Книги в жанре «Женский роман»
Я уже почти закрыла окно, но взгляд зацепился за нижний угол экрана. Папка «Загрузки». Сверху списка лежал свежий файл, сегодняшний:
“KRIO_dogovor_final.pdf”
У Влада на работе занимаются проектированием отопительных систем для производств. При чём здесь «крио»?
Я кликнула.
Открылась первая страница. Шапка. Клиника репродукции. “ДОГОВОР № 247/24” о криоконсервации эмбрионов
«…криоконсервации подвергаются эмбрионы в количестве 6 (шести) штук…»
Сторона 1: Нефедов Владислав Андреевич, паспорт серия…
Я читала это медленно, как будто на иностранном языке. Нефедов Владислав Андреевич, это мой муж, тот, который сейчас в соседней комнате читает сыну сказку про крота.
Сторона 2: Селезнёва Анна Игоревна, паспорт серия…
Анна. Анна Селезнёва. Этой фамилии я не знала.
“KRIO_dogovor_final.pdf”
У Влада на работе занимаются проектированием отопительных систем для производств. При чём здесь «крио»?
Я кликнула.
Открылась первая страница. Шапка. Клиника репродукции. “ДОГОВОР № 247/24” о криоконсервации эмбрионов
«…криоконсервации подвергаются эмбрионы в количестве 6 (шести) штук…»
Сторона 1: Нефедов Владислав Андреевич, паспорт серия…
Я читала это медленно, как будто на иностранном языке. Нефедов Владислав Андреевич, это мой муж, тот, который сейчас в соседней комнате читает сыну сказку про крота.
Сторона 2: Селезнёва Анна Игоревна, паспорт серия…
Анна. Анна Селезнёва. Этой фамилии я не знала.
Я стою у витрины магазина тканей и не могу сдвинуться с места. Сердце колотится так громко, что кажется, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди.
Николай.
Пять лет я не видела его. Пять долгих, длинных лет. И вот он здесь — на противоположной стороне улицы, в каких-то десяти метрах от меня.
Николай стоит у входа в дорогой ресторан. Высокий, широкоплечий, в безупречном сером костюме. Темные волосы слегка тронула седина — раньше ее не было.
Рядом с ним стояла Лена. Моя младшая сестра.
Они были вместе. Как пара.
Я подняла голову — и столкнулась с ним взглядом.
Николай замер. Лена продолжала что-то щебетать, но он больше не слушал ее. Смотрел только на меня. И в его глазах было столько ледяного презрения, что мне стало по-настоящему страшно.
Точно так же он смотрел на меня пять лет назад, когда швырнул мне в лицо фотографии и закричал: «Убирайся! Не хочу тебя больше видеть!»
Николай.
Пять лет я не видела его. Пять долгих, длинных лет. И вот он здесь — на противоположной стороне улицы, в каких-то десяти метрах от меня.
Николай стоит у входа в дорогой ресторан. Высокий, широкоплечий, в безупречном сером костюме. Темные волосы слегка тронула седина — раньше ее не было.
Рядом с ним стояла Лена. Моя младшая сестра.
Они были вместе. Как пара.
Я подняла голову — и столкнулась с ним взглядом.
Николай замер. Лена продолжала что-то щебетать, но он больше не слушал ее. Смотрел только на меня. И в его глазах было столько ледяного презрения, что мне стало по-настоящему страшно.
Точно так же он смотрел на меня пять лет назад, когда швырнул мне в лицо фотографии и закричал: «Убирайся! Не хочу тебя больше видеть!»
Пакет тянет руку вниз. Я выхожу из кондитерской с твёрдым намерением: испеку торт. Просто чтобы сделать что-то приятное. Порадовать любимого мужа, которого незаслуженно подозревала в неверности.
Я перекладываю пакет в другую руку и щурюсь на солнце.
И вдруг вижу машину. Серый седан.
Наш.
Стоит неподалёку от крыльца. Я делаю несколько шагов.
И останавливаюсь.
Внутри – Антон. Но не один.
С женщиной.
Он обнимает её, они целуются.
Страстно, долго. Так, как целуются люди, которым не нужно торопиться.
Пакет становится очень тяжёлым.
Солнце светит так же ярко. Жизнь вокруг продолжается совершенно спокойно.
А у меня внутри – абсолютная, оглушительная тишина.
Я перекладываю пакет в другую руку и щурюсь на солнце.
И вдруг вижу машину. Серый седан.
Наш.
Стоит неподалёку от крыльца. Я делаю несколько шагов.
И останавливаюсь.
