Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubov-vopreki»
В самый разгар праздника в дверь кто-то звонит.
— Зар, открой, это стриптизер пришёл!
— Кто?
— Сюрприз! Девочки, всех с Новым годом!
Оригинальность Маши всегда граничила с безумием.
— А почему я должна открывать ему дверь?
— Если он окажется страшным, скажи, что ошибся адресом, — хихикает партизанка.
Звучит ещё один звонок. Уже более настойчивый.
— Ну же, давай!
Чёрт с вами!
Под воодушевлённый писк подруг, я плетусь к двери.
— Кто там?
— Вечер добрый. Майор полиции...
Звучит глубокий хрипловатый мужской голос.
Смутно знакомый голос.
Или мне это только кажется?
— Ну вот, а я думала, к нам сразу полковник пожалует.
Отворив дверь, я оказываюсь нос к носу с обладателем соблазнительного голоса. И застываю.
Не может быть!
— Зар, открой, это стриптизер пришёл!
— Кто?
— Сюрприз! Девочки, всех с Новым годом!
Оригинальность Маши всегда граничила с безумием.
— А почему я должна открывать ему дверь?
— Если он окажется страшным, скажи, что ошибся адресом, — хихикает партизанка.
Звучит ещё один звонок. Уже более настойчивый.
— Ну же, давай!
Чёрт с вами!
Под воодушевлённый писк подруг, я плетусь к двери.
— Кто там?
— Вечер добрый. Майор полиции...
Звучит глубокий хрипловатый мужской голос.
Смутно знакомый голос.
Или мне это только кажется?
— Ну вот, а я думала, к нам сразу полковник пожалует.
Отворив дверь, я оказываюсь нос к носу с обладателем соблазнительного голоса. И застываю.
Не может быть!
- Что вы решили? Вы с женой заберете ребенка к себе после родов?
- Нет, мы его не возьмем, Ярослава. Ты родишь, мы сделаем тест ДНК и если он на самом деле Соболев, то я тебе помогу, будешь растить его в доме Ильи. Даже, если твой сын от моего брата, никаких прав на его имущество ты не имеешь, я тебе уже говорил. Просто сиди тихо и занимайся своим делом, раз уж залетела и оставила ребёнка, чья фамилия ещё под вопросом.
Мужчина, чьи глаза были холодны, как лёд, медленно поднялся и направился к двери.
- За что вы меня так ненавидите? - выстрелил ему в спину глупый вопрос.
Он ушёл, не удостоив её ответа, оставив девушку за своей спиной лить горькие слезы обиды.
- За то, что я непутёвая Славка. - тихо всхлипнула она, гладя себя по животу. - Зато ты Соболев, тебе нечего бояться.
Она была в этом более, чем уверена, ведь в её жизни было всего двое мужчин, и оба Соболевы. Только старший велел ей об этом помалкивать. Она и молчала, слишком стыдно было об этом говорить.
- Нет, мы его не возьмем, Ярослава. Ты родишь, мы сделаем тест ДНК и если он на самом деле Соболев, то я тебе помогу, будешь растить его в доме Ильи. Даже, если твой сын от моего брата, никаких прав на его имущество ты не имеешь, я тебе уже говорил. Просто сиди тихо и занимайся своим делом, раз уж залетела и оставила ребёнка, чья фамилия ещё под вопросом.
Мужчина, чьи глаза были холодны, как лёд, медленно поднялся и направился к двери.
- За что вы меня так ненавидите? - выстрелил ему в спину глупый вопрос.
Он ушёл, не удостоив её ответа, оставив девушку за своей спиной лить горькие слезы обиды.
- За то, что я непутёвая Славка. - тихо всхлипнула она, гладя себя по животу. - Зато ты Соболев, тебе нечего бояться.
Она была в этом более, чем уверена, ведь в её жизни было всего двое мужчин, и оба Соболевы. Только старший велел ей об этом помалкивать. Она и молчала, слишком стыдно было об этом говорить.
- Ты невеста Демида Остапова? – вырвалась из душного зала припудрить носик… счастливее меня нет на свете человека, мой любимый попросил у моих родителей моей руки…и-и-и… Дёмка – муж, Лариска – жена!
Я даже и не сразу поняла, что девушка, стоящая у соседней раковины, обращается ко мне.
- Да… а вы кто?
- А я беременна от него, семь месяцев…, - только сейчас я увидела, что девушка обнимала руками круглый животик. – Не бери грех на душу, не забирай у ребёнка отца, заклинаю тебя…, ты богатая, красивая, другого себе найдёшь.
- Да почему я вам верить должна? У нас вообще-то свадьба!
Но поверить пришлось, Демид даже не стал отрицать.
