Книги в жанре «Женский роман»
— Чехол для дирижабля, — так называл меня муж.
Я сбежала от тирана-мужа, спасая сына и остатки самоуважения. Судьба забросила меня в глушь, в дом сурового горца Амирана, где я должна воскресить его коллекцию механических кукол.
Я думала, что буду просто работать. Быть тихой мышкой, прятать "лишний вес" в балахоны и копить на новую жизнь.
Но Амиран видит во мне не "некондицию", а женщину. Желанную. Красивую. Свою.
Только прошлое не отпускает так просто. Бывший нашел меня и хочет уничтожить.
Зря. Он еще не знает, что разбудил зверя. И этот зверь никому не отдаст то, что считает своим.
🔥 В тексте есть:
- Властный герой-горец
- Героиня с пышными формами (и комплексами)
- Ребенок, который растопит лед
- Очень плохой бывший
- ХЭ (Счастливый Конец)
Я сбежала от тирана-мужа, спасая сына и остатки самоуважения. Судьба забросила меня в глушь, в дом сурового горца Амирана, где я должна воскресить его коллекцию механических кукол.
Я думала, что буду просто работать. Быть тихой мышкой, прятать "лишний вес" в балахоны и копить на новую жизнь.
Но Амиран видит во мне не "некондицию", а женщину. Желанную. Красивую. Свою.
Только прошлое не отпускает так просто. Бывший нашел меня и хочет уничтожить.
Зря. Он еще не знает, что разбудил зверя. И этот зверь никому не отдаст то, что считает своим.
🔥 В тексте есть:
- Властный герой-горец
- Героиня с пышными формами (и комплексами)
- Ребенок, который растопит лед
- Очень плохой бывший
- ХЭ (Счастливый Конец)
— Ты так и не смогла родить за все эти годы, а она забеременела с первого раза, — говорит муж.
— Миша, остановись.
— Нет, это ты остановись! Хватит строить из себя жертву! Я хочу ребёнка! Нормального, здорового ребёнка! И если ты не можешь мне его дать, значит, это сделает другая!
***
Двенадцать лет счастливого брака, и вот муж изменяет мне с двадцатилетней. У меня нет ни детей, ни карьеры, ни поддержки, ни надежды на счастье…Или есть? А если присмотреться?
— Миша, остановись.
— Нет, это ты остановись! Хватит строить из себя жертву! Я хочу ребёнка! Нормального, здорового ребёнка! И если ты не можешь мне его дать, значит, это сделает другая!
***
Двенадцать лет счастливого брака, и вот муж изменяет мне с двадцатилетней. У меня нет ни детей, ни карьеры, ни поддержки, ни надежды на счастье…Или есть? А если присмотреться?
Она вернулась туда, где когда-то рухнул её мир. В дом, где застала мужа с другой. Где её сын впервые спросил: «Мам, чьи это туфли?»
Тогда она ушла, чтобы сохранить достоинство. Сейчас она возвращается, чтобы спасти жизнь. У Максима опухоль спинного мозга. Операция в Германии стоит огромных денег. У Анны нет выбора, кроме как просить помощи у бывшего мужа — человека, который пять лет назад не сделал ни шага, чтобы её остановить.
Артём соглашается сразу. Но его нынешняя спутница Кира не собирается сдавать позиции. У неё есть связи, план и тайный покровитель. Она не просто ревнует — она готова уничтожить всё, что может вернуть Артёма к бывшей семье.
Анна и не подозревает, что война началась задолго до её возвращения. Пока она борется за сына, её подруга Юля распутывает клубок лжи, тянущийся из прошлого — из Швейцарии, где в стенах элитных школ из красивых девушек формировали идеальное оружие.
Сможет ли Анна защитить сына? И кому на самом деле можно верить, когда рушатся все иллюзии?
Тогда она ушла, чтобы сохранить достоинство. Сейчас она возвращается, чтобы спасти жизнь. У Максима опухоль спинного мозга. Операция в Германии стоит огромных денег. У Анны нет выбора, кроме как просить помощи у бывшего мужа — человека, который пять лет назад не сделал ни шага, чтобы её остановить.
