Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
— «Списали», — повторил он с оттенком брезгливости. — Опять эти твои словечки. Никто тебя не списывал, Марина. Просто наш брак исчерпал ресурс. Как техника. Он выработал своё.
— Я тебе не двигатель!
— Тише. Алина дома.
— Не смей!.. — я задохнулась.
Он поморщился — так, словно у него разболелась голова. От меня. От моего голоса.
— Вот об этом я и говорю, — сказал он почти скучающе. — Крик, слёзы, сцены. Посмотри на себя. Взрослая женщина, а держаться не умеешь. Я тебе по-человечески, спокойно сообщил положение дел — а ты уже бьёшься в истерике.
— Положение дел?..
Я засмеялась. Страшно, сама не узнавая этот смех.
— Ты изменял мне несколько месяцев — и называешь это «положением дел»?
— А как мне это называть? — он впервые чуть повысил голос. — Трагедией века? Марина, очнись. Мы двадцать лет живём по инерции. Ты давно не жена. Ты — обслуживающий персонал с претензиями. Борщ, глажка всё.
— Я тебе не двигатель!
— Тише. Алина дома.
— Не смей!.. — я задохнулась.
Он поморщился — так, словно у него разболелась голова. От меня. От моего голоса.
— Вот об этом я и говорю, — сказал он почти скучающе. — Крик, слёзы, сцены. Посмотри на себя. Взрослая женщина, а держаться не умеешь. Я тебе по-человечески, спокойно сообщил положение дел — а ты уже бьёшься в истерике.
— Положение дел?..
Я засмеялась. Страшно, сама не узнавая этот смех.
— Ты изменял мне несколько месяцев — и называешь это «положением дел»?
— А как мне это называть? — он впервые чуть повысил голос. — Трагедией века? Марина, очнись. Мы двадцать лет живём по инерции. Ты давно не жена. Ты — обслуживающий персонал с претензиями. Борщ, глажка всё.
— Мы совершили никях! Ты должна принять Мадину! — с нажимом сказал мой муж.
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
— Как ты мог жениться на ней, пока я лежала на сохранении в больнице?! — из меня вырвался отчаянный крик. Меня била дрожь, словно в лихорадке.
— Ты должна подчиняться моему слову! Никаких протестов! Обязана беспрекословно принимать мои решения! Быть послушной первой женой! — его ровный, холодный голос резал, как лезвие.
— Я разведусь с тобой, Саид! — отчаянно прошептала.
— Никакого развода не будет! В роду Махмудовых не разводятся! — процедил он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. — Ты сейчас же пожелаешь нам с Мадиной счастья! И будешь вести себя как положено на этом празднике!
🔥БЕСПЛАТНО🔥
– Твой отец отдал тебя. Как плату. Как пешку. Меня не интересуют твои чувства. Меня интересует факт. Ты – моя жена. На бумаге. И по закону этого болота, в котором мы все барахтаемся. И сегодня ночью этот факт станет… осязаемым.
Поднимаю руку и провожу обратной стороной пальцев по ее щеке. Легко, едва касаясь. Ее кожа невероятно мягкая, горячая.
Девушка вздрагивает, как от удара током, и открывает глаза. В них помимо ненависти теперь полная растерянность.
– Боишься? – спрашиваю тихо, почти ласково, и этот контраст пугает, наверное, сильнее любой грубости.
Молчит, судорожно глотая воздух. Грудь вздымается в тесном корсете.
– Ты должна бояться, – продолжаю, отводя руку. – И помнить: ты первая затеяла эту игру. И теперь придется играть до конца. Раздевайся.
– Твой отец отдал тебя. Как плату. Как пешку. Меня не интересуют твои чувства. Меня интересует факт. Ты – моя жена. На бумаге. И по закону этого болота, в котором мы все барахтаемся. И сегодня ночью этот факт станет… осязаемым.
Поднимаю руку и провожу обратной стороной пальцев по ее щеке. Легко, едва касаясь. Ее кожа невероятно мягкая, горячая.
Девушка вздрагивает, как от удара током, и открывает глаза. В них помимо ненависти теперь полная растерянность.
– Боишься? – спрашиваю тихо, почти ласково, и этот контраст пугает, наверное, сильнее любой грубости.
Молчит, судорожно глотая воздух. Грудь вздымается в тесном корсете.
– Ты должна бояться, – продолжаю, отводя руку. – И помнить: ты первая затеяла эту игру. И теперь придется играть до конца. Раздевайся.
– Я изменил тебе. Моя любовница беременна.
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Муж проговаривает эту страшную фразу ровно, уверенно. Глядя мне в глаза.
– Как ты мог, Артем?! Как мог?! Это развод, ты понимаешь?!
Слезы скатываются по щекам, но мой муж лишь кивает.
– Даже не поборешься за меня?! – спрашивает муж иронично, а я сдерживаю себя, чтобы не расцарапать ему лицо.
Я ухожу от предателя, но в один день случается то, что делит нашу жизнь на до и после…
❤️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
— Ты мое обручальное кольцо подарил своей любовнице? Я думала, что потеряла его...
