Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Я — пышка-секретарша, ходячая катастрофа, тонкая и ранимая натура, безнадёжно влюблённая в своего босса.
Он — мужчина, о котором грезят. Невероятный, властный, чертовски привлекательный и… полностью равнодушный к моим выдающимся формам.
Но я мечтаю о ребенке, у которого будет улыбка шефа, его невероятно красивые глаза. И для меня нет никаких преград, если хочу чего-либо.
Однажды я скажу: «Поздравляю! Босс, это залёт!»
Он — мужчина, о котором грезят. Невероятный, властный, чертовски привлекательный и… полностью равнодушный к моим выдающимся формам.
Но я мечтаю о ребенке, у которого будет улыбка шефа, его невероятно красивые глаза. И для меня нет никаких преград, если хочу чего-либо.
Однажды я скажу: «Поздравляю! Босс, это залёт!»
— Кстати, коль уж тебе так нравится вся эта предпраздничная мишура… Организуй-ка корпоратив, — многозначительно ухмыльнулся мой ненавистный босс, Гордей Горевич. — Да такой, чтобы все ошалели. Всё-таки это мой первый Новый год в роли генерального…
— О, нет-нет! — из меня вырвался сдавленный смешок. — Пожалуйста, поручите это кому-то другому… У меня таланта организатора — как у ёжика вязать носки.
— Это не просьба, Анфиса. Это приказ! — смерив меня гневным взглядом, прорычал он. — Или я неясно выразился?..
— Ясно, — обречённо вздохнула я. — Особые пожелания есть?..
Конец декабря в этом году выдался, мягко говоря, сумасшедшим. Я мастерски организовала корпоратив, застукала жениха в туалете с бухгалтершей, поплакалась ненавистному боссу в жилетку и согласилась встретить Новый год в компании его друга. Если бы я только знала, чем всё закончится…
— О, нет-нет! — из меня вырвался сдавленный смешок. — Пожалуйста, поручите это кому-то другому… У меня таланта организатора — как у ёжика вязать носки.
— Это не просьба, Анфиса. Это приказ! — смерив меня гневным взглядом, прорычал он. — Или я неясно выразился?..
— Ясно, — обречённо вздохнула я. — Особые пожелания есть?..
Конец декабря в этом году выдался, мягко говоря, сумасшедшим. Я мастерски организовала корпоратив, застукала жениха в туалете с бухгалтершей, поплакалась ненавистному боссу в жилетку и согласилась встретить Новый год в компании его друга. Если бы я только знала, чем всё закончится…
«Ждёшь своего ненаглядного? Переживаешь, что с ним случилось? Так вот знай, он сейчас со мной.»
Руки немеют, когда получаю сообщение от незнакомого номера. Перечитываю слова вновь, пытаюсь найти ошибку, подвох, вспоминаю чьи-то глупые розыгрыши, может, какой-то спам…
Хочу убедить себя, что это неправда, что кто-то просто издевается, ведь мы с Валерой любим друг друга.
Он не мог, просто не мог.
Дочь шевелится внутри, толчок чуть сильнее прежнего, и я машинально хватаюсь за живот.
— Тише, солнышко, всё хорошо… — но голос предательски дрожит.
Перед глазами всплывают сцены последнего месяца: как Валера стал всё чаще уходить рано и приходить поздно, как стал чаще раздражаться, будто всё в доме ему мешает, как его взгляд стал уходить мимо меня, как целует меня только машинально, на прощание…
Пальцы дрожат так, что набрать ответ почти невозможно:
«Кто вы?»
Когда телефон снова вибрирует в руке, моё сердце останавливается.
«Я — Агата. Любовница вашего мужа.»
Руки немеют, когда получаю сообщение от незнакомого номера. Перечитываю слова вновь, пытаюсь найти ошибку, подвох, вспоминаю чьи-то глупые розыгрыши, может, какой-то спам…
Хочу убедить себя, что это неправда, что кто-то просто издевается, ведь мы с Валерой любим друг друга.
Он не мог, просто не мог.