Артём соглашается сразу. Но его нынешняя спутница Кира не собирается сдавать позиции. У неё есть связи, план и тайный покровитель. Она не просто ревнует — она готова уничтожить всё, что может вернуть Артёма к бывшей семье.
Анна и не подозревает, что война началась задолго до её возвращения. Пока она борется за сына, её подруга Юля распутывает клубок лжи, тянущийся из прошлого — из Швейцарии, где в стенах элитных школ из красивых девушек формировали идеальное оружие.
Сможет ли Анна защитить сына? И кому на самом деле можно верить, когда рушатся все иллюзии?
История краха нашей семьи стара как мир. Ее разрушила моя подруга. Она была мне ближе матери. Мы, можно сказать, дружили семьями. У меня была дочь, у нее сын. Но, как это часто бывает, между ней и моим мужем вспыхнула страсть. Они поддались ей – безудержно и с размахом.
Наверное, я смогла бы потом простить и понять, если бы Андрей пришел ко мне и честно признался, что полюбил Наташу. Может быть, не сразу, но я смогла бы. Но они скрывали свои отношения несколько лет. И лишь один случайный момент открыл мне глаза.
С той минуты в моем сердце поселилась зима! И я не знала, сможет ли хоть кто-то растопить мое холодное сердце…
Наверное, я смогла бы потом простить и понять, если бы Андрей пришел ко мне и честно признался, что полюбил Наташу. Может быть, не сразу, но я смогла бы. Но они скрывали свои отношения несколько лет. И лишь один случайный момент открыл мне глаза.
С той минуты в моем сердце поселилась зима! И я не знала, сможет ли хоть кто-то растопить мое холодное сердце…
— Она лепит бутафорскую еду, а сама выглядит так, будто съела все модели, — гогочет мой парень на весь зал.
Я сжимаюсь от стыда, привычно пряча за спиной маленького сына. Но внезапно смех обрывается. Нависающая тень заставляет всех замолчать.
— Еще одно слово о ней, и ты выйдешь отсюда по частям, — ледяной голос пробирает до костей.
Я поднимаю глаза и перестаю дышать. Передо мной стоит Ильяс Батыров. Миллиардер. Суровый горец. И... отец моего ребенка, о котором он не знал долгих пять лет.
Его тяжелый взгляд скользит по моему лицу, спускается к неидеальной фигуре, а затем намертво замирает на мальчике, который похож на него как две капли воды.
Пять лет назад я сбежала после нашей единственной ночи, испугавшись его могущественной семьи.
Но теперь Батыров нашел нас. Он диктует жесткий контракт: мы будем жить в его золотой клетке ради безопасности сына. Его надменная родня меня презирает, бывший грозит скандалом. Но почему фиктивная помолвка трещит по швам?
Я сжимаюсь от стыда, привычно пряча за спиной маленького сына. Но внезапно смех обрывается. Нависающая тень заставляет всех замолчать.
— Еще одно слово о ней, и ты выйдешь отсюда по частям, — ледяной голос пробирает до костей.
Я поднимаю глаза и перестаю дышать. Передо мной стоит Ильяс Батыров. Миллиардер. Суровый горец. И... отец моего ребенка, о котором он не знал долгих пять лет.
Его тяжелый взгляд скользит по моему лицу, спускается к неидеальной фигуре, а затем намертво замирает на мальчике, который похож на него как две капли воды.
Пять лет назад я сбежала после нашей единственной ночи, испугавшись его могущественной семьи.
Но теперь Батыров нашел нас. Он диктует жесткий контракт: мы будем жить в его золотой клетке ради безопасности сына. Его надменная родня меня презирает, бывший грозит скандалом. Но почему фиктивная помолвка трещит по швам?
— Это твой ребенок? Сколько ей лет?
— Я на допросе? — из принципа не слушаю Олега. Он ничего мне не сделает без теста ДНК. А теста ему не видать. Я не дам согласия.
— Ты хочешь обратно к своей "булочке"? Если продолжишь играть в эти игры, то вернешься не скоро, — хмурится. — Так сколько ей лет?
— Три! Тебе легче от этой информации?