- Это ничего не значит, малыш, люблю-то я тебя, а она так… ошибка…
Конечно, я оставила его ей и ребёнку… уехала…, но оказалось не навсегда…
Я даже и не сразу поняла, что девушка, стоящая у соседней раковины, обращается ко мне.
- Да… а вы кто?
- А я беременна от него, семь месяцев…, - только сейчас я увидела, что девушка обнимала руками круглый животик. – Не бери грех на душу, не забирай у ребёнка отца, заклинаю тебя…, ты богатая, красивая, другого себе найдёшь.
- Да почему я вам верить должна? У нас вообще-то свадьба!
Но поверить пришлось, Демид даже не стал отрицать.
- Это ничего не значит, малыш, люблю-то я тебя, а она так… ошибка…
Конечно, я оставила его ей и ребёнку… уехала…, но оказалось не навсегда…
Что может быть общего между примерной отличницей и парнем с тёмным прошлым?
Таня никогда не пересекалась с такими, как Кирилл. Он — воплощение запретного плода: притягательный и опасный, окружённый пугающей репутацией. Его прошлое окутано мраком, а компания внушает страх даже самым смелым.
Но за маской плохого парня скрывается человек с невероятной глубиной души. Когда их пути пересекаются, Таня обнаруживает, что под внешней грубостью таится ранимая натура, способная на искренние чувства и глубокие мысли.
Новогодняя ночь способна изменить всё.
Таня никогда не пересекалась с такими, как Кирилл. Он — воплощение запретного плода: притягательный и опасный, окружённый пугающей репутацией. Его прошлое окутано мраком, а компания внушает страх даже самым смелым.
Но за маской плохого парня скрывается человек с невероятной глубиной души. Когда их пути пересекаются, Таня обнаруживает, что под внешней грубостью таится ранимая натура, способная на искренние чувства и глубокие мысли.
Новогодняя ночь способна изменить всё.
— Марк, я дома!
Тишина.
А потом — звуки из комнаты.
Я толкаю дверь и вижу мужа в нашей постели с другой женщиной.
Он смотрит мне прямо в глаза.
А потом спокойно говорит:
— Собирай вещи. Я отвезу куда скажешь.
В ту ночь я ушла от Марка Полянского с одним чемоданом.
А через несколько недель узнала, что беременна.
Девять лет я строила жизнь заново.
Девять лет училась дышать без него.
Девять лет убеждала себя, что ненавижу.
Пока однажды дверь кабинета не открылась снова.
Тишина.
А потом — звуки из комнаты.
Я толкаю дверь и вижу мужа в нашей постели с другой женщиной.
Он смотрит мне прямо в глаза.
А потом спокойно говорит:
— Собирай вещи. Я отвезу куда скажешь.
В ту ночь я ушла от Марка Полянского с одним чемоданом.
А через несколько недель узнала, что беременна.
Девять лет я строила жизнь заново.
Девять лет училась дышать без него.
Девять лет убеждала себя, что ненавижу.
Пока однажды дверь кабинета не открылась снова.
- Ве-ра… - Диего резко остановился. - Ты даешь мне шанс? Ты так и не ответила. Настоящий. Ты будешь со мной не потому что я заставляю, а потому что у тебя есть ко мне чувства?
- Диего, - я подняла голову на мужчину, который с такой надеждой сейчас смотрел на меня, что я утопала в этом неземном взгляде. Где я больше не видела дьявола перед собой, а наблюдала мальчика, которого когда-то извратили жестокостью, заставили принять эту жизнь как единственно правильную дорогу, по которой можно пойти. - Я даю тебе этот шанс. Но… у меня будет условие. Твои красивые слова, которыми можно заслушаться, твои объятия, в которых я сгораю от страсти, этот дом и роскошь, которая вокруг, — все это сказочно. И, может, то, что прозвучит от меня далее, слишком самоуверенно, но для меня этого мало.
- И чего же тебе не хватает? - Диего в миг стал серьезнее, улавливая, что я тоже не шучу.
- Закрой клетки. Отпусти девушек.
- Ве-ра… я не могу. Ты знаешь.
- Диего, - я подняла голову на мужчину, который с такой надеждой сейчас смотрел на меня, что я утопала в этом неземном взгляде. Где я больше не видела дьявола перед собой, а наблюдала мальчика, которого когда-то извратили жестокостью, заставили принять эту жизнь как единственно правильную дорогу, по которой можно пойти. - Я даю тебе этот шанс. Но… у меня будет условие. Твои красивые слова, которыми можно заслушаться, твои объятия, в которых я сгораю от страсти, этот дом и роскошь, которая вокруг, — все это сказочно. И, может, то, что прозвучит от меня далее, слишком самоуверенно, но для меня этого мало.
- И чего же тебе не хватает? - Диего в миг стал серьезнее, улавливая, что я тоже не шучу.
- Закрой клетки. Отпусти девушек.
- Ве-ра… я не могу. Ты знаешь.
