Книги в жанре «Романы о молодых героях»

ВАДИМ
Я думал, что хуже сессии, которую я завалил, в моей жизни уже ничего не будет. Оказалось, будет. Отец отправил меня в глухую деревню без нормальной связи, доставки еды и права на нытьё. А ещё со мной живёт слишком уверенная в себе деревенская девчонка, которая каждый мой день делает испытанием. Сначала я хотел просто перетерпеть. А теперь… теперь я почему-то хочу понять, что у неё в голове. Это квест на выживание. И, кажется, я в нём впервые по-настоящему живу.

ДИАНА
Мне нужна была гарантированная работа в крутой компании, а досталась вынужденная командировка в деревенский домик моей покойной бабушки без удобств и один невыносимый мажор, которому надо показать, что жизнь — это не только про деньги. Я должна притворяться простой деревенской девушкой и устраивать ему бытовые испытания, а он — учиться ценить труд.
Это была авантюра. А стало… чем‑то большим. И теперь я не уверена, кто кого тут на самом деле перевоспитывает.

Диего де Вега никогда не слышал слово "нет". Пока не встретил ту, что не просит его внимания, не восхищается его богатством, не стремится попасть в его мир. Именно поэтому он решает превратить ее в очередную победу. Вот только игра выходит из под контроля.
София Альварес мечтает окончить университет с отличием и получить стипендию. В ее планах нет места богатым красавчикам с завышенным самомнением. Особенно таким, как Диего де Вега. Девушка совершенно не замечает его обаяния, и неожиданно становится его навязчивой мыслью.
Игра начинается как спор. Но очень скоро превращается во что-то очень опасное.

Я привык получать всё, что хочу. Сестра решила, что пора взрослеть: жениться или остаться без денег. Я выбрал девушку из интернета — как мне казалось, идеальный вариант: у неё больной кот, у меня проблемы с сестрой. Идеальная сделка. Только я не учёл, что она не продаётся. А её сфинкс возненавидел меня с первого взгляда. И, кажется, я влюбляюсь. В неё. В этого бесячего кота. И в жизнь, где у меня нет моих миллионов, но есть она.

Достает электронку и затягивается, выпуская на меня мятный дым.
Смотрит как-то необычно и облизывается, показывая мне, что на его лице все еще моя влага, тут же улыбаюсь и краснею. Никогда не научусь быть такой же открытой в сексе как он.
- Одевайся, - просто говорит, вызывая удивление на моем лице, - нам уже пора ехать.
- Что? – переспрашиваю.
- Одевайся, Варя, - повторяет словно ребенку, - мне нужно сегодня еще съездить в больницу.
- Что? В какую больницу? – я встаю на трясущихся после оргазма ногах и начинаю натягивать на себя вещи, это неловко и внутри странный осадок. - С тобой что-то произошло? Ты в норме, Матвей?
- Я в полном порядке, - снова облизывается и наклонившись подхватывает мой лифчик и кидает мне его, - девушку мою нужно врачу показать.
У меня внутри все переворачивается от этой информации, а он не останавливается на этом и продолжает меня убивать без ножа.
- Задержка у нее, провериться нужно.
Что делают в таких ситуациях?

В ту ночь он боялся, что я уйду, и держал меня за руку до приезда скорой. Через две недели Марк не узнал меня и при своих друзьях назвал Пончиком.

Я могла рассказать, кто спас ему жизнь. Но не собиралась выпрашивать благодарность у избалованного мажора, уверенного, что деньги способны решить любую проблему.

Теперь от моих уроков зависит его участие в турнире, а от его уроков самообороны — моя безопасность. Чем ближе мы становимся, тем отчётливее я понимаю: за наглостью Марк прячет куда больше боли, чем показывают его шрамы. Только однажды мне придётся решить, готова ли я снова спасать человека, который сам идёт навстречу опасности.

- Это ведь ты? Ты – мать Олега, ты – подбросила мне его и сбежала, – я смотрю на девушку, в которую влюбился, а она медленно кивает.
- Миш, я могу все тебе объяснить, – мне становится смешно. Четыре года понадобилось человеку, чтобы найти подходящие слова.
- Ты уверена, что не припозднилась со своими объяснениями? Четыре года прошло. Четыре года ребенок не знал, что такое материнская любовь. Четыре года, я не знал, кто мать моего сына. Ты, действительно считаешь, что вовремя опомнилась со своими объяснениями?
- Миш, все не так…
- Проваливай из нашей жизни. Мы прекрасно жили без тебя, проживем и дальше, – разворачиваюсь и ухожу.
Однажды, я пришел с работы, а под дверью моей квартиры, меня ждал сюрприз.
Мне подкинули ребенка, утверждая, что я – его отец, но интересный момент заключался в том, что я понятия не имел, кто его мать, а спустя четыре года, она решила объявиться, и пробраться в наш устоявшийся мир.

Я могу до сих пор представить наше будущее. Наши соединённые навсегда руки. Я бы сжала её и не отпускала, я бы смогла.
Рядом с Лёшей — бледнеет образ Пушкина.
Рядом с Пушкиным — бледнеет мир.

Стою и чувствую, как по щекам текут слезы. Ведь прямо на экране передо мной он целует другую. Тот, кого любила всей душой. Тот, кто казалось любит в ответ. Выходит все его слова пустые. Вот значит чего стоила любовь мажора. Не нужно было мне ему верить. А теперь так больно, что кажется сердце вот-вот разорвется в груди.
Отворачиваюсь и выключаю телефон. Плевать на учебу. Плевать на универ. На все теперь плевать. Видеть их больше всех не могу. Сегодня же куплю билет и уеду из города. Поживу пока у отца. Пока все не забудется. Если забудется.

Первая любовь! Наивная и трогательная. Ранимая и беззащитная. Самая страшная в своем разочаровании. Как быть, если тот кого любила всей душой, лицемерно предал. Сделал посмешищем. Растоптал и разорвал в клочья все чувства. Мстить и негодовать?! Или просто уйти? Раствориться в огромном горизонте жизни. Даже если под сердцем уже зарождается новая, нежданная, но все равно желанная надежда.

В прошлый раз они выбрали её, а не меня.
Я умерла с клеймом воровки.
А потом проснулась за три дня до кражи — и сказала сестре:
«Возьми ещё и флешку».
Потому что в этой жизни я доверяю только камерам, временным меткам и диктофону.
У меня есть ровно одна попытка всё исправить.
И я не собираюсь умирать дважды.

- Ты пожалеешь! – выдыхает Амир прямо в губы, практически касаясь их своими.
Я чувствую на своей коже его горячее дыхание, от которого у меня мурашки разбегаются по телу.
- Ты тоже! – отвечаю я, слегка запрокинув голову.
- Сумасшедшая! – рычит он, приподнимая меня над полом и усаживая на столешницу.
- Рядом с тобой – да!
Я схожу с ума от присутствия этого мужчины и о последствиях своего безрассудного поступка подумаю позже.
Все слишком остро. Слишком горячо. И я не хочу от этого отказываться.