Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
– Он хочет жениться на ней! – взвизгивает любовница моего мужа, – Вы понимаете?! Она забеременела и вас ждет развод!
– И… – я медленно провожу пальцем по ножке бокала, собираясь с силами, – Что вы предлагаете?
– Я предлагаю вам начать первой! – с хищным оскалом подается вперед девица, – Развод! Громкий! С фотографиями, записями… – она аж задыхается от предвкушения.
Но я резко осекаю ее:
– Нет…
Развод для него слишком милосердно.
– И… – я медленно провожу пальцем по ножке бокала, собираясь с силами, – Что вы предлагаете?
– Я предлагаю вам начать первой! – с хищным оскалом подается вперед девица, – Развод! Громкий! С фотографиями, записями… – она аж задыхается от предвкушения.
Но я резко осекаю ее:
– Нет…
Развод для него слишком милосердно.
Муж пять лет молчал о том, что касается нашей дочери.
А другая женщина знала о моём ребёнке больше, чем я.
— Ты вытянешь не правду, Вера. Ты вытянешь опеку, экспертизу и чужую женщину с адвокатом.
Я акушерка. Четырнадцать лет отдаю матерям их детей и знаю правило: есть бирка, журнал и две подписи. Ошибиться можно. Не знать — нельзя.
Но самое страшное мне сказал не муж.
Мне это сказали бумаги, пять лет лежавшие в комоде.
Одна переправленная цифра.
Одна вырванная страница.
Муж говорит: ты всё разрушишь.
Мама говорит: не трогай, живи как жила.
Все просят меня остановиться — и никто не объясняет почему.
Архив велит ждать тридцать дней. Значит, я не буду ждать.
Цена правды уже назначена.
Она сидит в соседней комнате и складывает пазл.
А другая женщина знала о моём ребёнке больше, чем я.
— Ты вытянешь не правду, Вера. Ты вытянешь опеку, экспертизу и чужую женщину с адвокатом.
Я акушерка. Четырнадцать лет отдаю матерям их детей и знаю правило: есть бирка, журнал и две подписи. Ошибиться можно. Не знать — нельзя.
Но самое страшное мне сказал не муж.
Мне это сказали бумаги, пять лет лежавшие в комоде.
Одна переправленная цифра.
Одна вырванная страница.
Муж говорит: ты всё разрушишь.
Мама говорит: не трогай, живи как жила.
Все просят меня остановиться — и никто не объясняет почему.
Архив велит ждать тридцать дней. Значит, я не буду ждать.
Цена правды уже назначена.
Она сидит в соседней комнате и складывает пазл.
Мой мерзавец муж украл деньги у опасного авторитета Азата Умарова, сбежал с любовницей, а нас с сыном бросил на растерзание бандитам!
Узнаю об этом, когда на пороге нашего дома появляется сам авторитет Умаров и заявляет:
— Твой муж украл то, что принадлежит мне, взамен я заберу его семью. Дом у меня большой, работы много. Будешь послушной служанкой до тех пор, пока не закроешь долг.
Но маленький сын Матвей тут же встаёт на мою защиту.
— Теперь я главный мущщина в доме и буду защищать маму! Никуда она с вами не пойдёт!
Умаров нагло усмехается.
— А на тебя, маленький джигит, у меня особые планы…
Я думала, что хуже уже не будет.
Но даже не догадывалась, что самое страшное ждёт впереди…
Узнаю об этом, когда на пороге нашего дома появляется сам авторитет Умаров и заявляет:
— Твой муж украл то, что принадлежит мне, взамен я заберу его семью. Дом у меня большой, работы много. Будешь послушной служанкой до тех пор, пока не закроешь долг.
Но маленький сын Матвей тут же встаёт на мою защиту.
— Теперь я главный мущщина в доме и буду защищать маму! Никуда она с вами не пойдёт!
Умаров нагло усмехается.
— А на тебя, маленький джигит, у меня особые планы…
Я думала, что хуже уже не будет.
Но даже не догадывалась, что самое страшное ждёт впереди…
— Ань, ты должна понять, — рычит муж.
— Что именно? Что у моего мужа двухлетняя дочь от другой женщины?
— Нет… то, вы важны мне обе…
Я смотрю на него и не верю своим ушам.
— Нет, Женя. Тебе важны твоё удобство и комфорт. Но я больше не буду частью твоего удобного мира.
Мой муж хотел две семьи. Но забыл спросить меня, хочу ли я этого…
Я не устраиваю сцен. Не мщу. Не борюсь за мужчину.
Я просто ухожу. Моя любовь к себе начинается со слов его любовнице: «Мне твой мужчина не нужен. Держи его сама…»
— Что именно? Что у моего мужа двухлетняя дочь от другой женщины?
— Нет… то, вы важны мне обе…
Я смотрю на него и не верю своим ушам.
— Нет, Женя. Тебе важны твоё удобство и комфорт. Но я больше не буду частью твоего удобного мира.
Мой муж хотел две семьи. Но забыл спросить меня, хочу ли я этого…
Я не устраиваю сцен. Не мщу. Не борюсь за мужчину.