— Три, значит, — тянет задумчиво и вдруг улыбается. — Идеально. Это прямо судьба, Алина.
— То есть?
— Вы двое сыграете мою семью. Мне это нужно для улучшения показателей среди женского электората. Выборы на носу, сама знаешь. И ты мне все еще должна за ту историю. Плюс, я тебе заплачу. Все будут в выигрыше, — заглядывает в глаза. — Тебе же нужна работа?
***
Одна ночь на чужой свадьбе изменила все. Я сбежала, а потом родила ребенка. Я не собиралась с ним больше встречаться, но судьба решила иначе...
— Я на допросе? — из принципа не слушаю Олега. Он ничего мне не сделает без теста ДНК. А теста ему не видать. Я не дам согласия.
— Ты хочешь обратно к своей "булочке"? Если продолжишь играть в эти игры, то вернешься не скоро, — хмурится. — Так сколько ей лет?
— Три! Тебе легче от этой информации?
— Три, значит, — тянет задумчиво и вдруг улыбается. — Идеально. Это прямо судьба, Алина.
— То есть?
— Вы двое сыграете мою семью. Мне это нужно для улучшения показателей среди женского электората. Выборы на носу, сама знаешь. И ты мне все еще должна за ту историю. Плюс, я тебе заплачу. Все будут в выигрыше, — заглядывает в глаза. — Тебе же нужна работа?
***
Одна ночь на чужой свадьбе изменила все. Я сбежала, а потом родила ребенка. Я не собиралась с ним больше встречаться, но судьба решила иначе...
— Деньги на кредит, когда положишь? Там восемнадцать тысяч. Уже просрочка пошла.
— Серёж, у меня до зарплаты три с половиной тысячи, — я старалась говорить спокойно. — Ане нужно лекарство купить, новое, дорогое. Врач сказал, старое уже не работает.
— А мне плевать, что там врач сказал, — отрезал он. — У неё полгода ничего не было, здорова она. Перебьётся без таблеток. Ты мне кредит оплати, поняла? Иначе коллекторы позвонят, мне потом проблемы.
— Это твой кредит, — вырвалось у меня. — Ты брал, ты и плати.
Серёжа медленно поднял на меня глаза. Такой взгляд я знала хорошо. Сейчас будет буря.
— Ты что сказала? — тихо спросил он. — Ты кому сказала, дура? Это ты брала, на тебе висит. Я для семьи старался, а ты теперь отнекиваешься?
— Для семьи? — у меня задрожал голос. — Для семьи ты последние деньги на компьютер забрал. А Ане нужны лекарства.
Кружка полетела в стену.
Я даже не вздрогнула — привыкла. Керамика разбилась, кофе потёк по обоям.
— Серёж, у меня до зарплаты три с половиной тысячи, — я старалась говорить спокойно. — Ане нужно лекарство купить, новое, дорогое. Врач сказал, старое уже не работает.
— А мне плевать, что там врач сказал, — отрезал он. — У неё полгода ничего не было, здорова она. Перебьётся без таблеток. Ты мне кредит оплати, поняла? Иначе коллекторы позвонят, мне потом проблемы.
— Это твой кредит, — вырвалось у меня. — Ты брал, ты и плати.
Серёжа медленно поднял на меня глаза. Такой взгляд я знала хорошо. Сейчас будет буря.
— Ты что сказала? — тихо спросил он. — Ты кому сказала, дура? Это ты брала, на тебе висит. Я для семьи старался, а ты теперь отнекиваешься?
— Для семьи? — у меня задрожал голос. — Для семьи ты последние деньги на компьютер забрал. А Ане нужны лекарства.
Кружка полетела в стену.
Я даже не вздрогнула — привыкла. Керамика разбилась, кофе потёк по обоям.
– Полина, вы меня слышите? – Вопрос Дмитрия вернул меня в реальность. Я вздрогнула и подняла на него взгляд. – Через неделю свадьба моей сестры. И все наши родственники, безусловно, станут надоедать мне вопросами о том, когда я уже женюсь. Я готов заплатить вам крупную сумму, чтобы вы сыграли роль моей невесты.
