Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Такси приезжает быстро. Я сажусь на заднее сиденье, и водитель – пожилой турок – сразу включает кондиционер на полную мощность.
До отеля добираемся за двадцать минут.
Лифт поднимает меня на наш этаж. Глеб, наверное, уже уехал на пляж. Я достаю из сумки карточку-ключ, вставляю в замок. Зеленый огонёк. Щелчок. Толкаю дверь.
И замираю.
Из номера доносятся звуки. Женский голос, высокий, задыхающийся. Мужской – низкий, хриплый.
Секунду я стою, не понимая. Может, я ошиблась дверью?
Но нет – на кресле у входа лежит моя пляжная сумка, а на столике стоит бутылка воды, которую я оставила утром.
Я делаю шаг внутрь. Еще один. Сердце колотится так сильно, что, кажется, его слышно на весь коридор.
И тогда я вижу.
На нашей кровати, на белоснежных простынях, которые нам поменяли сегодня утром, мой муж страстно целует другую женщину.
Время останавливается.
Мир превращается в замедленную съёмку.
Я не кричу.
Я просто стою в дверях и смотрю, как рушится вся моя жизнь.
До отеля добираемся за двадцать минут.
Лифт поднимает меня на наш этаж. Глеб, наверное, уже уехал на пляж. Я достаю из сумки карточку-ключ, вставляю в замок. Зеленый огонёк. Щелчок. Толкаю дверь.
И замираю.
Из номера доносятся звуки. Женский голос, высокий, задыхающийся. Мужской – низкий, хриплый.
Секунду я стою, не понимая. Может, я ошиблась дверью?
Но нет – на кресле у входа лежит моя пляжная сумка, а на столике стоит бутылка воды, которую я оставила утром.
Я делаю шаг внутрь. Еще один. Сердце колотится так сильно, что, кажется, его слышно на весь коридор.
И тогда я вижу.
На нашей кровати, на белоснежных простынях, которые нам поменяли сегодня утром, мой муж страстно целует другую женщину.
Время останавливается.
Мир превращается в замедленную съёмку.
Я не кричу.
Я просто стою в дверях и смотрю, как рушится вся моя жизнь.
СКИДКА ДО 16 МАРТА
— Знаю, ты долго ждала, пока я решусь на развод. Осталось совсем немного! — слышу голос мужа.
Я просто вернулась домой за документами.
Но услышала разговор мужа с другой.
— Перед разводом обменяю наш дом на две квартиры, квартиру поменьше отдам жене. Она останется одна, ей много не надо…
Он планировал наш развод, как очередной проект.
И уже всем раздал свои роли.
На вопрос, почему, ответил просто:
— Она яркая и мне есть, о чем с ней поговорить. Не то, что… — посмотрел красноречиво. — С тобой.
***
Муж продумал все, до мелочей.
Но не прошло и полгода, как все изменилось.
— Знаю, ты долго ждала, пока я решусь на развод. Осталось совсем немного! — слышу голос мужа.
Я просто вернулась домой за документами.
Но услышала разговор мужа с другой.
— Перед разводом обменяю наш дом на две квартиры, квартиру поменьше отдам жене. Она останется одна, ей много не надо…
Он планировал наш развод, как очередной проект.
И уже всем раздал свои роли.
На вопрос, почему, ответил просто:
— Она яркая и мне есть, о чем с ней поговорить. Не то, что… — посмотрел красноречиво. — С тобой.
***
Муж продумал все, до мелочей.
Но не прошло и полгода, как все изменилось.
– Тебе нужны деньги, мне – твоё тело, – новый босс ухмыляется, властно оглядывая мою фигуру. – В аренду. Потом верну. Таким, как было, – его взгляд задерживается на вырезе моего платья. - Ну, почти таким.
Раньше я думала, что нет ничего более постыдного, чем продать свою девственность.
Но я ошибалась.
Гораздо хуже, когда в безвыходной ситуации, приходится продавать невинность сразу двоим...
безумно сексуальным...
очень опасным...
