Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Ты же не такая, — говорит муж и кладёт руку на плечо моей сестре.
Он прав. Не такая. Я та, кто всегда находит выход: врачей, деньги, работу, жильё. Для неё — с тех пор как за отцом закрылась дверь. И когда ей с младенцем на руках стало некуда идти, я открыла свою.
Теперь от меня ждут привычного. Понять. Оплатить. Подвинуться — старшая ведь всегда справится.
— С ней было легко, — объясняет муж. — Она меня ждала.
— Тебе легко, — бросает сестра. — У тебя всегда всё было.
Было. Ровно до того дня, когда я отдала ей ключи.
Я хирург. Могу вслепую пережать артерию и не дрогнуть, пока остальные паникуют. А вот как перестать быть удобной — не знаю. Как сказать «нет», если за твою руку держится ребёнок, которого ты растила как своего? И кем ты станешь, когда перестанешь спасать тех, кто тебя предал?
Они уверены, что я прощу. Я всегда прощала.
Он прав. Не такая. Я та, кто всегда находит выход: врачей, деньги, работу, жильё. Для неё — с тех пор как за отцом закрылась дверь. И когда ей с младенцем на руках стало некуда идти, я открыла свою.
Теперь от меня ждут привычного. Понять. Оплатить. Подвинуться — старшая ведь всегда справится.
— С ней было легко, — объясняет муж. — Она меня ждала.
— Тебе легко, — бросает сестра. — У тебя всегда всё было.
Было. Ровно до того дня, когда я отдала ей ключи.
Я хирург. Могу вслепую пережать артерию и не дрогнуть, пока остальные паникуют. А вот как перестать быть удобной — не знаю. Как сказать «нет», если за твою руку держится ребёнок, которого ты растила как своего? И кем ты станешь, когда перестанешь спасать тех, кто тебя предал?
Они уверены, что я прощу. Я всегда прощала.
— Остановите экскаватор! В доме мои дети!
Я рвусь к разрушенному крыльцу, когда меня удерживают знакомые руки.
Талгат Тарумов. Мужчина, которого я любила. Ради показного брака он просил меня потерпеть, обещая, что между нами ничего не изменится.
Я ушла. А о беременности узнала уже потом.
Теперь его компания сносит наш дом. На втором этаже плачут мои мальчики, и мне больше нечего скрывать.
— Они твои сыновья, Талгат! Спаси их!
Я рвусь к разрушенному крыльцу, когда меня удерживают знакомые руки.
Талгат Тарумов. Мужчина, которого я любила. Ради показного брака он просил меня потерпеть, обещая, что между нами ничего не изменится.
Я ушла. А о беременности узнала уже потом.
Теперь его компания сносит наш дом. На втором этаже плачут мои мальчики, и мне больше нечего скрывать.
— Они твои сыновья, Талгат! Спаси их!
— Мне нужен развод, — произносит женщина, которую я не видел шесть лет.
— Мы давно разведены, София.
— Оказалось, что нет. По документам я до сих пор твоя жена.
За моей спиной кто-то роняет ложку.
Еще бы. В гостиной сидит девушка, которую моя семья сегодня решила объявить моей невестой.
— Кажется, я не вовремя, — София смотрит поверх моего плеча на притихших родственников. А возле ворот начинает сигналить такси.
— Девушка, я больше ждать не буду! — кричит водитель. — Забирайте детей!
Из машины выбираются два темноволосых мальчика лет пяти. Одинакового роста, в одинаковых куртках.
Близнецы.
— Мам, — шепчет один из мальчиков, разглядывая меня. — А это тот дядя, который держал тебя на руках на фотографии?
— Даня, сейчас не время.
— А вы случайно не наш папа? — спрашивает один, а второй подхватывает:
— Просто вы целовали маму на старом фото, а от поцелуев рождаются детки…
— Мы давно разведены, София.
— Оказалось, что нет. По документам я до сих пор твоя жена.
За моей спиной кто-то роняет ложку.
Еще бы. В гостиной сидит девушка, которую моя семья сегодня решила объявить моей невестой.
— Кажется, я не вовремя, — София смотрит поверх моего плеча на притихших родственников. А возле ворот начинает сигналить такси.
— Девушка, я больше ждать не буду! — кричит водитель. — Забирайте детей!
Из машины выбираются два темноволосых мальчика лет пяти. Одинакового роста, в одинаковых куртках.
Близнецы.
— Мам, — шепчет один из мальчиков, разглядывая меня. — А это тот дядя, который держал тебя на руках на фотографии?
— Даня, сейчас не время.
— А вы случайно не наш папа? — спрашивает один, а второй подхватывает:
— Просто вы целовали маму на старом фото, а от поцелуев рождаются детки…
Все годы я была хорошей женой.
Не задавала лишних вопросов. Не вмешивалась в его дела. И каждый раз верила, когда Андрей говорил, что всё делает ради нас.