Удивительно, но эта девчонка знает обо мне, моей семье и моей работе. Вот только я ничего не знаю об этой маленькой мышке, которая, оказывается, трудится на благо моей компании в должности фрилансера Каспера.
Кто-то называет меня бесполезной молью, кто-то считает провинциальной мышкой без рода и племени, но моими неординарными мозгами пользуются многие. Я, по воле случая попавшая в большой город, не против, если за это будут платить, а жизнь в тени меня вполне устраивает. Но даже у такой, как я, есть свои секреты!
Кто-то называет меня бесполезной молью, кто-то считает провинциальной мышкой без рода и племени, но моими неординарными мозгами пользуются многие. Я, по воле случая попавшая в большой город, не против, если за это будут платить, а жизнь в тени меня вполне устраивает. Но даже у такой, как я, есть свои секреты!
Надя хотела получить работу, а нарвалась на самого коварного, неуравновешенного и похотливого боксера в городе. А ОН помог раскрыть ее женскую сущность и научил получать удовольствие вопреки.
Платон желал ее физически, опошляя каждое свое действие, не давая даже думать о ком-то другом. А ОНА, избавила его от кошмаров, чувства вины и подарила надежду. Стать любимым и полюбить самому.
Платон желал ее физически, опошляя каждое свое действие, не давая даже думать о ком-то другом. А ОНА, избавила его от кошмаров, чувства вины и подарила надежду. Стать любимым и полюбить самому.
Когда-нибудь всему наступает конец… Дружбе, любви, привязанности. Любое чувство подлежит сроку давности или оно не выдерживает испытаний. С Дмитрием у Маши всё начиналось ярко, красиво до сумасшедших поступков, до признаний в вечной любви, стоя на коленях. Оба импульсивные и взрывные. Их страсть горела так отчётливо, что казалась сверхновой звездой.
Уже год прошёл с момента развода. Год, который она не жила, а существовала от звонка до звонка. Ждала и ненавидела себя за то, что ждала. Слабая Маша, зависимая и очень несчастная.
— Как ты, Мэри? — начинался его разговор обычно.
— Как могу, — отвечала тихо и жадно ловила каждую интонацию, каждое слово, вздох его и звуковые отголоски, по которым пыталась определить, где бывший муж сейчас находится и кто с ним рядом.
— Подробней ты не расскажешь… Так, Мэри? — в голосе сейчас определялся сарказм.
Что ему до подробностей? Время для Маши застыло на
Уже год прошёл с момента развода. Год, который она не жила, а существовала от звонка до звонка. Ждала и ненавидела себя за то, что ждала. Слабая Маша, зависимая и очень несчастная.
— Как ты, Мэри? — начинался его разговор обычно.
— Как могу, — отвечала тихо и жадно ловила каждую интонацию, каждое слово, вздох его и звуковые отголоски, по которым пыталась определить, где бывший муж сейчас находится и кто с ним рядом.
— Подробней ты не расскажешь… Так, Мэри? — в голосе сейчас определялся сарказм.
Что ему до подробностей? Время для Маши застыло на
— Ненавижу тебя, Дымов. Не... на… ви… жу…
Две минуты назад я открыла ему дверь и собиралась сказать, всё, что о нём думаю.
Наши взгляды — мой гневный и его пронзительно-серый — скрестились. А потом я и сказать ничего не успела — он заткнул меня поцелуем и, подхватив на руки, прижал спиной к стене прямо в прихожей.
Чёртов Дымов!..
Он стал её первым. Он стал её единственным. Он стал её бывшим.
Ей 18, ему 24. Он её телохранитель, она его «тело». Так всё началось.
Спустя десять лет встреч и расставаний, они развелись, но столкнулись снова.
И всё, что их однажды связало, никуда не делось.
И всё, что разлучило — тоже.
Устав бегать по замкнутому кругу, она в шутку попросила: «Мне, пожалуйста, амнезию», и её желание неожиданно сбылось…
Две минуты назад я открыла ему дверь и собиралась сказать, всё, что о нём думаю.
Наши взгляды — мой гневный и его пронзительно-серый — скрестились. А потом я и сказать ничего не успела — он заткнул меня поцелуем и, подхватив на руки, прижал спиной к стене прямо в прихожей.
Чёртов Дымов!..
Он стал её первым. Он стал её единственным. Он стал её бывшим.
Ей 18, ему 24. Он её телохранитель, она его «тело». Так всё началось.
Спустя десять лет встреч и расставаний, они развелись, но столкнулись снова.
И всё, что их однажды связало, никуда не делось.
И всё, что разлучило — тоже.
Устав бегать по замкнутому кругу, она в шутку попросила: «Мне, пожалуйста, амнезию», и её желание неожиданно сбылось…
Подборка книг о любви вопреки
Выберите полку для книги