Внутри – Антон. Но не один.
С женщиной.
Он обнимает её, они целуются.
Страстно, долго. Так, как целуются люди, которым не нужно торопиться.
Пакет становится очень тяжёлым.
Солнце светит так же ярко. Жизнь вокруг продолжается совершенно спокойно.
А у меня внутри – абсолютная, оглушительная тишина.
– Причина увольнения? – сухо произносит Богдан.
– Личные обстоятельства, – отвечаю я, не глядя на него.
– Решили уехать или… – не унимается он.
– Да. Я получила выгодное предложение и… скоро выхожу замуж.
– Давайте подпишем заявление, Богдан Алексеевич? – приходит на помощь директор завода. – Коллектив очень рад за Полиночку… Ну, сколько можно мальчонку одной тянуть? Зарплаты у нас… сами знаете какие, а у Поли годовалый сынишка.
– Что?! Какой еще сынишка? От кого?
Два года назад я сбежала от бывшего мужа в тихий, промышленный городок и начала жизнь с чистого листа.
А теперь он вернулся… Успешный, властный мужчина, разрушивший мой мир, теперь мой новый босс…
И, кажется, мой план скрывать от него сына и дальше, только что с треском провалился…
– Личные обстоятельства, – отвечаю я, не глядя на него.
– Решили уехать или… – не унимается он.
– Да. Я получила выгодное предложение и… скоро выхожу замуж.
– Давайте подпишем заявление, Богдан Алексеевич? – приходит на помощь директор завода. – Коллектив очень рад за Полиночку… Ну, сколько можно мальчонку одной тянуть? Зарплаты у нас… сами знаете какие, а у Поли годовалый сынишка.
– Что?! Какой еще сынишка? От кого?
Два года назад я сбежала от бывшего мужа в тихий, промышленный городок и начала жизнь с чистого листа.
А теперь он вернулся… Успешный, властный мужчина, разрушивший мой мир, теперь мой новый босс…
И, кажется, мой план скрывать от него сына и дальше, только что с треском провалился…
Я думала, что самое страшное позади.
Публичный позор. Смерть отца. Предательство мужа, который назвал моего сына ублюдком и вышвырнул меня на улицу беременную, без денег, без имени.
Я выжила. Я построила новую жизнь в маленьком городке, где никто не знает моего прошлого. Где я просто Инга – мать пятилетнего Пашки.
Но прошлое нашло меня.
Он стоял на пороге – Александр Викторович Доров. Мой свёкор. Человек, чей сын разрушил мою жизнь. Человек, который когда-то назвал меня «хитрой, двуличной девицей» и смотрел, как я собираю вещи под взглядами смеющихся гостей.
Он пришёл не мириться.
– Он мой наследник, – сказал Доров, глядя на моего сына. – Ты мне его отдашь по-хорошему или по-плохому.
В его голосе не было сомнений.
Публичный позор. Смерть отца. Предательство мужа, который назвал моего сына ублюдком и вышвырнул меня на улицу беременную, без денег, без имени.
Я выжила. Я построила новую жизнь в маленьком городке, где никто не знает моего прошлого. Где я просто Инга – мать пятилетнего Пашки.
Но прошлое нашло меня.
Он стоял на пороге – Александр Викторович Доров. Мой свёкор. Человек, чей сын разрушил мою жизнь. Человек, который когда-то назвал меня «хитрой, двуличной девицей» и смотрел, как я собираю вещи под взглядами смеющихся гостей.
Он пришёл не мириться.
– Он мой наследник, – сказал Доров, глядя на моего сына. – Ты мне его отдашь по-хорошему или по-плохому.
В его голосе не было сомнений.
БЕСПЛАТНО Потеряв профессию и уважение, Мила работает курьером и одна воспитывает сына. Неудачный заказ в дождливый день приводит её к встрече с Яном — человеком, которого она не ждала увидеть снова. Прошлое сталкивается с настоящим, заставляя Милу задуматься о мечтах, которые казались давно разбитыми. Сможет ли она собрать себя заново и вернуть веру в лучшее, если жизнь опять даст ей шанс?
Ника держит книжный магазин и отчаянно пытается обрести новую опору после развода и потерь. Рутинная зима внезапно меняется встречей с бывшим мужем, словно призраком из прошлого. Старые раны открываются вновь, и Никe предстоит решить, к чему она готова: остаться в тени былого или найти в себе силы начать новую главу — вопреки боли, страху и неожиданным встречам.
💥ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ💥СКИДКА
— Ты обещал, что я никогда не буду чувствовать себя лишней в собственном браке.
