Книги в жанре «Драма»
Изменил муж? Изменил жених? Изменил любовник?
Да, и так бывает. Один в трех ипостасях.
Я прожила с мужем восемь лет, даже не подозревая о его двойной, точнее, тройной, жизни, пока не увидела фотографию на каминной полке в доме моей заказчицы. С нее улыбался мой муж, нежно обнимающий свою... Невесту?
Зря ты так, Алекс! Когда обиженные женщины сбиваются в стаю, ничего хорошего от них ждать не стоит. Месть их беспощадна и изощрённа. И тебе это предстоит испытать на своей шкуре, НАШ дорогой!
Да, и так бывает. Один в трех ипостасях.
Я прожила с мужем восемь лет, даже не подозревая о его двойной, точнее, тройной, жизни, пока не увидела фотографию на каминной полке в доме моей заказчицы. С нее улыбался мой муж, нежно обнимающий свою... Невесту?
Зря ты так, Алекс! Когда обиженные женщины сбиваются в стаю, ничего хорошего от них ждать не стоит. Месть их беспощадна и изощрённа. И тебе это предстоит испытать на своей шкуре, НАШ дорогой!
— Значит вот чем занимается жена талантливого музыканта? Тряпками торгует! Логично, что он нашел себе отдушину!
— Что?
— То! — язвительно отвечает она. — Вы не достойны Ленечки!
— А, ты наверное одна из тех, кому мой муж зачет не поставил? — догадываюсь я, — так может лучше учиться надо? Уйди отсюда, пока я добрая.
— Нет, зачет мне не нужен, мне нужен Леня!
— Что?
— То! — язвительно отвечает она. — Вы не достойны Ленечки!
— А, ты наверное одна из тех, кому мой муж зачет не поставил? — догадываюсь я, — так может лучше учиться надо? Уйди отсюда, пока я добрая.
— Нет, зачет мне не нужен, мне нужен Леня!
Меня выдали замуж в восемнадцать.
Отец должен был Аслану большие деньги. Долг отдал мной.
Муж никогда не смотрел на меня. Он приводил любовниц в наш дом, называл меня «женой» только перед гостями. Он не пришёл, когда я рожала его дочь. Он не сразу приехал, когда меня похитили враги.
Я терпела. Молчала. Надеялась, что он изменится.
А когда поняла, что не изменится — ушла.
Я нашла работу в маленьком городе у моря. Встретила Расула — доброго, заботливого, терпеливого. Он смотрит на меня так, как Аслан никогда не смотрел.
Но прошлое не отпускает.
Аслан изменился. Он прогнал любовницу, стал заботиться о детях, просит прощения. Говорит, что любит.
Только я не знаю, могу ли ещё любить. И кому из них я нужна на самом деле
Отец должен был Аслану большие деньги. Долг отдал мной.
Муж никогда не смотрел на меня. Он приводил любовниц в наш дом, называл меня «женой» только перед гостями. Он не пришёл, когда я рожала его дочь. Он не сразу приехал, когда меня похитили враги.
Я терпела. Молчала. Надеялась, что он изменится.
А когда поняла, что не изменится — ушла.
Я нашла работу в маленьком городе у моря. Встретила Расула — доброго, заботливого, терпеливого. Он смотрит на меня так, как Аслан никогда не смотрел.
Но прошлое не отпускает.
Аслан изменился. Он прогнал любовницу, стал заботиться о детях, просит прощения. Говорит, что любит.
Только я не знаю, могу ли ещё любить. И кому из них я нужна на самом деле
Анабель Локвуд или просто Белла — настоящий чертёнок. Она скачет верхом без седла, стреляет без промаха, лазит по деревьям и ночами запоем читает запрещённые книги. И больше всего на свете она ненавидит соседа — безупречного, холодного и высокомерного графа Джулиана де Морна.
Но когда отец Анабель окончательно банкротится и над ним нависает угроза долговой тюрьмы, граф наносит свой главный удар. Он выкупает все долги семьи, а взамен требует... руку и сердце строптивой Беллы.
Капкан захлопнулся. Она идёт к алтарю в черном венчальном платье и клянется, что граф получит лишь её тело, а её ненависть будет пить вместо вина каждый божий день. Белла готова воевать за свою свободу с пистолетом в руках и ядом на губах. Но она еще не знает, что под ледяной маской графа скрывается опасный хищник, который только и ждал, когда дикая роза окажется в его руках. И самое страшное — она не знает, какую тайну Джулиан хранит в своём сердце на самом деле...
