Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»

— Ты моя истинная, Руслана.
— Я выхожу замуж за волка!
— Уже нет.
Кадыр Султаев привык получать всё, что захочет. Теперь он захотел меня.
Но владыка не учёл, что я не сокровище, которое можно украсть и запереть в горах.
И если дракон думает, что я покорюсь его зверю, он очень плохо знает волчиц!

В его правилах — никаких служебных романов, в моих — никакой пощады. Моя задача — соблазнить босса и добыть на него компромат, чтобы отомстить за своего отца. Я искусно расставляю сети для мужчины, которого все боятся. Мой план безупречен. Но что произойдёт, когда хищник и жертва поменяются местами, а ледяная месть сгорит в огне страсти?

Они не виделись пять лет. Она — та самая «пышка», которую он когда-то променял на удобную пустоту. Он — мажор, привыкший получать всё, кроме права на искренность. Случайный ливень загоняет их в заброшенный особняк, где время застыло вместе с пылью на корешках книг. Снаружи — раскаты грома, внутри — тишина, которую нельзя нарушить словами. Между ними — километры обид, невысказанных претензий и недообнятых ночей. Но когда его пальцы скользят по её мокрой коже, а она вдыхает запах озона и его старого одеколона, они понимают: притяжение сильнее гордости. Это не прощение. Это признание того, что разрыв между ними — всего лишь трещина в зеркале, которая продолжает расходиться, открывая путь к свету.

Она — лучшая на курсе криминалистики, циничная и острая, как скальпель. Он — новый преподаватель, мажор с идеальной улыбкой, который слишком много знает о ней. Лина уверена: он лжет. Его дипломы — фальшивка, а интерес к ней — часть операции. Чтобы вывести его на чистую воду, она идет на провокацию, но он перехватывает игру. Прижимая её к стене в пустом кабинете, он шепчет ей на ухо дату её первой кражи и имя человека, которого она боится. В этот момент их противостояние взрывается. Поцелуй превращается в укус, объятия — в борьбу. Но когда его пальцы сжимают её запястья, а её ногти впиваются в его спину, грань между желанием уничтожить и желанием обладать исчезает. Проблема в том, что у каждого из них есть приказ: она должна раскрыть его, а он — завербовать её, даже если для этого придется разбить им обоим сердца.

Я застала мужа с любовницей в тот день, когда он решил украсть еще и мой проект. Ушла с одним чемоданом, а крышу над головой мне предложил человек, рядом с которым мне опаснее всего оставаться. Мой свекор.
Мирону пятьдесят два. Он властный, сдержанный и слишком хорошо знает, чего я боюсь. Именно он возвращает мне авторство, слышит каждое мое «нет» и смотрит так, как муж не смотрел уже много лет.
Развод еще не завершен. Поселок следит за каждым нашим шагом. Его сын требует вернуть все на место. А между нами остается все меньше расстояния.

Я не хочу снова стать частью чужой фамилии. Но что, если запретное желание взаимно, а мужчина, которого мне нельзя любить, впервые предлагает выбрать не его, а себя?

Софья терпеть не могла самоуверенных мажоров, а этих двоих — особенно. Они привыкли получать всё, что захотят, поэтому однажды заключили спор: кому из них упрямая однокурсница уступит. Софья даже не подозревала о пари и не собиралась становиться очередной победой избалованных красавчиков. Только чем дальше заходила их игра, тем сложнее становилось понять, кто в итоге проиграет — она или оба мажора.

Мо Чейс что-то вписывает в документ перед ним и снова широко улыбается.

— Что ж, госпожа Лэнгфорд, я поздравляю вас: судя по результатам анализов, вы беременны.

Кажется, щёки Мо Чейса рисковали порваться от не спадающей с его лица слишком широкой улыбки, как и бедное замершее сердце Джулии, застывшей на стуле с широко раскрытыми глазами.

— Это… Точно? — с неверием в голосе спрашивает она, почти что шепча.

— Нужно будет сделать УЗИ и сдать дополнительные анализы, но результат определённо чёткий, — откидывается на спинку кресла врач.

— Но разве за три года это возможно? — всё ещё не может смириться с услышанным Джулия.

Она упорно шла к этой беременности все предыдущие три года, но совершенно не была готова к тому, что у неё действительно всё получится.

СЮЖЕТНЫЕ МЕТКИ: гибриды; запахи; беременность; настоящая любовь; забота и поддержка; романтика; счастливый брак; сцены 18+; без драмы; счастливый финал

Жесткие слова культового режиссера Ильи вдребезги разбивают хваленую броню тридцатитрехлетней примы Маргариты, погрязшей в пресных и правильных ролях.
Для новой, радикальной постановки «Саломеи» мастер требует от актрисы не безупречной техники, а первобытной, оголенной страсти. Лучшим инструментом для разрушения её ледяной гордости становится Никита — молодой актер массовки, тайно и безумно влюбленный в приму. В полумраке театрального подвала, среди пыльного бархата и старых декораций, Илья сталкивает их в неистовой, запретной и телесной дуэли.

Она — последняя надежда обедневшего рода. Он — самый опасный вампир в империи. Их брак — сделка, но эта война только начинается... Изабелла Винтерстоун привыкла решать всё сама. Когда её отец заключает контракт с герцогом Мортейном, продавая дочь в жёны древнему вампиру, она не собирается сдаваться и становиться чьей-то собственностью. Кристиан Мортейн — глава самого жестокого вампирского клана, циничный коллекционер редкостей и мастер манипуляций. Он врывается в её жизнь, ломает все планы и заявляет права на неё перед всем Ковеном.

— Я же говорил, что встретимся, — раздался прямо над ухом знакомый низкий голос, и в следующий миг я оказалась прижата спиной к холодной стене.
— Что тебе надо? Я тебе всё сказала ещё два дня назад.
Он наклонился ближе, так близко, что ещё чуть-чуть и наши губы бы сомкнулись. Я чувствовала его дыхание на своём лице — тёплое, обжигающее, с всё тем же терпким, до боли знакомым запахом. И внизу живота предательски начало разливаться тепло, против моей воли, против всякого здравого смысла.
— Я, кстати, Алексей. Но для тебя — Лёша. Или «моё высочество».
Мои глаза округлились. Я упёрлась ладонями в его грудь и толкнула.
— Ты дурак, что ли?
— Всё-таки пьяная ты мне нравишься больше, — протянул он. — Вся такая раскованная, ласковая, горячая.
— Да, ты мне тоже нравишься, когда я пьяная. Потому что я тебя тогда не запоминаю.
— Не переживай, детка, — проговорил он уже тише, но с той же опасной уверенностью. — У меня будет время запомниться тебе и на трезвую голову. Ты ещё будешь умолять.