Руслан смотрит на меня устало.
— Наш брак не настоящий.
Я киваю.
Вот оно.
Наконец-то вслух.
Четыре года я цеплялась за каждую мелочь. За его ревность. За внезапные звонки. За ночь, после которой он не отпускал меня до утра.
А он просто хорошо играл.
— Тогда развод будет логичным.
— Развода не будет.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
Я улыбаюсь сквозь слезы.
— Ты путаешь жену с собственностью.
Руслан подходит ближе.
— Нет, Лена. Собственность можно заменить. А тебя — нет.
На секунду я почти верю.
Пока не вспоминаю женщину, которую он целовал в машине.
— Поздно, Руслан.
— Для чего?
Я кладу перед ним заявление о разводе.
— Для нас.
Он смотрит на документы и вдруг произносит:
— Если ты уйдёшь сейчас, завтра твоя мать узнает, кто виноват в смерти её сына.
А вот теперь больно по-настоящему.
— Ты обещал, что я никогда не буду чувствовать себя лишней в собственном браке.
Руслан смотрит на меня устало.
— Наш брак не настоящий.
Я киваю.
Вот оно.
Наконец-то вслух.
Четыре года я цеплялась за каждую мелочь. За его ревность. За внезапные звонки. За ночь, после которой он не отпускал меня до утра.
А он просто хорошо играл.
— Тогда развод будет логичным.
— Развода не будет.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
Я улыбаюсь сквозь слезы.
— Ты путаешь жену с собственностью.
Руслан подходит ближе.
— Нет, Лена. Собственность можно заменить. А тебя — нет.
На секунду я почти верю.
Пока не вспоминаю женщину, которую он целовал в машине.
— Поздно, Руслан.
— Для чего?
Я кладу перед ним заявление о разводе.
— Для нас.
Он смотрит на документы и вдруг произносит:
— Если ты уйдёшь сейчас, завтра твоя мать узнает, кто виноват в смерти её сына.
А вот теперь больно по-настоящему.
Я обвела взглядом стол. Сестра Виолетты — Аделаида с мужем. Партнёр Глеба — Гарик Аревшатян с женой. Двое каких-то новых, мне не знакомых. И эта — в красном.
— Глеб, представь.
Виолетта Францевна тут же подхватила. С каким-то странным удовольствием — я его на её лице видела последний раз пять лет назад, на похоронах какой-то её соперницы по бридж-клубу.
— Кирочка. Это Алиса. Алиса Михайловна Витковская. Она работает у Глеба. Помощник по особым проектам.
— Очень приятно.
— И, Кирочка. — Свекровь сделала маленькую паузу. Маленькую такую. Тоненькую. На полвдоха. — У Алисы и Глеба общий ребёнок.
Я не услышала.
То есть я услышала, конечно. Звук прошёл. Слова сложились. Мозг даже что-то с этим сделал — какой-то отдел отметил «фраза получена, обрабатывается». Но я не услышала.
— Простите?
— Глеб, представь.
Виолетта Францевна тут же подхватила. С каким-то странным удовольствием — я его на её лице видела последний раз пять лет назад, на похоронах какой-то её соперницы по бридж-клубу.
— Кирочка. Это Алиса. Алиса Михайловна Витковская. Она работает у Глеба. Помощник по особым проектам.
— Очень приятно.
— И, Кирочка. — Свекровь сделала маленькую паузу. Маленькую такую. Тоненькую. На полвдоха. — У Алисы и Глеба общий ребёнок.
Я не услышала.
То есть я услышала, конечно. Звук прошёл. Слова сложились. Мозг даже что-то с этим сделал — какой-то отдел отметил «фраза получена, обрабатывается». Но я не услышала.
— Простите?
Семь лет назад я вышла из их дома целой, свободной — и беременной. Я никому не сказала. Я сменила имя, построила агентство, вырастила дочь одна. У Миры серо-зелёные глаза, которые я узнала бы из тысячи. Глаза её отца. Одного из двух мужчин, которых я когда-то впустила в свою жизнь на девяносто дней. А потом у школы дочери появилась чужая машина. Над нашим садом завис дрон. И мой крёстный сделал один звонок и… Прошлое снова ворвалось в мою жизнь.
Адриан узнал её по единственной фотографии… Я думала, прошлое осталось в прошлом. Я ошибалась. Оно вернулось за моей дочерью — и привело за собой её отцов.
Адриан узнал её по единственной фотографии… Я думала, прошлое осталось в прошлом. Я ошибалась. Оно вернулось за моей дочерью — и привело за собой её отцов.
Выберите полку для книги