и ненавидящим друг друга...
....боссам
Раньше я думала, что нет ничего более постыдного, чем продать свою девственность.
Но я ошибалась.
Гораздо хуже, когда в безвыходной ситуации, приходится продавать невинность сразу двоим...
безумно сексуальным...
очень опасным...
и ненавидящим друг друга...
....боссам
– Пап, ты правда думаешь, что Лиза не узнает? – голос Вани доносится из приоткрытой двери кабинета. – Она не слепая.
– Это не её дело, – сухо отвечает Глеб. – Я разрулю.
– Не её дело? – Ваня усмехается. – Женщина, которая четырнадцать лет тебя любила, меня растила, вместо родной матери…
– Хватит, Ваня, – обрывает Глеб. – Ты мне сын, останешься со мной. Лиза… справится. Она всегда справлялась. Я устал от однообразия, понимаешь?
Я стою в коридоре, прижав к груди папку, и понимаю две вещи.
Первое: мой муж мне изменяет.
Второе: человек, когда-то спасший сына от изменницы-жены, спокойно превращается в того, кого ненавидел.
Четырнадцать лет брака я верила, что нам с Глебом повезло: он пережил предательство, отсудил маленького Ваню, встретил меня, а я стала не только женой бизнесмена, но и женщиной, которой доверили чужого ребёнка и всю его боль.
– Это не её дело, – сухо отвечает Глеб. – Я разрулю.
– Не её дело? – Ваня усмехается. – Женщина, которая четырнадцать лет тебя любила, меня растила, вместо родной матери…
– Хватит, Ваня, – обрывает Глеб. – Ты мне сын, останешься со мной. Лиза… справится. Она всегда справлялась. Я устал от однообразия, понимаешь?
Я стою в коридоре, прижав к груди папку, и понимаю две вещи.
Первое: мой муж мне изменяет.
Второе: человек, когда-то спасший сына от изменницы-жены, спокойно превращается в того, кого ненавидел.
Четырнадцать лет брака я верила, что нам с Глебом повезло: он пережил предательство, отсудил маленького Ваню, встретил меня, а я стала не только женой бизнесмена, но и женщиной, которой доверили чужого ребёнка и всю его боль.
Муж открывает синюю бархатную коробочку перед восхищенным лицом пигалицы, и она вскидывает руки с театральным восторгом.
Он, с видом джентльмена, достает внушительное, переливающееся холодным блеском колье. Нежно укладывает на её шею и застегивает замочек. Губами касается ее обнаженного плеча.
А его дорогая игрушка самодовольно щёлкает себя на телефон, поправляя подарок на шее.
— Я видела достаточно, — мой голос поразительно ровен и тих. — Можем ехать.
— И что ты сделаешь? — спрашивает подруга.
Я медленно поворачиваю голову от окна с этим мерзким зрелищем к ней.
— Накажу...
Он, с видом джентльмена, достает внушительное, переливающееся холодным блеском колье. Нежно укладывает на её шею и застегивает замочек. Губами касается ее обнаженного плеча.
А его дорогая игрушка самодовольно щёлкает себя на телефон, поправляя подарок на шее.
— Я видела достаточно, — мой голос поразительно ровен и тих. — Можем ехать.
— И что ты сделаешь? — спрашивает подруга.
Я медленно поворачиваю голову от окна с этим мерзким зрелищем к ней.
— Накажу...
– Жених твой к любовнице сбежал провожать беззаботную холостяцкую жизнь, а тебе сказал, что в командировку уехал! – голос будущей свекрови бьёт по ушам.
Что? Звучит как полный бред!
– Нет, этого не может быть! – невольно вскрикиваю.
Я, конечно, знаю, что мать жениха недолюбливает меня, но… Сейчас она прямым образом пытается вбить клин между мной и моим будущим мужем!
– Может! – злорадствует женщина. – Я давно говорила сыну, что ты ему не пара, а он ни в какую не верил! Однако, я нашла для него подходящую партию – умницу и красавицу! Ты в подмётки ей не годишься! Сын любит её, а не тебя!