Но когда отец Анабель окончательно банкротится и над ним нависает угроза долговой тюрьмы, граф наносит свой главный удар. Он выкупает все долги семьи, а взамен требует... руку и сердце строптивой Беллы.
Капкан захлопнулся. Она идёт к алтарю в черном венчальном платье и клянется, что граф получит лишь её тело, а её ненависть будет пить вместо вина каждый божий день. Белла готова воевать за свою свободу с пистолетом в руках и ядом на губах. Но она еще не знает, что под ледяной маской графа скрывается опасный хищник, который только и ждал, когда дикая роза окажется в его руках. И самое страшное — она не знает, какую тайну Джулиан хранит в своём сердце на самом деле...
Семь лучших гувернеров сбежали из Эштон-Холла в слезах, называя младшего брата графа истинным монстром. Но они просто не учились в Оксфорде и не знают, что баллистика — лучшая замена скучной латыни!
Я приняла это место ради денег, готовая терпеть капризы ребенка. Но я не была готова к его старшему брату. Граф Рэндалл Эштон привык контролировать всё и вся, а женщин считает лишь послушными игрушками. Он пытается смутить меня двусмысленными намеками и поставить на место? Что ж, укрощение строптивых мужчин — тоже моя работа. У меня железобетонный иммунитет к лести знатных лордов, а мой стальной корсет отлично держит удар.
Он объявил мне войну и предложил безумное пари на поцелуй, уверенный в своей победе. Вызов принят, милорд! Готовьте ваши чековые книжки, ведь у вас не хватит золота, чтобы оплатить мой триумф. Посмотрим, чья броня сломается первой в этой игре на выбывание!
Я приняла это место ради денег, готовая терпеть капризы ребенка. Но я не была готова к его старшему брату. Граф Рэндалл Эштон привык контролировать всё и вся, а женщин считает лишь послушными игрушками. Он пытается смутить меня двусмысленными намеками и поставить на место? Что ж, укрощение строптивых мужчин — тоже моя работа. У меня железобетонный иммунитет к лести знатных лордов, а мой стальной корсет отлично держит удар.
Он объявил мне войну и предложил безумное пари на поцелуй, уверенный в своей победе. Вызов принят, милорд! Готовьте ваши чековые книжки, ведь у вас не хватит золота, чтобы оплатить мой триумф. Посмотрим, чья броня сломается первой в этой игре на выбывание!
Идеальный брак. Долгожданный ребёнок. Муж, который готов на всё... чтобы её уничтожить.
Алиса считала, что её жизнь наконец сложилась: любимый человек, роскошная квартира, две полоски на тесте. Но с первого дня беременности всё начинает рушиться. За заботливой улыбкой мужа проступает холодный расчёт. За красивыми словами — контроль, который сжимается, как удавка. А когда Алиса случайно находит доказательства измены — с женщиной, которой доверяла больше всех, — она понимает: из этой сказки просто так не выходят.
Чтобы защитить себя и будущего ребёнка, ей придётся пройти через то, что страшнее любых кошмаров: предательство, заточение, суды, газлайтинг. И понять — настоящая сила рождается не тогда, когда тебя любят, а когда ты сама отказываешься сдаваться.
Алиса считала, что её жизнь наконец сложилась: любимый человек, роскошная квартира, две полоски на тесте. Но с первого дня беременности всё начинает рушиться. За заботливой улыбкой мужа проступает холодный расчёт. За красивыми словами — контроль, который сжимается, как удавка. А когда Алиса случайно находит доказательства измены — с женщиной, которой доверяла больше всех, — она понимает: из этой сказки просто так не выходят.
Чтобы защитить себя и будущего ребёнка, ей придётся пройти через то, что страшнее любых кошмаров: предательство, заточение, суды, газлайтинг. И понять — настоящая сила рождается не тогда, когда тебя любят, а когда ты сама отказываешься сдаваться.
