Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
✔️ Солдат ребенка не обидит. Тем более, двоих. У меня сын, у нее дочь. Они дружат, а между нами - война. Иначе быть не может. Она преступница, которая рушит бизнес моего босса.
***-***
✔️ Муж бросил меня, отобрав состояние отца. Выгнал из дома вместе с годовалой дочерью. Не дал ни копейки на операцию для своего же ребенка!
Мы справились. Выжили. Но ему придется поплатиться за наши слезы. И месть моя будет очень горячей.
💖 Я прижимаю к груди одеяло, а в глазах - боль и слезы.
Как же так? Разве я не обещала себе никогда больше не проронить и слезинки?
Влад поворачивается к зеркалу, надевает рубашку и начинает застегивать пуговицы. Методично выстраивая границу между нами.
А я просто смотрю, как натягивается рубашка на его широкой спине.
Затем он подходит к шахматной доске, поднимает фигуру рыцаря и бросает ее мне на кровать.
- Ты победила, моя королева. Наслаждайся.
***-***
✔️ Муж бросил меня, отобрав состояние отца. Выгнал из дома вместе с годовалой дочерью. Не дал ни копейки на операцию для своего же ребенка!
Мы справились. Выжили. Но ему придется поплатиться за наши слезы. И месть моя будет очень горячей.
💖 Я прижимаю к груди одеяло, а в глазах - боль и слезы.
Как же так? Разве я не обещала себе никогда больше не проронить и слезинки?
Влад поворачивается к зеркалу, надевает рубашку и начинает застегивать пуговицы. Методично выстраивая границу между нами.
А я просто смотрю, как натягивается рубашка на его широкой спине.
Затем он подходит к шахматной доске, поднимает фигуру рыцаря и бросает ее мне на кровать.
- Ты победила, моя королева. Наслаждайся.
– Лиза – моя дочь?
– А ты сам как думаешь?
Он выгнал меня три года назад, сказав медсестре в госпитале, что у него нет невесты. А сегодня я стою на пороге его дома с дочкой, у которой его глаза.
Узнает ли он правду? И сможет ли любовь склеить осколки, которые он сам же и разбил?
– А ты сам как думаешь?
Он выгнал меня три года назад, сказав медсестре в госпитале, что у него нет невесты. А сегодня я стою на пороге его дома с дочкой, у которой его глаза.
Узнает ли он правду? И сможет ли любовь склеить осколки, которые он сам же и разбил?
Я толкаю дверь и вижу их. Моя крестница сидит на краю его стола в коротком шелковом платье, а мой муж стоит рядом, его рука лежит на ее бедре.
— Лешик, ты же обещал! — ее голос капризный. — Ты говорил, что сегодня никто не придет.
— Галя повезла Антошку к теще, Вика спит. У нас минимум три часа…
Алена оборачивается, ее улыбка сползает медленно, неохотно.
— Галя? Ты… почему здесь?
Алена сползает со стола, запахивает платье.
— Галя, только не нужно сцен. Ты взрослая женщина. Такие вещи случаются. Браки рушатся, люди влюбляются.
— Мой муж изменяет мне с девчонкой, которую я приютила и сделала частью семьи, а ты говоришь «такие вещи случаются»?
— Ой, только не надо про крестницу. Леше нужна женщина, которая будет его ценить без бухгалтерских отчетов.
— Алена, замолчи!
Алексей встает между нами, но крестница не затыкается:
— Леша тебя не любит. Со мной он чувствует себя живым. Что ты ему дала за двадцать лет? Детей? Детей может родить любая. Даже я! Правда, милый?
— Лешик, ты же обещал! — ее голос капризный. — Ты говорил, что сегодня никто не придет.
— Галя повезла Антошку к теще, Вика спит. У нас минимум три часа…
Алена оборачивается, ее улыбка сползает медленно, неохотно.
— Галя? Ты… почему здесь?
Алена сползает со стола, запахивает платье.
— Галя, только не нужно сцен. Ты взрослая женщина. Такие вещи случаются. Браки рушатся, люди влюбляются.
— Мой муж изменяет мне с девчонкой, которую я приютила и сделала частью семьи, а ты говоришь «такие вещи случаются»?