Следом мне приходит фотография. Мой мужчина сидит в обнимку с полуголой девицей. Присмотревшись, я узнаю в любовнице жениха её…
Мою лучшую подругу!
Я сбежала от жениха за несколько дней до свадьбы с малышом под сердцем. Пять лет спустя предатель нашёл нас! Наши дети ходят в один детский сад. Ребёнок бывшего обижает моего сына, которого я родила втайне от него.
Что? Звучит как полный бред!
– Нет, этого не может быть! – невольно вскрикиваю.
Я, конечно, знаю, что мать жениха недолюбливает меня, но… Сейчас она прямым образом пытается вбить клин между мной и моим будущим мужем!
– Может! – злорадствует женщина. – Я давно говорила сыну, что ты ему не пара, а он ни в какую не верил! Однако, я нашла для него подходящую партию – умницу и красавицу! Ты в подмётки ей не годишься! Сын любит её, а не тебя!
Следом мне приходит фотография. Мой мужчина сидит в обнимку с полуголой девицей. Присмотревшись, я узнаю в любовнице жениха её…
Мою лучшую подругу!
Я сбежала от жениха за несколько дней до свадьбы с малышом под сердцем. Пять лет спустя предатель нашёл нас! Наши дети ходят в один детский сад. Ребёнок бывшего обижает моего сына, которого я родила втайне от него.
Утром он забыл телефон. На зарядке, у кровати.
Я не собиралась смотреть.
Но экран загорелся, и я увидела: «Макару нужны новые ботинки. Переведешь пять тысяч?».
Вика. Моя сестра.
Макар. Её сын.
Зачем она пишет моему мужу? Руки дрожат, когда открываю переписку.
«Он похож на тебя всё больше».
«Когда скажем Лене правду?»
Мир рушится. Стены сжимаются. Не могу дышать.
Набираю её номер.
Гудки – вечность.
– Алло? – её голос.
– Чей ребёнок? – выдавливаю я. – Макар. Чей он?
Тишина. Долгая. Убийственная.
Потом – всхлип.
– Лен, прости... Я не хотела...
– ЧЕЙ?!
– Наш, – шепчет она. – Кирилла и мой. Мы... мы любим друг друга. Больше года уже. Он обещал тебе сказать, но...
Трубка выпадает из рук.
Сестра. Моя сестра. И мой муж.
Их ребёнок.
Я сажусь на диван и жду. Жду, когда он вернётся домой.
Когда открывается дверь, я уже не плачу.
Слёзы кончились.
Осталась только пустота.
И его телефон на столе между нами.
Я не собиралась смотреть.
Но экран загорелся, и я увидела: «Макару нужны новые ботинки. Переведешь пять тысяч?».
Вика. Моя сестра.
Макар. Её сын.
Зачем она пишет моему мужу? Руки дрожат, когда открываю переписку.
«Он похож на тебя всё больше».
«Когда скажем Лене правду?»
Мир рушится. Стены сжимаются. Не могу дышать.
Набираю её номер.
Гудки – вечность.
– Алло? – её голос.
– Чей ребёнок? – выдавливаю я. – Макар. Чей он?
Тишина. Долгая. Убийственная.
Потом – всхлип.
– Лен, прости... Я не хотела...
– ЧЕЙ?!
– Наш, – шепчет она. – Кирилла и мой. Мы... мы любим друг друга. Больше года уже. Он обещал тебе сказать, но...
Трубка выпадает из рук.
Сестра. Моя сестра. И мой муж.
Их ребёнок.
Я сажусь на диван и жду. Жду, когда он вернётся домой.
Когда открывается дверь, я уже не плачу.
Слёзы кончились.
Осталась только пустота.
И его телефон на столе между нами.
— Да! — подскакиваю, слыша голос мужа, что воспроизводится в динамике. — Я же говорил, что я с семьей и не звони мне до понедельника.
— Глеб… — отвечает ему женский голос, и у меня внутри все сжимается. — Это срочно, прости.