— Да чего ты так убиваешься? Я тебе другое подарю…
— Не надо мне другого! Мне надо, чтобы ты был верен мне! Боже, Назар, у нас маленький ребенок! Ему чуть больше года!
— Я что ли отказываюсь быть его отцом? — муж выгибает бровь. — А что касается тебя… ты знала, что у меня тяжелая работа, все-таки быть спецназовцем — это не мешки ворочать, мне нужен чистый разум. Пока ты, как курочка-наседка, занимаешься нашим ребенком, я нашел другой вариант, как сбрасывать напряжение… не волнуйся, он временный.
— Пусть станет постоянным, — одним движением стираю слезы, но они все равно текут.
— Не дури, Яна, — тяжело вздыхает муж. — Надо еще раз тебя обрюхатить, чтобы думала меньше. И вообще давай прекращай распускать нюни. Слезы могут растопить сердце только того мужчины, у кого оно есть.
Развестись с мужчиной, у которого нет сердца, оказалось не так просто. Но я, Ульянова, поэтому тоже не так проста.
— Да чего ты так убиваешься? Я тебе другое подарю…
— Не надо мне другого! Мне надо, чтобы ты был верен мне! Боже, Назар, у нас маленький ребенок! Ему чуть больше года!
— Я что ли отказываюсь быть его отцом? — муж выгибает бровь. — А что касается тебя… ты знала, что у меня тяжелая работа, все-таки быть спецназовцем — это не мешки ворочать, мне нужен чистый разум. Пока ты, как курочка-наседка, занимаешься нашим ребенком, я нашел другой вариант, как сбрасывать напряжение… не волнуйся, он временный.
— Пусть станет постоянным, — одним движением стираю слезы, но они все равно текут.
— Не дури, Яна, — тяжело вздыхает муж. — Надо еще раз тебя обрюхатить, чтобы думала меньше. И вообще давай прекращай распускать нюни. Слезы могут растопить сердце только того мужчины, у кого оно есть.
Развестись с мужчиной, у которого нет сердца, оказалось не так просто. Но я, Ульянова, поэтому тоже не так проста.
– Ты пригласил свою бывшую на нашу годовщину? – шепчу шокировано.
– У нас с Каролиной сегодня тоже годовщина. Представь, какое совпадение – улыбается мой муж. – К тому же, она сделала мне потрясающий подарок.
– Боюсь даже спросить, какой…
Взгляд падает в толпу гостей, где я вижу ее – Каролину с заметно округлившимся животом.
– Сын! – хмыкает муж гордо. – Но на одном я останавливаться не намерен. Такому мужчине, как я, нужны наследники, сама понимаешь. Ты у меня вообще понятливая, на дуре я бы и не женился… только дочерей рожаешь, как бракованная, а исправляться уже поздно.
Муж считал, что не быть дурой – значит проглотить измену и продолжить жить дальше, не обращая внимания на его левых наследников.
Но я решила иначе.
– У нас с Каролиной сегодня тоже годовщина. Представь, какое совпадение – улыбается мой муж. – К тому же, она сделала мне потрясающий подарок.
– Боюсь даже спросить, какой…
Взгляд падает в толпу гостей, где я вижу ее – Каролину с заметно округлившимся животом.
– Сын! – хмыкает муж гордо. – Но на одном я останавливаться не намерен. Такому мужчине, как я, нужны наследники, сама понимаешь. Ты у меня вообще понятливая, на дуре я бы и не женился… только дочерей рожаешь, как бракованная, а исправляться уже поздно.
Муж считал, что не быть дурой – значит проглотить измену и продолжить жить дальше, не обращая внимания на его левых наследников.
Но я решила иначе.
Двадцать лет я была уверена, что знаю своего мужа.
— Ты мне изменяешь? — спрашиваю я, когда уже не могу больше притворяться.
Андрей смотрит мне в глаза и отвечает:
— Нет.
Он соврал.
Я увидела его с другой женщиной своими глазами. После этого собрала вещи, подала на развод и решила, что двадцать лет нашего брака закончились в тот день.
Но Андрей неожиданно отказывается.
— Я не дам тебе развод, — говорит он.
— После того, что ты сделал, ты ещё смеешь меня удерживать?
— Я не удерживаю тебя. Я прошу тебя остаться.
— Зачем?
Он долго молчит, а потом произносит:
— Потому что ты не знаешь всей правды.
Я думала, что самое страшное узнать об измене мужа.
Оказалось, страшнее узнать, почему он изменил мне на самом деле.
И почему человек, который разрушил нашу семью, теперь готов сделать все, чтобы вернуть меня.
Но смогу ли я простить предательство?
И можно ли снова полюбить мужчину, которому однажды перестала верить?
— Ты мне изменяешь? — спрашиваю я, когда уже не могу больше притворяться.
Андрей смотрит мне в глаза и отвечает:
— Нет.
Он соврал.
