Книги в жанре «Эротика»

Бывший стрелок Кэш возвращается в город, который когда-то сжёг дотла. Теперь здесь живут богатые люди, мимо которых проходят поезда, а его имя стало легендой, которой пугают детей. Кэш ищет одну женщину — Сальму, владелицу борделя, которая двенадцать лет назад продала его брата в рабство. Он входит в её заведение, снимает комнату наверху и говорит: «Я никуда не уеду, пока ты не скажешь, где его кости». Она улыбается и отвечает: «Тогда ты останешься навсегда». Ночи в её постели горят сильнее, чем полынь в августе. Но Кэш знает: она пытается убить его так же, как убила его брата — не пулей, а телом. Вопрос в том, кто кого сожжёт первым...

Я стоял у высокого готического окна, глядя на отражение в тяжёлом венецианском зеркале. Мой облик был безупречен: чёрный камзол, расшитый серебряными нитями, которые тускло поблёскивали в свете канделябров, и высокий кружевной воротник, обрамляющий бледное лицо. Мне было уже несколько столетий, но моя сила лишь возросла. Я, Гаспар де Монфор, один из Доминантов французского двора, властелин теней и повелитель человеческих судеб.
— Господин, — раздался тихий, покорный голос за моей спиной.
Я не сразу обернулся. Я позволил этому слову наполнить пространство комнаты, позволив ему стать тем невидимым ошейником, который сковывал волю той, что стояла на коленях у моих ног.
— Подойди, Изабель, — произнёс я, и мой голос был мягок, но в нём звучала сталь, не терпящая возражений.
Она поднялась. Ей было двадцать лет — возраст, когда смертные девушки мечтают о балах и замужестве, но Изабель выбрала иную судьбу. Она выбрала тьму. Она выбрала меня. Её фигуру обтягивало тугое корсетное платье...

Моё сердце пропустило удар. Это... это невозможно. Модуль включал запись в спальнях. Но только для клиентов с платной подпиской — "премиум-версия" нашего умного дома. И данные отправлялись на защищённый сервер. С шифрованием мастер-ключом.
Я откинулся на спинку кресла. Руки дрожали.
Это не баг. Это не ошибка. Это намеренно вставленный код. Кто-то — кто-то из руководства — добавил функцию записи всего, что происходит в спальнях клиентов. Камеры, микрофоны, датчики движения — всё работало. Всё записывало.
Я открыл логи. Последние три месяца. И увидел, что модуль активен. Он записывает. Тысячи часов видео. Тысячи интимных моментов. Тысячи жизней.
Я закрыл глаза. Что делать? Сообщить руководству? Но кто в руководстве? Кто добавил этот код? Если я скажу — меня убьют. Если промолчу — я стану соучастником.
Я сидел так час. Потом открыл новый файл. Начал копировать код. Все логи. Все записи активации. Всё, что могло стать доказательством. Зашифровал. Спрятал на внешнем носителе.

Двое друзей-архитекторов участвуют в одном тендере, и ставки неожиданно становятся личными: победитель получает не только контракт, но и право быть с ней. Она об этом не знает, а они делают вид, что это просто работа. От лица амбициозного героя: для него это очередной трофей, пока он не замечает, как она смотрит на его друга — с тем доверием, которого у неё к нему нет. Теперь тендер — это не про деньги, а про то, сможет ли он выиграть не только проект, но и её взгляд.

Я охранял жену босса. Её звали Вера.
Ей было двадцать шесть, когда я впервые увидел её. Она вошла в кабинет Виктора Маркина — моего работодателя, человека, чьё имя произносили шёпотом в самых тёмных переулках города — и я понял, что она не из нашего мира. Она была как фарфоровая статуэтка, случайно заблудившаяся в логове волков. Высокая, тонкая, с волосами цвета тёмного мёда и глазами, в которых плескался испуганный, но гордый огонь.
Виктор купил её. Не в смысле работорговли — он был слишком циничен для этого. Он купил её отца, банкрота, задолжавшего огромные деньги. И Вера стала его женой. Его собственностью. Его игрушкой.
Моя работа была проста: следить, чтобы никто не причинил ей вред снаружи. Но я быстро понял, что главная угроза для неё — не снаружи. Она шла изнутри. Из кабинета Виктора. Из его спальни. Из его тяжёлых рук.
Она приходила ко мне с новыми синяками. Сначала я не замечал — или делал вид, что не замечаю...