Дочь шевелится внутри, толчок чуть сильнее прежнего, и я машинально хватаюсь за живот.
— Тише, солнышко, всё хорошо… — но голос предательски дрожит.
Перед глазами всплывают сцены последнего месяца: как Валера стал всё чаще уходить рано и приходить поздно, как стал чаще раздражаться, будто всё в доме ему мешает, как его взгляд стал уходить мимо меня, как целует меня только машинально, на прощание…
Пальцы дрожат так, что набрать ответ почти невозможно:
«Кто вы?»
Когда телефон снова вибрирует в руке, моё сердце останавливается.
«Я — Агата. Любовница вашего мужа.»
— Измена — это как новый десерт. Пока не гульнешь, не поймешь, что домашний медовик лучше,— с насмешкой бросил муж.
— Ты меня что ли с тортом сравнил сейчас? — нахмурившись, уточнила и меня передернуло.
— Да, а что в этом такого? Главное, что хочу сказать — я не собираюсь больше тебе изменять. Но тебя знаю — не простишь и не забудешь никогда, — пожал плечами муж.
Подбородок предательски затрясся, а слезы брызнули из глаз.
— Значит развод,— прошептала одними губами.
—Не расстраивайся, найдешь еще свое счастье. Может замуж выйдешь и ребеночка наконец-то родишь. Уверен, жизнь одинокой разведенки тебе не грозит.
—За что ты так со мной? — вырвалось сквозь боль.
—Потому что я тебя готов любить любую, а ты меня нет.
Муж верно сказал. Знал меня, как облупленную. Развод был тихим и быстрым. Делить детей не пришлось. Недвижимость и только. Я думала, что отболело и забылось, но через год бывший снова ворвался в мою жизнь.
— Ты меня что ли с тортом сравнил сейчас? — нахмурившись, уточнила и меня передернуло.
— Да, а что в этом такого? Главное, что хочу сказать — я не собираюсь больше тебе изменять. Но тебя знаю — не простишь и не забудешь никогда, — пожал плечами муж.
Подбородок предательски затрясся, а слезы брызнули из глаз.
— Значит развод,— прошептала одними губами.
—Не расстраивайся, найдешь еще свое счастье. Может замуж выйдешь и ребеночка наконец-то родишь. Уверен, жизнь одинокой разведенки тебе не грозит.
—За что ты так со мной? — вырвалось сквозь боль.
—Потому что я тебя готов любить любую, а ты меня нет.
Муж верно сказал. Знал меня, как облупленную. Развод был тихим и быстрым. Делить детей не пришлось. Недвижимость и только. Я думала, что отболело и забылось, но через год бывший снова ворвался в мою жизнь.
— Прости, Белка, но так будет лучше. Пойми, мне нужен наследник. Нас-лед-ник! Мальчик! Мой род должен быть продолжен. Катя родит сына. Моего сына.
— Но, Тёма, я тоже могу родить, — я начинаю злиться на себя. Зачем что-то доказываю? Зачем унижаюсь? Но все равно продолжаю говорить. — Врач сказал, что я здорова!
— Мы женаты два года. Не предохранялись ни одного дня, но ты не залетела.
— Но это неправда! Я прошла все обследования, я здорова! Может быть, проблемы в тебе?
— Какие проблемы, женщина? —начинает злиться мой муж. — У меня будет ребенок! Катя, в отличие от тебя, забеременела сразу же. А ведь мама меня предупреждала, но я не послушал, только зря потерял несколько лет.
Зря потерял? Вот же скотина!
— Но, Тёма, я тоже могу родить, — я начинаю злиться на себя. Зачем что-то доказываю? Зачем унижаюсь? Но все равно продолжаю говорить. — Врач сказал, что я здорова!
— Мы женаты два года. Не предохранялись ни одного дня, но ты не залетела.
— Но это неправда! Я прошла все обследования, я здорова! Может быть, проблемы в тебе?
— Какие проблемы, женщина? —начинает злиться мой муж. — У меня будет ребенок! Катя, в отличие от тебя, забеременела сразу же. А ведь мама меня предупреждала, но я не послушал, только зря потерял несколько лет.