Не так давно я развелась со своим мужем. Он изменял мне, а потом бросил, оставив с кучей долгов. И вдруг судьба сталкивает меня с Дмитрием Довлатовым – братом той самой любовницы моего бывшего мужа.
Дмитрий не знает, кто я, и по иронии судьбы предлагает поехать на их свадьбу в качестве его невесты.
А я нахожу эту возможность отличным способом отомстить подонку-бывшему.
Не так давно я развелась со своим мужем. Он изменял мне, а потом бросил, оставив с кучей долгов. И вдруг судьба сталкивает меня с Дмитрием Довлатовым – братом той самой любовницы моего бывшего мужа.
Дмитрий не знает, кто я, и по иронии судьбы предлагает поехать на их свадьбу в качестве его невесты.
А я нахожу эту возможность отличным способом отомстить подонку-бывшему.
Жених назвал меня «жирной коровой» и признался, что женится только ради денег отца. Я сбежала прямо со свадьбы, в слезах и рваном платье, и спряталась в первой попавшейся машине на парковке. Я думала, что спаслась. Но я ошиблась.
За рулем оказался Дамир Аварский - заклятый враг моей семьи, жестокий и циничный горец, которого боится весь город. Он увез меня в свое логово, высоко в горы, где бушует снежная буря и нет связи с миром. Я думала, он меня уничтожит.
Я думала, что для него я лишь инструмент мести. Но почему он смотрит на меня не с презрением, как все остальные, а с диким, первобытным голодом? Мы заперты вдвоем и когда снег растает, я уже не буду прежней.
За рулем оказался Дамир Аварский - заклятый враг моей семьи, жестокий и циничный горец, которого боится весь город. Он увез меня в свое логово, высоко в горы, где бушует снежная буря и нет связи с миром. Я думала, он меня уничтожит.
Я думала, что для него я лишь инструмент мести. Но почему он смотрит на меня не с презрением, как все остальные, а с диким, первобытным голодом? Мы заперты вдвоем и когда снег растает, я уже не буду прежней.
— Семь лет назад ты вышвырнул меня из своей жизни! Зачем вернулся, Аслан? — Мои дела теперь здесь, Аня. И ты — одно из этих дел. Самое важное.
Семь лет назад он был моим лучшим другом и первой запретной любовью. Но в ту ночь он разбил мне сердце, бросив жестокое: «Ты мне не нужна». И исчез, не оставив даже тени.
Теперь я взрослая женщина с долгами бывшего мужа и опасными людьми на хвосте. А он… он вернулся. Настоящий Горец. Властный, со шрамами на теле и ледяной решимостью в глазах. Он вырвал меня из рук бандитов, но цена его защиты оказалась ошеломляющей.
Он привез меня в свой дом и надел на палец кольцо своей матери.
— Теперь твой дом там, где я. Пока я не решу твои проблемы, ты от меня ни на шаг не отойдешь.
Я должна ненавидеть его. Я должна бежать. Но когда его горячее дыхание обжигает кожу, а он шепчет: «Семь лет назад я смог уйти, сейчас — уже не смогу», я понимаю: мой главный враг — не бандиты за дверью. А это дикое притяжение к человеку, который однажды меня уже уни
Семь лет назад он был моим лучшим другом и первой запретной любовью. Но в ту ночь он разбил мне сердце, бросив жестокое: «Ты мне не нужна». И исчез, не оставив даже тени.
Теперь я взрослая женщина с долгами бывшего мужа и опасными людьми на хвосте. А он… он вернулся. Настоящий Горец. Властный, со шрамами на теле и ледяной решимостью в глазах. Он вырвал меня из рук бандитов, но цена его защиты оказалась ошеломляющей.
Он привез меня в свой дом и надел на палец кольцо своей матери.
— Теперь твой дом там, где я. Пока я не решу твои проблемы, ты от меня ни на шаг не отойдешь.
Я должна ненавидеть его. Я должна бежать. Но когда его горячее дыхание обжигает кожу, а он шепчет: «Семь лет назад я смог уйти, сейчас — уже не смогу», я понимаю: мой главный враг — не бандиты за дверью. А это дикое притяжение к человеку, который однажды меня уже уни
Выберите полку для книги