Врач-анестезиолог Марат спит с женой своего начальника. Красивая, опасная, расчётливая — она сама его нашла, сама соблазнила, сама назначила время и место. Марат думал, что это его игра. Пока в квартире, где они встречались, не нашли труп. А она исчезла, оставив только записку: «Ты не первый. Ты — следующий». Марат понимает: его не просто втянули в измену — его втянули в убийство. И единственный способ выжить — найти тех, кто был до него. Но каждая ниточка ведёт к женщине, которая в постели знала о нём больше, чем он сам о себе. И которая, кажется, ещё не закончила...

Магия в этом мире не прощала слабости. Она требовала абсолютной дисциплины, кристально чистого разума и, что самое главное, безоговорочного подчинения воле того, кто направляет её поток. Смертные часто пытались обуздать стихии, но их эго, их страхи и их хаотичные желания становились причиной катастроф. Истинная сила рождалась только там, где разум был скован железной волей, а тело привыкло к беспрекословному повиновению.
Именно поэтому я держал свой двор в строгости. Мои слуги знали своё место. Они двигались бесшумно, говорили только тогда, когда к ним обращались, и опускали глаза при моём появлении. Но среди них была одна, чья покорность казалась мне особенно глубокой, хотя поначалу я не понимал истинной причины этого.
Её звали Элара. Ей было двадцать лет, она служила в нижних залах, помогая на кухне и таская тяжёлые дубовые ведра с водой. Она была тихой, незаметной, с волосами цвета спелой ржи, которые она всегда туго заплетала в косу, и большими, испуганными зелёными глазами.

Я — Доминант. Не по моде, не по увлечению. По природе. Это не роль, которую я играю, снимая пиджак. Это то, кем я являюсь, когда остаюсь наедине с собой.
В восемь вечера должен был прийти новый человек. Я не любил слово "клиент" — оно отдавало коммерцией, а то, чем я занимался, коммерцией не было. Это было искусство. Искусство власти, доверия, границы между болью и экстазом. Я не терпел беспорядка — ни в кабинете, ни в практике.
Звонок в домофон. Я нажал кнопку.
— Здравствуйте, я к Марку Викторовичу, — голос был тихий, чуть дрожащий. Молодой.
— Поднимайтесь. Лифт направо. Пятый этаж. Дверь открыта.
Я слышал, как она — я сразу понял, что это женщина — поднимается. Лифт в старом доме работал с ленивым скрипом. Потом шаги по коридору. Мягкие, неуверенные.
Дверь открылась.
Она стояла на пороге — мокрая от дождя, в бежевом тренче, перехваченном поясом, с мокрыми тёмными волосами, прилипшими к щекам. Лет двадцать три, не больше.

Вероника устраивается личным ассистентом к владельцу IT-корпорации Владиславу — социопату и перфекционисту, увольняющему людей за опечатки в письмах. В контракте мелким шрифтом прописан пункт о «личном сопровождении», который включает в себя его специфические методы снятия стресса после провалов сделок. Когда корпорация оказывается на грани поглощения рейдерами, именно их тайные игры во власть и подчинение становятся главным оружием против совета директоров.

Я была его четвёртой личной ассистенткой за полгода. Трое предыдущих уволились. Одна — с нервным срывом. Вторая — просто исчезла, оставив на столе ключи и записку: «Я не могу дышать в этом воздухе». Третья — получила повышение в другом департаменте, но ходили слухи, что она плакала в туалете каждый день в течение месяца.
Почему я осталась? Почему я, магистр психологии с красным дипломом, женщина, которая могла бы преподавать в университете или работать в частной клинике, выбрала роль секретаря для тирана?
Потому что мне было скучно. Потому что обычные мужчины казались мне пресными, предсказуемыми, лишёнными глубины. Они искали лёгкости, комфорта, подтверждения своей значимости через лесть. Максим Волков не нуждался ни в чём из этого. Ему нужна была эффективность. Абсолютная, бескомпромиссная эффективность. И в этой потребности я видела вызов. Вызов, который заставлял мою кровь кипеть.
Дверь кабинета открылась. Бесшумно. Из неё вышел курьер, бледный, с дрожащими руками...