— Ой, только не надо про крестницу. Леше нужна женщина, которая будет его ценить без бухгалтерских отчетов.
— Алена, замолчи!
Алексей встает между нами, но крестница не затыкается:
— Леша тебя не любит. Со мной он чувствует себя живым. Что ты ему дала за двадцать лет? Детей? Детей может родить любая. Даже я! Правда, милый?
– Боже мой, что тут непонятного?! – закатил глаза Сергей, вскинул руку и театрально провёл ею по идеально уложенным волосам. – Наташа, я хочу поговорить с тобой о разводе. Я нашёл другую и хочу быть с ней…
– Но, Серёжа… – пробормотала, медленно поднимаясь со стула.
– Сейчас говорить буду я! Так как я владелец этих клиник, ты можешь лишиться работы из-за любого пустяка. За любой косяк ты вылетишь отсюда, как пробка от шампанского…
***
Муж признался в измене и стал угрожать растоптать мою профессиональную репутацию. Только зря он так со мной! С помощью кота и настоящего мужчины, я поставлю этого предателя на место!
– Но, Серёжа… – пробормотала, медленно поднимаясь со стула.
– Сейчас говорить буду я! Так как я владелец этих клиник, ты можешь лишиться работы из-за любого пустяка. За любой косяк ты вылетишь отсюда, как пробка от шампанского…
***
Муж признался в измене и стал угрожать растоптать мою профессиональную репутацию. Только зря он так со мной! С помощью кота и настоящего мужчины, я поставлю этого предателя на место!
— Твоя жена ни рыба ни мясо, раз не смогла сохранить искру в вашем браке…
— Остановись! — рявкает муж.— Со своей женой я сам разберусь. Не вмешивайся.
Видимо, строгий тон Альберта девушку не пугает, потому что вместо того, чтобы прекратить злить мужа, она канючит:
— Когда? Когда разберешься? Как долго мне еще ждать?
Меня аж передергивает от плаксивого голоса. Альберт тоже терпеть не может женские истерики. Поэтому, затаив дыхание, жду, что муж одернет свою молоденькую любовницу… подругу нашей дочери.
— Скоро, — тихо говорит муж, вырывая мое сердце с корнями.
— Остановись! — рявкает муж.— Со своей женой я сам разберусь. Не вмешивайся.
Видимо, строгий тон Альберта девушку не пугает, потому что вместо того, чтобы прекратить злить мужа, она канючит:
— Когда? Когда разберешься? Как долго мне еще ждать?
Меня аж передергивает от плаксивого голоса. Альберт тоже терпеть не может женские истерики. Поэтому, затаив дыхание, жду, что муж одернет свою молоденькую любовницу… подругу нашей дочери.
— Скоро, — тихо говорит муж, вырывая мое сердце с корнями.
— Надоела? — спросила я.
— Почему надоела? — спокойно ответил муж. — Просто захотелось разнообразия.
Я слушала его и не верила собственным ушам. Разве это тот человек, с которым я прожила двадцать лет?
— У всех моих друзей любовницы есть, и давно, — поморщился Боря. — Это нормальные мужские потребности, по-другому не бывает.
Оказывается, я двадцать лет прожила с человеком, которого не знала совсем.
— А хочешь уйти, выметайся, — добавил он. — Это моя квартира, я замки сменю.
— Раньше ты говорил, что это наша квартира, — напомнила я.
— Ты можешь и остаться, но на моих условиях. — Боря пожал плечами. — Я уже объяснил, что это мои мужские потребности. И потом, Зая — это ненадолго. Тебе надо просто отнестись с пониманием и немножко потерпеть.
…Когда мне исполнилось сорок лет, я получила от мужа незабываемый «подарок» — узнала, что у него есть молодая любовница.
Мне пришлось уйти и начать жизнь с нуля. Это тяжело. Но так ли это плохо?
— Почему надоела? — спокойно ответил муж. — Просто захотелось разнообразия.
Я слушала его и не верила собственным ушам. Разве это тот человек, с которым я прожила двадцать лет?
— У всех моих друзей любовницы есть, и давно, — поморщился Боря. — Это нормальные мужские потребности, по-другому не бывает.
Оказывается, я двадцать лет прожила с человеком, которого не знала совсем.