Пока случайно не узнала, сколько женщин на самом деле было в нашем браке.
Переписки. Гостиницы. Чужие имена. Годы лжи, которые я считала своей счастливой жизнью.
Когда я сказала, что ухожу, Андрей только усмехнулся:
— И куда ты без меня?
Он был уверен, что знает ответ.
Потому что у меня нет работы. Нет своих денег. И даже квартира, которую я считала нашим домом, оказалась не такой уж нашей.
Но в ту ночь я впервые решила начать жизнь без него.
Я ещё не знала, что к утру вопрос будет уже совсем не в том, смогу ли я уйти.
Если бы мне рассказали о таком раньше, я бы просто не поверила.
Не задавала лишних вопросов. Не вмешивалась в его дела. И каждый раз верила, когда Андрей говорил, что всё делает ради нас.
Пока случайно не узнала, сколько женщин на самом деле было в нашем браке.
Переписки. Гостиницы. Чужие имена. Годы лжи, которые я считала своей счастливой жизнью.
Когда я сказала, что ухожу, Андрей только усмехнулся:
— И куда ты без меня?
Он был уверен, что знает ответ.
Потому что у меня нет работы. Нет своих денег. И даже квартира, которую я считала нашим домом, оказалась не такой уж нашей.
Но в ту ночь я впервые решила начать жизнь без него.
Я ещё не знала, что к утру вопрос будет уже совсем не в том, смогу ли я уйти.
Если бы мне рассказали о таком раньше, я бы просто не поверила.
— Отпусти! Я не игрушка! — кричу я, бросая в Русана вазу, осколки разлетаются у его ног, не задевая даже край брюк.
— Ты плата, Амида. Твой отец проиграл и теперь ты моя. По крови, праву, по закону гор.
— Я убью тебя во сне! — выдыхаю я, дрожа от ярости.
— Попробуй! — усмехается он, но я вижу что он не смеётся. — Только знай, если ты сделаешь хоть шаг отсюда, твоя мама пострадает. Ты хочешь, чтобы она заплатила за твою гордость?
Я падаю на колени и мир рушится. Его голос прогремел как приговор, но в его взгляде я вижу то что пугает меня больше, чем все угрозы, его желание заполучить не только тело, но и сердце, и я не понимаю, почему мне так страшно...
— Ты плата, Амида. Твой отец проиграл и теперь ты моя. По крови, праву, по закону гор.
— Я убью тебя во сне! — выдыхаю я, дрожа от ярости.
— Попробуй! — усмехается он, но я вижу что он не смеётся. — Только знай, если ты сделаешь хоть шаг отсюда, твоя мама пострадает. Ты хочешь, чтобы она заплатила за твою гордость?
Я падаю на колени и мир рушится. Его голос прогремел как приговор, но в его взгляде я вижу то что пугает меня больше, чем все угрозы, его желание заполучить не только тело, но и сердце, и я не понимаю, почему мне так страшно...
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА, ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!
СЕГОДНЯ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА - 89 РУБЛЕЙ ;)
— Ты должна радоваться, что я не гулял направо и налево, — усмехается мерзавец-муж, глядя мне в глаза, — да, один раз оступился…
— Ты издеваешься, Антон? Оправдываешь то, что ты изменил мне с самым близким человеком…
— Не изменил, — отвечает он спокойно, — а выбрал ту, которая сможет родить мне ребёнка, в отличие от тебя, жалкой пустышки.
В одно мгновение мир рухнул, а самые близкие люди оказались подлыми предателями, которые лишили меня всего.
Думала, хуже быть уже не может, но в тот же вечер злодейка судьба свела меня с человеком, который превратит мою жизнь в настоящий кошмар.
Мерзавец, из-за которого два года назад я лишилась ребёнка.
А сейчас этот же мерзавец требует, чтобы я стала…
СЕГОДНЯ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА - 89 РУБЛЕЙ ;)
— Ты должна радоваться, что я не гулял направо и налево, — усмехается мерзавец-муж, глядя мне в глаза, — да, один раз оступился…
— Ты издеваешься, Антон? Оправдываешь то, что ты изменил мне с самым близким человеком…
— Не изменил, — отвечает он спокойно, — а выбрал ту, которая сможет родить мне ребёнка, в отличие от тебя, жалкой пустышки.
В одно мгновение мир рухнул, а самые близкие люди оказались подлыми предателями, которые лишили меня всего.
Думала, хуже быть уже не может, но в тот же вечер злодейка судьба свела меня с человеком, который превратит мою жизнь в настоящий кошмар.
Мерзавец, из-за которого два года назад я лишилась ребёнка.
А сейчас этот же мерзавец требует, чтобы я стала…
— Я так и знала... так и знала, что ты с ней... — прижимаю телефон к уху, глядя на экран телевизора, на котором мой муж целует свою "лучшую подругу" на глазах у всей страны.