— Каким бы срочным это ни было, это может подождать до понедельника.
— Ты сам просил, чтобы я предупредила тебя, если что-то не так. Именно для этого я и звоню.
— Вика, давай быстрее.
— Я беременна, Глеб.
— Что за бред? Ты же говорила, что это невозможно.
— Чудо! — смеется она. — В общем, я решила, что ты должен знать. Поздравляю, папочка! — хихикает она.
Долгожданная поездка в горы обернулась кошмаром. Вместе с детьми мы стали свидетелями разговора мужа о том, что у него будет ребенок от другой.
Пятнадцать лет брака, двое детей, бизнес, общие друзья, хороший дом, его ничего не остановило от предательства. Я не смогла этого простить и развелась с мерзавцем.
— Глеб… — отвечает ему женский голос, и у меня внутри все сжимается. — Это срочно, прости.
— Каким бы срочным это ни было, это может подождать до понедельника.
— Ты сам просил, чтобы я предупредила тебя, если что-то не так. Именно для этого я и звоню.
— Вика, давай быстрее.
— Я беременна, Глеб.
— Что за бред? Ты же говорила, что это невозможно.
— Чудо! — смеется она. — В общем, я решила, что ты должен знать. Поздравляю, папочка! — хихикает она.
Долгожданная поездка в горы обернулась кошмаром. Вместе с детьми мы стали свидетелями разговора мужа о том, что у него будет ребенок от другой.
Пятнадцать лет брака, двое детей, бизнес, общие друзья, хороший дом, его ничего не остановило от предательства. Я не смогла этого простить и развелась с мерзавцем.
— Тимур, нам нужно поговорить. Это касается нашей дочери, — слышу женский голос из трубки.
Я смотрю в телефон мужа. Ему звонит какая-то «Инесса».
— Какой еще… дочери? — спрашиваю я вместо него.
На том конце повисает пауза.
— Вы, наверное, Аня?
Ее знание моего имени как нож по коже.
— У нас с вашим мужем был роман, — поясняет незнакомка. — Извините, вы не должны были узнать. Передайте Тимуру, что мне стало хуже. Я попала в больницу. Пусть он заберет нашу дочку и позаботится о ней.
Я смотрю на мужа и спрашиваю прямо:
— У тебя что, есть дочь?..
Лицо Тимура резко меняется, и он проводит ладонью по лицу.
— Да.
Я почти шепчу:
— И… сколько ей?
— Аня… так получилось. Ей пять лет.
Я киваю. Все бы ничего, но мы в браке десять.
Как так получилось?
Я смотрю в телефон мужа. Ему звонит какая-то «Инесса».
— Какой еще… дочери? — спрашиваю я вместо него.
На том конце повисает пауза.
— Вы, наверное, Аня?
Ее знание моего имени как нож по коже.
— У нас с вашим мужем был роман, — поясняет незнакомка. — Извините, вы не должны были узнать. Передайте Тимуру, что мне стало хуже. Я попала в больницу. Пусть он заберет нашу дочку и позаботится о ней.
Я смотрю на мужа и спрашиваю прямо:
— У тебя что, есть дочь?..
Лицо Тимура резко меняется, и он проводит ладонью по лицу.
— Да.
Я почти шепчу:
— И… сколько ей?
— Аня… так получилось. Ей пять лет.
Я киваю. Все бы ничего, но мы в браке десять.
Как так получилось?
Пять лет ожидания ребёнка, бесконечная усталость и один единственный миг, когда всё рушится: случайно увиденный поцелуй, ревность, предательство и побег от самой себя.
Но жизнь не заканчивается в тот момент, когда боль кажется невыносимой.
Это история о вторых шансах, о хрупком счастье, о том, как важно поверить в себя и в тех, кого ещё не поздно простить.
Но жизнь не заканчивается в тот момент, когда боль кажется невыносимой.
Это история о вторых шансах, о хрупком счастье, о том, как важно поверить в себя и в тех, кого ещё не поздно простить.
Выберите полку для книги