— А хочешь уйти, выметайся, — добавил он. — Это моя квартира, я замки сменю.
— Раньше ты говорил, что это наша квартира, — напомнила я.
— Ты можешь и остаться, но на моих условиях. — Боря пожал плечами. — Я уже объяснил, что это мои мужские потребности. И потом, Зая — это ненадолго. Тебе надо просто отнестись с пониманием и немножко потерпеть.
…Когда мне исполнилось сорок лет, я получила от мужа незабываемый «подарок» — узнала, что у него есть молодая любовница.
Мне пришлось уйти и начать жизнь с нуля. Это тяжело. Но так ли это плохо?
— Ты как меня нашёл? — я еле шептала… Из тьмы подъезда вальяжно вышагнул Лютаев. Его взгляд полыхал яростью, он внимательно проследил за отъезжающей машиной и недовольно цыкнул.
— Ты жена моя, Юля… И с кем это ты по ресторанам ходишь? — с нескрываемой яростью процедил муж и двинулся на меня.
— Это просто друг! Никита, отпусти меня… Наш брак были фиктивным! Срок вышел!
— Срок выйдет, когда я скажу! Ты моя! Друг, говоришь? Ну дерзай… Только помни, что любой коснувшийся тебя — труп. Ты знаешь, разговор у меня короткий… Ты – моя! — последняя фраза прозвучала как приговор.
В мире, где власть и деньги решают всё, я пошла на отчаянный шаг, чтобы спасти маму. Слепо заключила фиктивный брак с загадочным владельцем бойцовского клуба Лютаевым. Холодный и брутальный, он казался чужим с первого дня.
Но судьба коварна и мстительна, особенно к тем, кто заключает брак без любви…
— Ты жена моя, Юля… И с кем это ты по ресторанам ходишь? — с нескрываемой яростью процедил муж и двинулся на меня.
— Это просто друг! Никита, отпусти меня… Наш брак были фиктивным! Срок вышел!
— Срок выйдет, когда я скажу! Ты моя! Друг, говоришь? Ну дерзай… Только помни, что любой коснувшийся тебя — труп. Ты знаешь, разговор у меня короткий… Ты – моя! — последняя фраза прозвучала как приговор.
В мире, где власть и деньги решают всё, я пошла на отчаянный шаг, чтобы спасти маму. Слепо заключила фиктивный брак с загадочным владельцем бойцовского клуба Лютаевым. Холодный и брутальный, он казался чужим с первого дня.
Но судьба коварна и мстительна, особенно к тем, кто заключает брак без любви…
— Я же не выбросил тебя, как ненужную овцу, а позволил быть первой женой!
— О чем ты говоришь, Осман? — с отчаянием зашептала в лицо предателю, закрывая рот ладонью. Его взгляд – непроницаемый, как омут, затягивал меня в бездну отчаяния. Я тонула, захлебываясь осколками мечт.
Воздух резко закончился, когда мой жестокий муж разбил мое сердце своим приговором:
— Молись, чтобы Аллах послал нам сына с Раминой взамен того, что ты не смогла выносить.
Я думала, что попала в восточную сказку, где любима и счастлива. Хотела сообщить, что мы скоро станем родителями… Восточный мираж рассыпался прахом у моих ног. Осман уничтожил нашу любовь. И я не осталась. Ушла с тайной под сердцем. Но ровно через три года мой малыш своими крохотными ручками тянется к своему отцу. Бывший муж нашел нас и он не уйдет пока не вернет семью.
— О чем ты говоришь, Осман? — с отчаянием зашептала в лицо предателю, закрывая рот ладонью. Его взгляд – непроницаемый, как омут, затягивал меня в бездну отчаяния. Я тонула, захлебываясь осколками мечт.
Воздух резко закончился, когда мой жестокий муж разбил мое сердце своим приговором:
— Молись, чтобы Аллах послал нам сына с Раминой взамен того, что ты не смогла выносить.
Я думала, что попала в восточную сказку, где любима и счастлива. Хотела сообщить, что мы скоро станем родителями… Восточный мираж рассыпался прахом у моих ног. Осман уничтожил нашу любовь. И я не осталась. Ушла с тайной под сердцем. Но ровно через три года мой малыш своими крохотными ручками тянется к своему отцу. Бывший муж нашел нас и он не уйдет пока не вернет семью.