Зря потерял? Вот же скотина!
– Роман Викторович, поздравляю вас. У вас только что родился сын, - радостно объявляет вошедшая в родзал медсестра.
– Вы ошиблись. У нас дочь, - поправляю медработницу, глядя на крошку, которая находится в сильных руках своего папы.
– В соседнем родзале вторая жена Романа Викторовича, - тут же принимается объяснять медсестра, - Роман Викторович просил сказать, если его вторая жена без него родит. Бегает, бедный, из одного родзала в другой. Хорошо, что вы обе хоть в одном роддоме рожаете, а то намучился бы мужик.
– Вы ошиблись. У нас дочь, - поправляю медработницу, глядя на крошку, которая находится в сильных руках своего папы.
– В соседнем родзале вторая жена Романа Викторовича, - тут же принимается объяснять медсестра, - Роман Викторович просил сказать, если его вторая жена без него родит. Бегает, бедный, из одного родзала в другой. Хорошо, что вы обе хоть в одном роддоме рожаете, а то намучился бы мужик.
- У меня другая женщина, которую я полюбил, с которой понял, что такое любовь. И этот Новый год встречу с ней, ведь, как там говорят, с кем Новый год встретишь, с тем его и проведешь, а я не хочу прожить еще один год без нее, - спокойно, без сожаления, выдает муж.
- А меня, получается, двадцать три года не любил, да? Целых двадцать три года тебе понадобилось, чтобы это понять? - не могу скрыть злой иронии в голосе, потому что боль разрывает изнутри.
- Скажи спасибо, что я вообще тебе об этом сказал. Будь благодарна за это, Тань.
- Благодарна? Ты серьезно? - спрашиваю у него, схватившись руками за голову. - Кто она? Чем она лучше меня?
- А тебе мало того, что она просто лучше, чем ты?
За несколько часов до Нового года муж сказал, что никогда меня не любил, что он встретил свою любовь. Он разрушил меня, семью, мы развелись. Но прошел год. Наступил новый канун Нового года, и мир снова перевернулся, и снова из-за него.
- А меня, получается, двадцать три года не любил, да? Целых двадцать три года тебе понадобилось, чтобы это понять? - не могу скрыть злой иронии в голосе, потому что боль разрывает изнутри.
- Скажи спасибо, что я вообще тебе об этом сказал. Будь благодарна за это, Тань.
- Благодарна? Ты серьезно? - спрашиваю у него, схватившись руками за голову. - Кто она? Чем она лучше меня?
- А тебе мало того, что она просто лучше, чем ты?
За несколько часов до Нового года муж сказал, что никогда меня не любил, что он встретил свою любовь. Он разрушил меня, семью, мы развелись. Но прошел год. Наступил новый канун Нового года, и мир снова перевернулся, и снова из-за него.
Это была яркая школьная любовь, которая должна была закончиться свадьбой и большой счастливой семьёй. Но всё рассыпалось в один миг, из-за ревности и неуслышанной правды. Халид ушёл, хлопнув дверью, оставив Лизу в прошлом.
Сейчас он влиятельный мужчина в мире больших денег и возможностей. Жених на свадьбе, который ведёт свою законную жену ко столу. А Лиза – мираж из прошлого. Скрипачка, приглашённая на его праздник.
Один взгляд и шесть лет порознь вынуждают израненные сердца кровоточить. Они не забыли, не смогли.
И теперь Халид предлагает сделку: безопасность и решение всех проблем Лизы в обмен на место в его золотой клетке.
Место второй жены. Для своей первой и единственной любви.
Эта история о том, как пылкость, эго и всепоглощающая ревность, могут сжечь дотла ту самую настоящую, чистую и искреннюю любовь, о которой мы все так мечтаем.
Сейчас он влиятельный мужчина в мире больших денег и возможностей. Жених на свадьбе, который ведёт свою законную жену ко столу. А Лиза – мираж из прошлого. Скрипачка, приглашённая на его праздник.