Она знала, что её родители — идеальная пара. И что за этим фасадом не может быть ничего, кроме любви. До того самого вторника, когда в родительской спальне прозвучал чужой смех. Яна — пятнадцать лет, кубки, победы и жизнь, выверенная до секунды. Но когда её идеальный мир рассыпается в прах, она делает то, что умеет лучше всего: берёт себя в руки и… лжёт. Отцу. Себе. Она уверена: если просто зарыть правду поглубже, можно выжить. Закончить школу. Уехать. Начать всё с нуля. Но у судьбы есть свойство возвращать старые долги. И когда Яна уже почти поверила, что побеждает, реальность наносит удар — там, откуда она его совсем не ждала. А потом появляется Он. С голосом, от которого внутри всё обрывается. И с тайной, которая перевернёт не только её прошлое, но и само понятие о том, что такое «настоящее». В этой истории всё не так, как кажется. Даже то, что ты читаешь прямо сейчас.
Говорят, что слишком долгое ожидание даёт привкус ненужности… Верно говорят! Ты тут собираешь осколки своего сердца, и будто в насмешку появляется нахал с сексуальной улыбкой от которого ничего хорошего не ждёшь. Да только он способен на многое одной лишь фразой «Моя сладкая».
— Как ты мог так поступить? В голове не укладывается.
— Я не оправдываю себя. Повел себя как последняя сволочь. Виноват. Да я каждый день себя проклинаю за то, что сорвался в ту ночь. Не смог сдержать себя. Я же люблю ее, теть Марин, без памяти люблю.
— Я тебе больше не тетя Марина. Не нужно подмазываться. И это не любовь, это одержимость, болезнь. Все, что угодно, но не любовь. С любимыми так не поступают.
— Не правда.
— Уходи, пожалуйста. Тебе нечего делать ни здесь, ни в палате у Таяны. Ты уже достаточно бед принес в нашу семью.
— Нет, не уйду. Только не сейчас. Я могу ей помочь. Я помогу ей выбраться из того состояния, в которое она впала. Обещаю.
— Я не оправдываю себя. Повел себя как последняя сволочь. Виноват. Да я каждый день себя проклинаю за то, что сорвался в ту ночь. Не смог сдержать себя. Я же люблю ее, теть Марин, без памяти люблю.
— Я тебе больше не тетя Марина. Не нужно подмазываться. И это не любовь, это одержимость, болезнь. Все, что угодно, но не любовь. С любимыми так не поступают.
— Не правда.
— Уходи, пожалуйста. Тебе нечего делать ни здесь, ни в палате у Таяны. Ты уже достаточно бед принес в нашу семью.
— Нет, не уйду. Только не сейчас. Я могу ей помочь. Я помогу ей выбраться из того состояния, в которое она впала. Обещаю.
— Вот именно! — Глеб неприятно усмехнулся. — Всего двадцать семь, а выглядишь ты как серая мышь. Блеклая, тусклая, бледная. Одеваешься как старая дева из деревенской богадельни.
— Наверное, мне надо было не работать, а таскаться по соляриям и салонам красоты? — гордо вскидываю подбородок вверх, борясь с подступающими слезами. В груди тянет и жжет. Я же любила его, всю себя отдавала. Он у меня первым и единственным был. А сейчас Глеб стоит и методично, хладнокровно меня уничтожает.
— А вот надо было! — рычит муж. — Мне нужна красивая жена рядом, достойная статуса, которого я хочу получить.
***
На годовщину свадьбы муж преподнес мне незабываемый сюрприз. Такой, о каком даже не помышляла. Он приперся домой и потребовал развод. Заявил, что я ему не пара, а наши отношения превратились в болото. А я? Ну а что я? Проревелась на плече лучшей подруги и пошла собирать себя по кусочкам. Наматывать сопли на кулак - не мой метод.
— Наверное, мне надо было не работать, а таскаться по соляриям и салонам красоты? — гордо вскидываю подбородок вверх, борясь с подступающими слезами. В груди тянет и жжет. Я же любила его, всю себя отдавала. Он у меня первым и единственным был. А сейчас Глеб стоит и методично, хладнокровно меня уничтожает.
— А вот надо было! — рычит муж. — Мне нужна красивая жена рядом, достойная статуса, которого я хочу получить.
***
На годовщину свадьбы муж преподнес мне незабываемый сюрприз. Такой, о каком даже не помышляла. Он приперся домой и потребовал развод. Заявил, что я ему не пара, а наши отношения превратились в болото. А я? Ну а что я? Проревелась на плече лучшей подруги и пошла собирать себя по кусочкам. Наматывать сопли на кулак - не мой метод.
Выберите полку для книги