— Что ты хочешь услышать от меня? Что я люблю ее всю жизнь? Что ты была просто заменой?
— Я хочу знать правду!
— Правду? Держи! Я думал, что женился на домашней девочке, которая будет относится с пониманием к моему положению и "привилегиям", которые оно за собой несет. Если для моих дел нужно, чтобы я на телеке засветился с другой бабой, значит, так нужно. Если потребуется, я даже с тобой разведусь и на ней женюсь. Но от этого тебя любить не перестану...
— Ясно, — выдыхаю, вытирая слезу. — Когда ты домой приедешь, меня уже там не будет. Не удивляйся.
— Только посмей куда-нибудь дернуться... — угроза мужа тонет в коротких гудках.
Мне не требуется много времени на то, чтобы собраться. Вся жизнь длиною в восемь лет умещается в два чемодана. Но, как там говорят, беда не приходит одна?
Далеко уехать не пол
— Что ты хочешь услышать от меня? Что я люблю ее всю жизнь? Что ты была просто заменой?
— Я хочу знать правду!
— Правду? Держи! Я думал, что женился на домашней девочке, которая будет относится с пониманием к моему положению и "привилегиям", которые оно за собой несет. Если для моих дел нужно, чтобы я на телеке засветился с другой бабой, значит, так нужно. Если потребуется, я даже с тобой разведусь и на ней женюсь. Но от этого тебя любить не перестану...
— Ясно, — выдыхаю, вытирая слезу. — Когда ты домой приедешь, меня уже там не будет. Не удивляйся.
— Только посмей куда-нибудь дернуться... — угроза мужа тонет в коротких гудках.
Мне не требуется много времени на то, чтобы собраться. Вся жизнь длиною в восемь лет умещается в два чемодана. Но, как там говорят, беда не приходит одна?
Далеко уехать не пол
— Ты женился на мне восемь дней назад! — ору я, сжимая кулаки, чтобы не врезать собственному мужу.
— Таня, успокойся, — цедит Саша, прикрывая собой любовницу.
Полтора года. Полтора гребаных года он спит с другой, а потом надевает мне на палец кольцо, клянется любить и везет в Париж на медовый месяц.
— Зачем ты на мне женился? — спрашиваю я, понимая, что его ответ меня добьет.
— Потому что мне был нужен этот брак, — жестко отвечает муж.
Семь лет любви превращаются в сделку.
Моя свадьба в хорошо рассчитанный план. А мужчина, которого я считала родным, оказывается человеком, способным купить все.
Кроме одного...
— Я подаю на развод, Саша, — бросаю ему в лицо.
Он усмехается.
— Попробуй, Тань. Только сначала узнай, что именно ты подписала перед свадьбой.
— Таня, успокойся, — цедит Саша, прикрывая собой любовницу.
Полтора года. Полтора гребаных года он спит с другой, а потом надевает мне на палец кольцо, клянется любить и везет в Париж на медовый месяц.
— Зачем ты на мне женился? — спрашиваю я, понимая, что его ответ меня добьет.
— Потому что мне был нужен этот брак, — жестко отвечает муж.
Семь лет любви превращаются в сделку.
Моя свадьба в хорошо рассчитанный план. А мужчина, которого я считала родным, оказывается человеком, способным купить все.
Кроме одного...
— Я подаю на развод, Саша, — бросаю ему в лицо.
Он усмехается.
— Попробуй, Тань. Только сначала узнай, что именно ты подписала перед свадьбой.
— Ты спишь с Алиной.
— Да.
Одно слово. Даже не попытался соврать.
— С дочерью моей лучшей подруги, Максим. Она называла меня тётей Верой.
Он пожимает плечами.
— Она выросла.
— А я, значит, постарела?
Максим смотрит мне прямо в глаза.
— Ты сама это сказала.
Вот так рушится двадцатилетний брак.
Не из-за случайной связи. Не из-за одной пьяной ночи.
Мой муж выбрал девушку, которая росла у нас на глазах.
И самое мерзкое — он не раскаивается.
Что ж.
Раз Максим так легко обменял нашу семью на молодость, скоро узнает, во сколько ему обойдётся этот обмен.
— Да.
Одно слово. Даже не попытался соврать.
— С дочерью моей лучшей подруги, Максим. Она называла меня тётей Верой.
Он пожимает плечами.
— Она выросла.
— А я, значит, постарела?
Максим смотрит мне прямо в глаза.
— Ты сама это сказала.
Вот так рушится двадцатилетний брак.
Не из-за случайной связи. Не из-за одной пьяной ночи.
Мой муж выбрал девушку, которая росла у нас на глазах.
И самое мерзкое — он не раскаивается.
Что ж.
Раз Максим так легко обменял нашу семью на молодость, скоро узнает, во сколько ему обойдётся этот обмен.
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги