Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

- Мам, ты не должна туда идти. Поехали со мной. У меня к тебе важный разговор.
Не понимаю, почему он не дает мне пройти.
- Захар, тебе известно, что твой отец изменяет?
Молчит, как партизан, но не позволяет обойти.
Перевожу взгляд на здание и через панорамное окно вижу, что внутри происходит.
Мой муж… Мой любимый… С блондинкой, которая повисла на его шее и расцеловывает его щеки.
- Кто тебя просил?! – обреченно произносит сын и хватается за голову. – Почему не сиделось дома?
Мало того, что муж изменил, так еще и ребенок предал…
Моя семья разрушена. Подаю на развод и не сообщаю мужу важную новость.

***
А спустя время он возвращается и заявляет:
- Я вернулся. Начнем все сначала. Вместе. Ты должна проявить мудрость, и создать комфортные условия… Для нас троих. Уверен, что у тебя получится.

- Можно спросить, кто здесь хозяин и, так называемый, отец этой девочки? - громко спрашивает незнакомка.
Алиса отклоняется, бросает на меня обиженный взгляд, ненавидящий на Аню и что-то шепчет девушке, указывая на меня пальцем.
Девушка тут же подходит ко мне, удобнее перехватывая Алису.
- Мне плевать, какое будет наказание, но я скажу вам в лицо, - говорит она дрожащим от злости голосом. - Вы - чудовище!
- Да как ты смеешь? - возмущается Аня. - Пошла вон.
- Только чудовище закроет собственного ребёнка в кладовой, чтобы спокойно развлекаться с гостями!

Полюбить того, чье сердце давно и бесповоротно отдано другой – та еще авантюра. Но когда я боялась трудностей? Излечить его сердце и стать для него броней, но только что насчет собственных чувств? Даже сильные воины порой вынуждены признавать поражение. И к концу битвы за его любовь я потеряла саму себя.

— Я всё виделa, — говорю я мужу. — Истории в соцсетях твоей любовницы, твое отражение в окне ресторана и твои часы. Как-то прокомментируешь это?
— Это не то, что ты думаешь, – начинает муж разговор со стандартной фразы.
— Серьёзно? — я усмехаюсь. — Тогда скажи, что это. Удиви меня.
Муж в ответ молчит.
— Сколько?
Он поднимает глаза.
— Что сколько?
— Сколько времени ты с ней спишь?

Одна свободная самодостаточная женщина после трудного рабочего дня мечтала о ванне с пеной и любимом сериале, но точно не о том, что придется беседовать с разъяренным отцом будущей невестки.

Один взрослый мужик, симпатичный, холостой, тоже не мечтал становиться дедом в столь раннем возрасте, когда ещё отцом не поздно быть. Хотя он сам не очень понимал, чего для счастья ему не хватает.

И вот встретились они, чтобы обсудить проблемы своих детей... А как бы своих не наворотили!

Или именно так и создаётся счастье?

— Ты ни на шаг ко мне не приблизишься после всего! — обвожу рукой в воздухе человека, делившего со мной жизнь: — Я ведь даже не знаю, какие заболевания ты можешь носить в себе…

Разглядываю его злое лицо. Выглядит комично, потому что он стоит лишь в обёрнутом на его бёдрах полотенце.

— Ну чего так долго, Свят… — из-за двери отельного номера в это время выглядывает блондинка в розовом кружевном белье.

Десять лет брака, совместный бизнес и отдельный скрытый счёт для любовницы. Моя жизнь в мгновение ока превратилась в кошмар.
И всё ради чего? Ради розового кружева?!

❤️Очень эмоционально
❤️ХЭ для всех достойных

— Как ты? — осторожно спрашивает Паша, появляясь на пороге и стягивая куртку.

Он жадно впитывает мою мимику, мои напряженные плечи, стиснутые кулаки. Молчит и садится за стол.

— Ты хотел назвать нашу дочь именем своей любовницы? — спрашиваю я, поражаясь тому, что не кричу.

С лица моего мужа тут же сходит всякая осторожность. Паша словно облегченно отбрасывает маску.

Я вижу его зубы, обнаженные кривой ухмылкой:

— Значит, вы, девочки, посекретничали? Много она тебе рассказала?

— Ты монстр.

— Ваша дочь, Демид Платонович, очень шустрый и любознательный ребенок. Малышка просто воспользовалась моментом. А я предотвратила беду. Ценой своего... э-э-э... достоинства.
Я смахнула с руки комок того самого вещества, ставшего причиной моего позора. Демид пристально вглядывался в мое лицо, пытаясь разглядеть его под слоем грязи и негодования.
Сердце колотилось где-то в горле. Узнал? Неужели узнал?
— Тётя Катя меня спасла! — влезла Света, обнимая мои заляпанные ноги. — Лошадка хотела наступить, а тётя Катя как прыгнет! Бух! И мы обе упали в кучку!
В кучку. Весьма поэтичное описание того ада, что тут творился минуту назад.
Пять лет назад он бросил меня, а теперь бывший мой новый босс. Он не узнаёт меня в запачканном комбинезоне и грозит уволить. Но на помощь приходит его маленькая дочь. Бывший предлагает стать её няней. Можно ли впустить в свою жизнь того, кто разбил мне сердце? И как устоять перед искренней привязанностью маленькой девочки?

❗МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА ДЛЯ САМЫХ ВЕРНЫХ ЧИТАТАТЕЛЕЙ
— Мы ждём ребенка, Слава, — шокирует меня сестра, прижимаясь к боку моего мужа. — Он всегда любил только меня, а ты была... Временной игрушкой!
— Ты три года, что мы были в браке, изменял мне с моей же сестрой? — обращаюсь к мужу.
Тянусь к животу, глажу. Пришла сообщить ему хорошую новость... А тут… любимый супруг в одной постели с моей сестрой.
— Я любил ее всю жизнь. И жениться хотел на ней, но мне не позволили, — со злой усмешкой отвечает Илья. — Со временем стало тебя жаль. Не смог развестись, терпел. Однако сейчас понимаю, что зря...
Все эти годы я шла против родителей, защищала мужа, хотя мне говорили, какой он подонок. Говорили, что он рано или поздно меня бросит, едва я стану не нужна ему. А я не верила...
Теперь наша компания на грани банкротства. У меня нет никого — я добровольно оттолкнула от себя всех, встав на сторону супруга. Который, как оказалось, изменял годами.

— Что ты хочешь? Чем мне тебе заплатить, чтобы ты приняла вторую жену?
— Жизнью, — говорю я и бессильно опускаюсь на стул. — Можешь?
Мотает головой и замолкает.
— Отмени эту свадьбу!
— Нет. Не могу. И не стану этого делать.
— Тогда, я развожусь с тобой, Рустам.
— Нет, — его голос хрустит. — Не будет развода.
— Будет, — повторяю. — Я развожусь с тобой Рустам!
Мы стоим друг напротив друга, как двое людей, которые одновременно хотят открыть одну и ту же дверь с разных сторон. Он делает шаг ближе по привычке сокращать дистанцию, когда разговор уходит в штопор.
— Лина, — низко, сдержанно. — Не делай глупостей. Успокойся. Завтра поговорим.
Я встаю, отодвигая стул.
Он усмехается углом рта — от нервов, не от уверенности.
— Ты не понимаешь. Развод — это позор. Это удар по детям. Родителям.
— Вот именно, — отвечаю. — Родители. У меня есть родители. И братья. Я уйду к ним.