Я увидела его с другой женщиной своими глазами. После этого собрала вещи, подала на развод и решила, что двадцать лет нашего брака закончились в тот день.
Но Андрей неожиданно отказывается.
— Я не дам тебе развод, — говорит он.
— После того, что ты сделал, ты ещё смеешь меня удерживать?
— Я не удерживаю тебя. Я прошу тебя остаться.
— Зачем?
Он долго молчит, а потом произносит:
— Потому что ты не знаешь всей правды.
Я думала, что самое страшное узнать об измене мужа.
Оказалось, страшнее узнать, почему он изменил мне на самом деле.
И почему человек, который разрушил нашу семью, теперь готов сделать все, чтобы вернуть меня.
Но смогу ли я простить предательство?
И можно ли снова полюбить мужчину, которому однажды перестала верить?
Елена — идеальная жена, успешный организатор свадеб, женщина, которая привыкла держать всё под контролем.
И сегодня у нее особенный день. День свадьбы ее дочери Виолетты и всё должно быть на высшем уровне.
Когда пропадают деньги, подаренные гостями,
Елена идёт в комнату охраны, чтобы просмотреть записи с камер. И случайно находит видео, которое не должна была увидеть. В ту ночь её мир рухнул за двадцать пять секунд.
Теперь Елена знает всё. Она знает, кто предал её. Она знает, сколько длилась ложь. И она знает, что больше никогда не будет прежней. Но вместо слёз и истерик она выбирает месть. Холодную. Расчётливую. Беспощадную.
И сегодня у нее особенный день. День свадьбы ее дочери Виолетты и всё должно быть на высшем уровне.
Когда пропадают деньги, подаренные гостями,
Елена идёт в комнату охраны, чтобы просмотреть записи с камер. И случайно находит видео, которое не должна была увидеть. В ту ночь её мир рухнул за двадцать пять секунд.
Теперь Елена знает всё. Она знает, кто предал её. Она знает, сколько длилась ложь. И она знает, что больше никогда не будет прежней. Но вместо слёз и истерик она выбирает месть. Холодную. Расчётливую. Беспощадную.
– Елена, меня зовут Михаил, - в кабинет входит незнакомец. - Нам нужно поговорить по поводу вашего мужа... И моей жены.
Михаил кладет на стол передо мной телефон экраном вверх.
– Я не знаю, говорил ли вам Андрей… Он встречается с моей женой Анастасией. Я решил, что вы должны знать.
Не сразу понимаю, что он говорит, потому что у нас с мужем счастливая семья. По крайней мере я так думала.
– Вы ошиблись, - отвечаю упрямо. - Мой Андрей не мог…
– Посмотрите, это их переписка, - настаивает мужчина.
Придвигаю телефон к себе, увеличиваю сохраненный снимок.
«Лена думает, что я в командировке до пятницы» - отправлено с аккаунта моего мужа.
Я смотрю на экран, и все внутри меня рушится.
Михаил кладет на стол передо мной телефон экраном вверх.
– Я не знаю, говорил ли вам Андрей… Он встречается с моей женой Анастасией. Я решил, что вы должны знать.
Не сразу понимаю, что он говорит, потому что у нас с мужем счастливая семья. По крайней мере я так думала.
– Вы ошиблись, - отвечаю упрямо. - Мой Андрей не мог…
– Посмотрите, это их переписка, - настаивает мужчина.
Придвигаю телефон к себе, увеличиваю сохраненный снимок.
«Лена думает, что я в командировке до пятницы» - отправлено с аккаунта моего мужа.
Я смотрю на экран, и все внутри меня рушится.
— «Не ищи меня. Так будет лучше», — пять слов на экране телефона. Это всё, что Вадим оставил мне вместо свадебной клятвы.
Прошло несколько дней. Гости разошлись, праздничный торт выброшен, а моя жизнь превратилась в руины. Мама упивается ролью жертвы и твердит, что мне пора «собрать себя по частям и жить дальше». Родители Вадима странно молчат и даже не пытаются заявить в полицию. Все вокруг делают вид, будто он просто струсил и сбежал перед алтарем.
Все, кроме меня. Я знаю Вадима слишком хорошо — он бы никогда так не поступил. Наш выбор, наша любовь и его резкое исчезновение скрывают какую-то чертовски опасную тайну. И если родные боятся искать правду, я найду её сама. Чего бы мне это ни стоило.
Прошло несколько дней. Гости разошлись, праздничный торт выброшен, а моя жизнь превратилась в руины. Мама упивается ролью жертвы и твердит, что мне пора «собрать себя по частям и жить дальше». Родители Вадима странно молчат и даже не пытаются заявить в полицию. Все вокруг делают вид, будто он просто струсил и сбежал перед алтарем.
Все, кроме меня. Я знаю Вадима слишком хорошо — он бы никогда так не поступил. Наш выбор, наша любовь и его резкое исчезновение скрывают какую-то чертовски опасную тайну. И если родные боятся искать правду, я найду её сама. Чего бы мне это ни стоило.
Выберите полку для книги