Книги в жанре «Эротическая драма» по тегу «besplatnie»

Марина Ветрова ушла от Владислава Ординцева, забрав часть архива Алисы Рейн и карточку со своим именем. Она думала, что теперь сможет держать расстояние. Но архивы редко отпускают тех, кто научился читать их слишком внимательно.

В коробках Алисы появляются новые документы. Имя матери Марины всплывает рядом с Евой Ланской, а неизвестный Константин Веденский знает о закрытом круге больше, чем должен знать посторонний. Постепенно Марина понимает: её выбрали не случайно. История началась задолго до Ординцева, задолго до Алисы и задолго до той ночи, когда она решила уйти.

Теперь власть меняет руки.

Ординцев больше не может вести её прежними правилами. Ева предлагает Марине место среди тех, кто хранит чужие исповеди. Веденский тянет наружу старые связи и чужие долги. А сама Марина впервые получает возможность не только быть выбранной, но и выбирать.

Но власть над чужой тайной опаснее желания. Ею можно отомстить. Можно защититься. Можно разрушить того, кто слишком хорошо видел теб

— Марина, — сказал он, и голос его звучал почти жалобно. — Ну что ты как чужая? Я же не враг тебе. Просто... тяжело сейчас. Ты же знаешь, как мне бывает тяжело.
Я сжала папку с документами так сильно, что пальцы побелели.
— Я знаю, как тебе тяжело, — тихо сказала я. — Но я больше не могу быть твоим спасательным кругом.
— А кто тогда? — вдруг рявкнул он, и его голос эхом разнёсся по коридору. — Ты же жена моя! Была! Должна помогать!
Кто-то из коллег обернулся. Кто-то замер, не зная, что делать. А я стояла и чувствовала, как на меня накатывает волна стыда — не за то, что я что-то сделала не так, а за то, что эта сцена происходит здесь, на моей работе, где я только начала чувствовать себя уверенно.
— Не должна, — твёрдо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Больше не должна.


Наконец-то я решилась бросить мужа, давно ставшего обузой. Я боялась, что больше никому не смогу понравиться, ведь я далека от модельной внешности. И тут я узнала, что начальник давно положил на меня глаз…

— Арин, я с ними не поеду. Ты езжай. Я боюсь. Он то ли бандит, то ли еще кто, я не знаю.
Я работаю в престижном ателье. Моя начальница забыла дошить костюм и улетела в отпуск. А люди заказчика — огромные амбалы, завалились в ателье и требуют срочно отдать костюм.
Теперь я должна ехать с ними в дом к этому человеку, чтобы провести примерку.
И вот я склоняюсь перед ним, подкалываю низ брюк. А его льдистый взгляд скользит по моему телу и пробирается под кожу.
— А ты хорошенькая, — хрипло говорит он. — Тебе бы другими вещами заниматься, стоя на коленях перед мужчиной.
Мне хочется оскорбиться, послать его куда подальше и сбежать. Но я не могу. Потому что уже стала заложницей этих холодных глаз и вибрирующего голоса...

Тьма. Густая, тёплая, бархатная, она обволакивает меня со всех сторон. Я не знаю, где я — вокруг нет стен, нет окон, только темнота, пропитанная запахами дорогого дерева, табака и чего-то острого, мужского, хищного. Я лежу на чём-то мягком, но упругом — то ли на широкой кровати, то ли на диване, обтянутом кожей или шёлком. Мои пальцы впиваются в ткань, и я чувствую под собой прохладу, которая не может остудить жар тела.

Я не вижу его лица. Только контуры — огромные плечи, тяжёлые руки, тень, которая нависает надо мной, заслоняет даже тот слабый свет, что пробивается откуда-то сверху. Его дыхание касается моей шеи — горячее, с хрипотцой, и от каждого выдоха мурашки взбегают по моей коже…

Узнав об измене любимого, я сбегаю в Сочи, чтобы утопить горечь в текиле. В ночном клубе я встречаю наглого, порочно-красивого незнакомца. Одна ночь, полная запретной страсти, и я сбегаю на рассвете, даже не спросив его имени.
Я была уверена, что курортное безумие останется в Сочи. Но в Москве меня ждет шокирующий сюрприз. Мой новый босс — тот самый незнакомец. Он смотрит на меня голодным взглядом и не собирается делать вид, что той ночи не было.
Босс ясно дает понять: ничего не закончилось, а его планы на меня куда серьезнее случайной связи.

— Ты хотела торговать собой в клубе? Отлично. Теперь у тебя только один клиент. И я очень требователен, Ева. Если я почувствую хотя бы каплю твоего вчерашнего «отвращения» — твой сын отправится в приют, а его нянька исчезнет в лесу. Ты меня услышала?


Ева закрыла глаза, и крупная слеза скатилась по её щеке, упав прямо на воротник его рубашки. Она была сломлена. Ложь, призванная защитить Макса, превратилась в её собственную смертную казнь. Но у неё не было другого пути. Она должна была играть эту роль до конца.

Я приезжаю с мужем в дом его отца и снова оказываюсь за столом, где мои мечты легко превращают в повод для насмешек. Мне кажется, Герман Эдуардович смотрит на меня с холодным презрением, пока одна случайная дверь не показывает правду, от которой у меня сбивается дыхание. Он не говорит лишнего, не делает шага за грань, но его взгляд остаётся со мной даже ночью. И теперь я уже не знаю, чего боюсь сильнее: желания к запретному мужчине или жизни, в которой мне придётся снова сделать вид, что ничего не случилось.

Если меня спрашивают — как вы стали фотографом? — до сих пор я будто оправдываюсь перед кем-то.

Съемка никогда не была для меня средством заработать. Я не люблю, когда меня называют «фотограф». По-моему, это как приклеить ярлык «кустарность». Фиксировать чужие счастливые или грустные моменты бытия мне не интересно. Бытовая фотография скучна, если вы понимаете о чём речь. До определенного момента я не задумывался о том, чем станут художественные нюды в моей жизни.

Он приехал её убить. Она сделала ему кофе и сказала: «Привыкай».
В первом томе она разбудила монстра. Во втором — ей придётся научиться жить с ним. И с теми, кто живёт внутри него. Потому что их там оказалось восемь.
У каждого — свой голос, свои закидоны и свой способ любить.
· Зверь — хочет обладать и ломать.
· Циник — комментирует всё. С матом.
· Мститель — мстит. Всему. Желательно заранее.
· Поэт — пишет стихи. Даже когда не надо.
· Архитектор — строит планы. На века.
· Коллекционер — записывает. Всё. Даже как она чихает.
· Извращенец — ну, тут без комментариев.
· Александр — пытается собрать это всё в кучу и не поседеть.
Теперь у них общая квартира, лысая кошка и восемь способов любить. И нет, это не гарем. Это просто вторник.
Но за каждым «добрым утром» в квартире 182 — эхо пережитого ада. Их путь к исцелению вымощен не только стихами и смехом, но и болью, предательством, старыми долгами и новой тьмой, которую не смыть чёрным кофе.

Пять лет назад Марк исчез из моей жизни, а сегодня я встретила его в больнице, где он работает гинекологом. На приёме между нами вновь вспыхнула искра и теперь всё в моих руках: дать ей погаснуть или же разжечь настоящее пламя. Смогу ли я простить Марку его исчезновение и переступить через собственную гордость?