Я просто ухожу. Моя любовь к себе начинается со слов его любовнице: «Мне твой мужчина не нужен. Держи его сама…»
– У меня срочная командировка, – заявляет муж посреди ночи. Утром мы собирались поздравить дочь с днём рождения, а он взял все свои вещи и уехал!
И всё это на фоне подозрений в измене! Последнее время от его одежды пахнет женскими духами, он задерживается на работе, а ещё грубит мне без повода!
Мы не успели поговорить, он уехал от серьёзного разговора. А через пару дней раздался звонок:
– Вас беспокоят из военного госпиталя. Татьяна, ваш муж получил тяжёлое осколочное ранение и…
Оставив детей у сестры, я поехала к мужу. Только вот, когда оказалась на месте, мне сказали:
– Вашего мужа тут нет и не было.
На звонки он не отвечает, не читает сообщения.
Я пошла в часть, чтобы найти мужа, и нашла то, что не ожидала найти.
Вот он! Живой! Мой муж гуляет за руку с молодой девушкой, а на шее у него сидит крошечный мальчик, ровесник нашей дочери!
Никакого ранения? Командировка липовая?!
Муж изменяет мне после двадцати лет брака, у нас двое детей! Его любовницу я узнаю сразу – это же она
И всё это на фоне подозрений в измене! Последнее время от его одежды пахнет женскими духами, он задерживается на работе, а ещё грубит мне без повода!
Мы не успели поговорить, он уехал от серьёзного разговора. А через пару дней раздался звонок:
– Вас беспокоят из военного госпиталя. Татьяна, ваш муж получил тяжёлое осколочное ранение и…
Оставив детей у сестры, я поехала к мужу. Только вот, когда оказалась на месте, мне сказали:
– Вашего мужа тут нет и не было.
На звонки он не отвечает, не читает сообщения.
Я пошла в часть, чтобы найти мужа, и нашла то, что не ожидала найти.
Вот он! Живой! Мой муж гуляет за руку с молодой девушкой, а на шее у него сидит крошечный мальчик, ровесник нашей дочери!
Никакого ранения? Командировка липовая?!
Муж изменяет мне после двадцати лет брака, у нас двое детей! Его любовницу я узнаю сразу – это же она
Десять лет брака рушатся за один вечер.
Я вижу мужа с другой женщиной. Узнаю, что их связь длится восемь месяцев. А потом получаю фотографию из её постели, сделанную в ночь нашей годовщины...
Илья возвращается домой с цветами, которые я ненавижу, смотрит на собранные в мусорные пакеты вещи и даже не понимает, почему я такая злая.
— Ты не можешь перечеркнуть десять лет одним вечером.
Я смотрю на мужчину, которого всё ещё люблю так сильно, что от этой любви физически больно.
— Это не я их перечеркнула, Илья. Это сделал ты. Восемь месяцев назад.
Он подходит ближе.
— Я люблю тебя, Лера.
А я снимаю обручальное кольцо и...
Я вижу мужа с другой женщиной. Узнаю, что их связь длится восемь месяцев. А потом получаю фотографию из её постели, сделанную в ночь нашей годовщины...
Илья возвращается домой с цветами, которые я ненавижу, смотрит на собранные в мусорные пакеты вещи и даже не понимает, почему я такая злая.
— Ты не можешь перечеркнуть десять лет одним вечером.
Я смотрю на мужчину, которого всё ещё люблю так сильно, что от этой любви физически больно.
— Это не я их перечеркнула, Илья. Это сделал ты. Восемь месяцев назад.
Он подходит ближе.
— Я люблю тебя, Лера.
А я снимаю обручальное кольцо и...
Ксюша села на диван и стала мучительно ждать звонка.
Секунды, издеваясь, лениво передвигались по циферблату, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем тишину нарушил подавший голос телефон. Девушка едва не подпрыгнула от неожиданности, хотя очень ждала его.
Секретарша взяла трубку.
– Да. Так и сказал?! Подожди, – она подняла глаза и обратилась к девушке: – Он ответил, что не знает вас и на работе личные вопросы не обсуждает.
Ксюша смотрела на секретаршу, не веря своим ушам.
– Не знает… – повторила она эхом, чувствуя, что вот-вот разревётся от неожиданной пощечины, что получила от любимого человека.
– Ладно, извини за беспокойство, – ответила та в трубку, а Ксюша вылетела из приёмной в слезах и в отчаянии.
Секунды, издеваясь, лениво передвигались по циферблату, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем тишину нарушил подавший голос телефон. Девушка едва не подпрыгнула от неожиданности, хотя очень ждала его.
Секретарша взяла трубку.
– Да. Так и сказал?! Подожди, – она подняла глаза и обратилась к девушке: – Он ответил, что не знает вас и на работе личные вопросы не обсуждает.
Ксюша смотрела на секретаршу, не веря своим ушам.
– Не знает… – повторила она эхом, чувствуя, что вот-вот разревётся от неожиданной пощечины, что получила от любимого человека.