Один взгляд и шесть лет порознь вынуждают израненные сердца кровоточить. Они не забыли, не смогли.
И теперь Халид предлагает сделку: безопасность и решение всех проблем Лизы в обмен на место в его золотой клетке.
Место второй жены. Для своей первой и единственной любви.
Эта история о том, как пылкость, эго и всепоглощающая ревность, могут сжечь дотла ту самую настоящую, чистую и искреннюю любовь, о которой мы все так мечтаем.
Иду по коридору женской консультации. Как же меняется восприятие мира, когда внутри тебя зарождается новая жизнь.
Сворачиваю к лестнице и замираю.
Мой муж стоит у окна в конце коридора, склонившись к телефону. Что он делает в женской консультации посреди рабочего дня?
— Маша? — увидев, идёт ко мне. — Ты что здесь делаешь?
— Я была на приёме. — Прижимаю папку крепче к груди. — А ты?
Он не отвечает. Смотрит на меня растерянным взглядом.
— Серёжа, что происходит?
— Поговорим дома.
Мы успеваем сделать три шага к лестнице, когда слышу за спиной голос:
— Сергей, нас уже вызывают!
Оборачиваюсь, Инга стоит у двери кабинета УЗИ. Вдова, друга Сергея, погибшего два года назад в аварии.
— Инга? — Мой голос звучит чужим.
— Маша, привет! Вот, пришли на УЗИ с Серёжей.
— Замолчи. — Голос Сергея падает как удар хлыста. — Иди в кабинет.
— Я беременна от Сергея. — Инга говорит это так, словно сообщает о погоде за окном. — Уже четыре месяца. Думала, он тебе давно сказал.
Сворачиваю к лестнице и замираю.
Мой муж стоит у окна в конце коридора, склонившись к телефону. Что он делает в женской консультации посреди рабочего дня?
— Маша? — увидев, идёт ко мне. — Ты что здесь делаешь?
— Я была на приёме. — Прижимаю папку крепче к груди. — А ты?
Он не отвечает. Смотрит на меня растерянным взглядом.
— Серёжа, что происходит?
— Поговорим дома.
Мы успеваем сделать три шага к лестнице, когда слышу за спиной голос:
— Сергей, нас уже вызывают!
Оборачиваюсь, Инга стоит у двери кабинета УЗИ. Вдова, друга Сергея, погибшего два года назад в аварии.
— Инга? — Мой голос звучит чужим.
— Маша, привет! Вот, пришли на УЗИ с Серёжей.
— Замолчи. — Голос Сергея падает как удар хлыста. — Иди в кабинет.
— Я беременна от Сергея. — Инга говорит это так, словно сообщает о погоде за окном. — Уже четыре месяца. Думала, он тебе давно сказал.
— Теперь ты моя и живёшь там, где я сказал. Забудь о своей прошлой жизни, — жёстко выговаривает он.
Спина холодеет.
— Я просто ошиблась. Отпустите меня.
— Ошибки не отменяют последствий. Ты принадлежишь мне.
Подруга подставила меня, и я попала к очень опасному человеку, чьё имя в городе произносят шепотом. Он по щелчку пальца может уничтожить любого.
Теперь я принадлежу ему и живу в клетке, которую он называет защитой. Разумом я его ненавижу, но тело вспыхивает от его взгляда. Между нами нет места любви, есть только больная порочная тяга, замешанная на желании и страхе. И если я ее не прерву, она сожжёт меня дотла.
Спина холодеет.
— Я просто ошиблась. Отпустите меня.
— Ошибки не отменяют последствий. Ты принадлежишь мне.
Подруга подставила меня, и я попала к очень опасному человеку, чьё имя в городе произносят шепотом. Он по щелчку пальца может уничтожить любого.
Теперь я принадлежу ему и живу в клетке, которую он называет защитой. Разумом я его ненавижу, но тело вспыхивает от его взгляда. Между нами нет места любви, есть только больная порочная тяга, замешанная на желании и страхе. И если я ее не прерву, она сожжёт меня дотла.
Выберите полку для книги