– Хочешь правду? – муж поворачивается ко мне. – Да, мне всё обрыдло! Я тринадцать лет жил не своей жизнью.
– А что ты хочешь на самом деле? – мой голос срывается. – У нас семья. Кира. Ты свой «Трофей» с нуля построил!
– Я никогда не хотел быть торгашом! – отрезает. – Я хотел заниматься наукой.
– Ты говорил, что наука – не для тебя!
Сердце сжимается.
Передо мной – чужой человек.
– Я говорил то, что ты хотела слышать, – усмехается. – Всё, Дина. Закончили. Я возвращаюсь к Лизе. С ней моё будущее.
– Ты хотя бы любил меня, Герман? – тихо.
Горько.
Он молчит, а затем коротко отвечает:
– Нет. Мне нужно было кем-то заменить Лизу. Подошла ты. И… – добавляет негромко: – У Лизы сын. Мой сын.
Муж ушёл к студенческой первой любви, которая тайно родила от него сына.
Мы развелись.
Дочь ненавидит нас обоих.
Полгода я пытаюсь ожить, и у меня почти получается.
А в один прекрасный день я слышу слова:
– Прости и забудь, что я сказал...
– А что ты хочешь на самом деле? – мой голос срывается. – У нас семья. Кира. Ты свой «Трофей» с нуля построил!
– Я никогда не хотел быть торгашом! – отрезает. – Я хотел заниматься наукой.
– Ты говорил, что наука – не для тебя!
Сердце сжимается.
Передо мной – чужой человек.
– Я говорил то, что ты хотела слышать, – усмехается. – Всё, Дина. Закончили. Я возвращаюсь к Лизе. С ней моё будущее.
– Ты хотя бы любил меня, Герман? – тихо.
Горько.
Он молчит, а затем коротко отвечает:
– Нет. Мне нужно было кем-то заменить Лизу. Подошла ты. И… – добавляет негромко: – У Лизы сын. Мой сын.
Муж ушёл к студенческой первой любви, которая тайно родила от него сына.
Мы развелись.
Дочь ненавидит нас обоих.
Полгода я пытаюсь ожить, и у меня почти получается.
А в один прекрасный день я слышу слова:
– Прости и забудь, что я сказал...
Я подношу пиджак мужа к лицу. Цветочный запах. На воротнике — длинный светлый волос. Но мои — темные.
— У тебя кто-то есть? — спрашиваю я за ужином.
— Нет. С чего ты взяла? Ты что, с ума сошла?
Но я уже чувствую, что он врет.
***
Звонит телефон. Соня.
— Мама, приезжай скорее! Здесь туфельки тети Маши! Они с папой закрылись в твоей комнате и кричат!
Я лечу домой. На полу в коридоре — бежевые туфли с бантиком. Те самые моей сестры.
На втором этаже доносятся звуки, так знакомые мне. стоны. Её голос говорит обо всем.
Дверь заперта. Я достаю запасной ключ.
— Аня, послушай… — кричит он изнутри, но я уже поворачиваю замок.
***
Два самых близких человека. Они разрушили мою семью. Мое доверие. Мою веру в людей.
Но я не позволю им уничтожить меня. Я не позволю им уничтожить мою дочь. Я отомщу всем ради нее!
— У тебя кто-то есть? — спрашиваю я за ужином.
— Нет. С чего ты взяла? Ты что, с ума сошла?
Но я уже чувствую, что он врет.
***
Звонит телефон. Соня.
— Мама, приезжай скорее! Здесь туфельки тети Маши! Они с папой закрылись в твоей комнате и кричат!
Я лечу домой. На полу в коридоре — бежевые туфли с бантиком. Те самые моей сестры.
На втором этаже доносятся звуки, так знакомые мне. стоны. Её голос говорит обо всем.
Дверь заперта. Я достаю запасной ключ.
— Аня, послушай… — кричит он изнутри, но я уже поворачиваю замок.
***
Два самых близких человека. Они разрушили мою семью. Мое доверие. Мою веру в людей.
Но я не позволю им уничтожить меня. Я не позволю им уничтожить мою дочь. Я отомщу всем ради нее!
Выберите полку для книги