу Даша.
– Витальевна, – послушно повторил мужчина.
Он протянул мне букет, я потянулась забрать громадину и наши руки соприкоснулись.

− У тебя не бывает такого, что ты уже видел этого человека раньше, но не помнишь, где? – Ляпает мой глупый язык, и я не успеваю его прикусить.
− Бабу, что ли?
− Да какая там баба! Девчонка…
− Ну ты даёшь! Где подцепил цыпу?
− Да не знаю я! – Раздражаюсь. – В школе уборщицей работает. Ну, полы моет, и…
− Низко пал, Тёмыч. – Друг продолжает хохотать. - Наина если твоя узнает, она тебе твои фаберже маникюрными ножничками почикает.
− У меня ничего с этой девчонкой нет! И быть не могло, я бы помнил. – Запускаю пятерню в волосы.
Ведь запомнил бы?
_____________________________
Я приехал в школу, чтобы пообщаться с директором, а нарвался на бойкую уборщицу. Теперь у меня порваны брюки на заду и шишка на голове! А эта техничка ещё мне кого-то напоминает…

– Доченька, солнышко! – кричит он, и голос его дрожит от эмоций. – Молодец, что пришла! Папа по тебе очень соскучился!
Он подбегает к девочке, подхватывает ее на руки, кружит, смеется. Малышка визжит от восторга, обнимает его за шею. А я стою как вкопанная в нескольких метрах от них и не могу поверить в то, что вижу.
– Давно с мамой ждете? – спрашивает Михаил, и в его голосе столько заботы, столько любви, что мое сердце сжимается от непонятной боли.
Папа. Он сказал "папа". Эта девочка называет его папой. И он... он отвечает ей взаимностью, он счастлив видеть ее, он любит ее.
***
И тут он поднимает взгляд и видит меня… свою законную жену с которой в браке двадцать лет.

– Ты сумасшедшая! Но это так заводит … - доносится из нашей спальни знакомый до дрожи голос моего любимого.
В ответ звучит хохот моей лучшей подруги.
Внутри все переворачивается.
Это не может быть правдой.
Распахиваю дверь и вижу на нашей кровати с голым торсом мужа и в красивом нижнем белье лучшую подругу. Ее глаза вспыхивают торжеством. А глаза мужа прожигают меня наглым самодовольством.
– О! Анька! - приветствует меня подруга, - За разводом пришла!

— Прими новость, что у меня есть еще одна женщина, достойно и ложись спать, — приказывает Макар, направляясь к нашей кровати.
— Достойно? — мои брови взлетают вверх. — Ты признавался в любви другой в тот момент, когда через стенку находилась твоя жена, и смеешь говорить что-то о достоинстве?
— Ты что хочешь, чтобы я разговаривал с ней при тебе? — выгибает бровь муж. В его глазах нет ни капли раскаяния.
Перевожу дух, стараясь взять себя в руки, и выдыхаю:
— Я ничего не хочу и твоей женой больше быть не хочу.
— А знаешь что? — Макар наклоняется ко мне и четко, медленно произносит каждое слово. — Делай, что хочешь! У меня есть другая. Так что мне есть, к кому уйти… в отличие от тебя.

Я ушла. Осталась одна, как пророчил муж.
Погрузилась в работу, зарабатывая репутацию и имя.
И это сыграло мне на руку, потому что через полгода мне поступает заказ на организацию свадьбы моего бывшего мужа с его любовницей.
Ну что ж, дорогой, бумеранг в нашей жизни может настигнуть кого угодно!