– Ладно, извини за беспокойство, – ответила та в трубку, а Ксюша вылетела из приёмной в слезах и в отчаянии.
— Я хочу знать все, — мой голос дрожит, но я пока что держусь.
— Касательно? — муж приподнимает бровь.
— Касательно твоей измены, — вздергиваю подбородок.
— Тебе лишь нужно знать, что она была. Все остальное не твое дело.
— Ну раз ты не отрицаешь, то я хочу развода.
— Вот значит как, — цедит муж. — Пока я пытаюсь спасти нашу семью, решаешь меня предать?!
— Это ты меня предал.
— Если ты думаешь, что я пойду на развод, то ты ошибаешься, — муж встряхивает головой. — Я не позволю разрушить нашу семью! Я политик, такие, как я, не разводятся!
— Ну вот мы и проверим.
— Не смей! — рявкает Артур. — Не смей мне угрожать. Влада, ты прекрасно знаешь, что мне есть чем тебе ответить. Так что будь умницей и иди займись тем, что ты умеешь лучше всего — делай мою жизнь лучше!
— Касательно? — муж приподнимает бровь.
— Касательно твоей измены, — вздергиваю подбородок.
— Тебе лишь нужно знать, что она была. Все остальное не твое дело.
— Ну раз ты не отрицаешь, то я хочу развода.
— Вот значит как, — цедит муж. — Пока я пытаюсь спасти нашу семью, решаешь меня предать?!
— Это ты меня предал.
— Если ты думаешь, что я пойду на развод, то ты ошибаешься, — муж встряхивает головой. — Я не позволю разрушить нашу семью! Я политик, такие, как я, не разводятся!
— Ну вот мы и проверим.
— Не смей! — рявкает Артур. — Не смей мне угрожать. Влада, ты прекрасно знаешь, что мне есть чем тебе ответить. Так что будь умницей и иди займись тем, что ты умеешь лучше всего — делай мою жизнь лучше!
— Соня?
Я узнаю этот голос из тысячи других даже спустя пять лет с закрытыми глазами. Но меньше всего я ожидала, что встречу свое прошлое на репетиции свадебной церемонии, для которой готовила декор.
— Добрый… — запинаюсь, до побелевших костяшек сжимая электрический степлер в руке, — день. Точнее, вечер.
— Ты чего, как не родная, Сонька? — он внезапно набрасывается на меня с радостными объятиями, а я от неожиданности теряюсь.
А я верчу головой по сторонам, слыша:
— Мама, мама!
И забываю дышать, когда вижу, как моя маленькая дочка Стеша, безумно похожая на мое прошлое, несется ко мне со всех ног.
Я узнаю этот голос из тысячи других даже спустя пять лет с закрытыми глазами. Но меньше всего я ожидала, что встречу свое прошлое на репетиции свадебной церемонии, для которой готовила декор.
— Добрый… — запинаюсь, до побелевших костяшек сжимая электрический степлер в руке, — день. Точнее, вечер.
— Ты чего, как не родная, Сонька? — он внезапно набрасывается на меня с радостными объятиями, а я от неожиданности теряюсь.
А я верчу головой по сторонам, слыша:
— Мама, мама!
И забываю дышать, когда вижу, как моя маленькая дочка Стеша, безумно похожая на мое прошлое, несется ко мне со всех ног.
- Снежана, нам нужно поговорить.
Сажусь напротив, сцепляю пальцы на коленях. На сердце тревожно.
- У меня будет ребенок, - говорит он ровным голосом, будто сообщает о покупке новой машины. - И да, я тебе изменил.
Мир качается. Слышу свой голос, странно спокойный:
- Поздравляю.
- Я буду жить с ними, содержать и растить ребенка. Это мое решение.
- И кто же счастливая мать? - интересуюсь я, и даже сама удивляюсь этой ледяной интонации.
- Виола. Моя администратор.
Достает из кармана конверт, кладет на стол:
- Здесь контакты юриста. Он все оформит быстро и без проблем.
***
Стою посреди кухни, и все еще не верю, что это реальность. Накрытый стол, остывший ужин, конверт с контактами юриста.
Девятнадцать лет брака закончились за пятнадцать минут разговора.
Сажусь напротив, сцепляю пальцы на коленях. На сердце тревожно.
- У меня будет ребенок, - говорит он ровным голосом, будто сообщает о покупке новой машины. - И да, я тебе изменил.
Мир качается. Слышу свой голос, странно спокойный:
- Поздравляю.
- Я буду жить с ними, содержать и растить ребенка. Это мое решение.
- И кто же счастливая мать? - интересуюсь я, и даже сама удивляюсь этой ледяной интонации.
- Виола. Моя администратор.
Достает из кармана конверт, кладет на стол:
- Здесь контакты юриста. Он все оформит быстро и без проблем.
***
Стою посреди кухни, и все еще не верю, что это реальность. Накрытый стол, остывший ужин, конверт с контактами юриста.
Девятнадцать лет брака закончились за пятнадцать минут разговора.
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги