Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
Пар над кедровой бочкой, в которой плещутся двое. Двери бани распахиваются настежь и полуголая девка в одних стрингах, болтая силиконовой грудью выскакивает и с визгом падает в небольшой бассейн с холодной водой.
— Майка, пошли к нам! — машет ей рукой вторая из бочки. — Тема подвинется, всем места хватит.
Смотреть, как муж млеет, прикрыв глаза и запрокинув голову от прикосновений этой... было физически больно… Почти так же отходил наркоз, после удаления аппендицита. По нарастающей.
Жанна хлопала глазами, будто попала в другое измерение. В одном жила Жанна с любимым мужем. В другом с любовницами отжигал ее законный супруг и его сослуживец Стасик Минин — бессовестный рыжий, который ей никогда не нравился
— Майка, пошли к нам! — машет ей рукой вторая из бочки. — Тема подвинется, всем места хватит.
Смотреть, как муж млеет, прикрыв глаза и запрокинув голову от прикосновений этой... было физически больно… Почти так же отходил наркоз, после удаления аппендицита. По нарастающей.
Жанна хлопала глазами, будто попала в другое измерение. В одном жила Жанна с любимым мужем. В другом с любовницами отжигал ее законный супруг и его сослуживец Стасик Минин — бессовестный рыжий, который ей никогда не нравился
Попав в жуткую аварию, я думал, что на этом все. Но жизнь преподнесла мне сюрприз. Я очнулся в теле двадцатипятилетнего монстра. У меня есть красавица-жена, которая до одури меня боится, маленькая дочь с потухшим взглядом и чужие, мрачные воспоминания о годах жестокости.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
Артём лишь кривит губы. Лезвие пару раз проходит по верёвке, полностью освобождая мои ноги. Хочу его пнуть, но он предусмотрительно пригвождает свободной рукой мои босые ступни к полу.
С верхней частью разбирается быстрее. Я мгновенно вскакиваю, но мужчина осаждает меня одним толчком. Затем упирается руками в подлокотники стула.
— Значит так, — хрипит. — Твой братец должен мне двести двадцать кусков.
Моргаю. Кусков – это тысяч? В рублях?
Взгляд напротив темнеет, опустившись на мою вздымающуюся грудь.
— Я уже придумал, как ты будешь расплачиваться, — вымораживает фразой.
С верхней частью разбирается быстрее. Я мгновенно вскакиваю, но мужчина осаждает меня одним толчком. Затем упирается руками в подлокотники стула.
— Значит так, — хрипит. — Твой братец должен мне двести двадцать кусков.
Моргаю. Кусков – это тысяч? В рублях?
Взгляд напротив темнеет, опустившись на мою вздымающуюся грудь.
— Я уже придумал, как ты будешь расплачиваться, — вымораживает фразой.
В доме Левицких новый повар. Слишком самостоятелен, слишком самоуверен, слишком хорош… и, кажется, совсем не боится папиной дочки.
Ксюша привыкла, что слуги потупляют взгляд.
А этот «орангутанг» смотрит в упор, позволяет себе «тыкать», грозится вылить суп на голову и… заставляет сердце биться чаще.
Она ещё устроит ему сладкую жизнь! Вот только почему при одной мысли о нём внутри всё переворачивается?
Григорий Казанцев устроился поваром в дом Левицких по заданию конторы. Алмазное дело со вкусом «Вишни в шоколаде» не даёт ему спать по ночам.
Вернее, спать ему не даёт стервозная дочурка главного подозреваемого. Она мешает сосредоточиться, сбивает дыхание и заставляет забывать о приказах.
Он умеет ставить на место таких принцесс.
Главное — не путать личное с профессиональным. Если это вообще возможно, когда между вами летят искры, а каждая ссора заканчивается желанием сорвать поцелуй.
Ксюша привыкла, что слуги потупляют взгляд.
А этот «орангутанг» смотрит в упор, позволяет себе «тыкать», грозится вылить суп на голову и… заставляет сердце биться чаще.
Она ещё устроит ему сладкую жизнь! Вот только почему при одной мысли о нём внутри всё переворачивается?
Григорий Казанцев устроился поваром в дом Левицких по заданию конторы. Алмазное дело со вкусом «Вишни в шоколаде» не даёт ему спать по ночам.
Вернее, спать ему не даёт стервозная дочурка главного подозреваемого. Она мешает сосредоточиться, сбивает дыхание и заставляет забывать о приказах.
Он умеет ставить на место таких принцесс.
Главное — не путать личное с профессиональным. Если это вообще возможно, когда между вами летят искры, а каждая ссора заканчивается желанием сорвать поцелуй.
– Зовите скорее Вертинского! Он точно ее спасет! Он ведь ее жених и у них скоро свадьба! – требует силиконовая девица, которая привезла свою подружку с лопнувшей грудью в нашу клинику.
Окей, я позову его. Потому что к нему у меня тоже вопросики!
Во-первых, почему его пациентка с осложнениями?
А во-вторых, как он собирается на ней жениться, если женат на мне?!..
Окей, я позову его. Потому что к нему у меня тоже вопросики!
Во-первых, почему его пациентка с осложнениями?
А во-вторых, как он собирается на ней жениться, если женат на мне?!..
— Я его видела, — сказала Катя. — Он был с женщиной.
Мир не перевернулся. Не потемнело в глазах. Не зазвенело в ушах. Ничего такого. Просто из меня как будто вытащили что-то — стержень, ось, ту штуку, которая держала всё вместе. И я стала пустой. Лёгкой. Невесомой. Я прислонилась к стене, потому что ноги вдруг стали ненадёжными.
— Ты… уверена?
— Марин, я уверена. Я стояла через дорогу, в кофейне. Они вышли из подъезда по тому адресу, что ты скинула. Он и она. Молодая, светлые волосы, длинное пальто. Они шли рядом, он обнимал её за плечо.
— Может, это коллега? — я услышала, как моя надежда скребётся тонким голоском, хватается за соломинку. — Может, они просто… У него же деловые контакты в Питере, может…
— Марин, — Катя сказала это мягко, но твёрдо. — Они целовались. Не в щёку. Я видела.
Мир не перевернулся. Не потемнело в глазах. Не зазвенело в ушах. Ничего такого. Просто из меня как будто вытащили что-то — стержень, ось, ту штуку, которая держала всё вместе. И я стала пустой. Лёгкой. Невесомой. Я прислонилась к стене, потому что ноги вдруг стали ненадёжными.
— Ты… уверена?
— Марин, я уверена. Я стояла через дорогу, в кофейне. Они вышли из подъезда по тому адресу, что ты скинула. Он и она. Молодая, светлые волосы, длинное пальто. Они шли рядом, он обнимал её за плечо.
— Может, это коллега? — я услышала, как моя надежда скребётся тонким голоском, хватается за соломинку. — Может, они просто… У него же деловые контакты в Питере, может…
— Марин, — Катя сказала это мягко, но твёрдо. — Они целовались. Не в щёку. Я видела.
— Как давно? — спрашиваю я. — Как давно ты спишь с моим мужем?
— Я... я не хотела... это вышло само...
— ОТВЕЧАЙ! — голос срывается, и я кричу. — КАК ДАВНО?!
Она вздрагивает, и из её глаз текут слёзы.
— Два года, — шепчет она. — Два года, Оль. Прости меня. Прости...
Два года лжи.
— Ты... ты приходила к нам домой. Ужинала с нами. Обнимала меня. Говорила, что любишь меня. Всё это время...
— Я люблю тебя! — она рыдает. — Я правда люблю! Я не хотела, клянусь! Но я... я влюбилась в него ещё тогда. Я пыталась забыть, пыталась! Но когда он... когда мы...
— Заткнись, — я встаю. Качаюсь. — Заткнись сейчас же.
— Оля, пожалуйста...
— ЗАТКНИСЬ!
Тишина. Только её всхлипывания.
***
Но то что произошло в следующую минуту, то что я увидела на фото. Разбило меня на тысячу осколков.
— Я... я не хотела... это вышло само...
— ОТВЕЧАЙ! — голос срывается, и я кричу. — КАК ДАВНО?!
Она вздрагивает, и из её глаз текут слёзы.
— Два года, — шепчет она. — Два года, Оль. Прости меня. Прости...
Два года лжи.
— Ты... ты приходила к нам домой. Ужинала с нами. Обнимала меня. Говорила, что любишь меня. Всё это время...
— Я люблю тебя! — она рыдает. — Я правда люблю! Я не хотела, клянусь! Но я... я влюбилась в него ещё тогда. Я пыталась забыть, пыталась! Но когда он... когда мы...
— Заткнись, — я встаю. Качаюсь. — Заткнись сейчас же.
— Оля, пожалуйста...
— ЗАТКНИСЬ!
Тишина. Только её всхлипывания.
***
Но то что произошло в следующую минуту, то что я увидела на фото. Разбило меня на тысячу осколков.
- Домой Наима сегодня не жди, - всматриваюсь в строчки на телефоне и смысл написанного не сразу до меня доходит. - Я вернулась и он сразу ко мне прибежал. Не веришь? Вот тебе в доказательство.
Крепкая фигура мужа, распластанная на широкой кровати, смотрелась просто шикарно. Голый по пояс, с этими его кубиками на плоском животе...
Мне хотелось завыть от боли!
Как же ты мог? Ты же мне вчера только в любви клялся... вот значит её цена?
С меня достаточно! Я слишком многим пожертвовала, чтобы с тобой рядом быть, многое списывала на кавказский менталитет, но измену я списать никогда не смогу.
Амина твоя вернулась? Так ты совершенно свободен, я тебя ей отдаю!
- Отец, - сбрасываю сообщение и набираю номер отчего дома. - Я возвращаюсь в Москву!
Хорошо, что порадовать новостью мужа не успела..., недостоин ты её услышать, без тебя обойдёмся!
Крепкая фигура мужа, распластанная на широкой кровати, смотрелась просто шикарно. Голый по пояс, с этими его кубиками на плоском животе...
Мне хотелось завыть от боли!
Как же ты мог? Ты же мне вчера только в любви клялся... вот значит её цена?
С меня достаточно! Я слишком многим пожертвовала, чтобы с тобой рядом быть, многое списывала на кавказский менталитет, но измену я списать никогда не смогу.
Амина твоя вернулась? Так ты совершенно свободен, я тебя ей отдаю!
- Отец, - сбрасываю сообщение и набираю номер отчего дома. - Я возвращаюсь в Москву!
Хорошо, что порадовать новостью мужа не успела..., недостоин ты её услышать, без тебя обойдёмся!
🧡🤍🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🤍🧡
«Твой муж ждёт ребёнка от меня».
Любовница мужа пришла на день рождения моей пятилетней дочери. В красном платье. С улыбкой победительницы.
Варя хлопает в ладоши, потому что не понимает. А я понимаю всё. Как он врал. Как пропадал по ночам. Как я верила каждой его дурацкой причине.
Она смотрит на меня сверху вниз и даже не шепчет — говорит в полный голос, чтобы все слышали:
— Он выбрал меня.
Стою посреди зала с шоколадным тортом и чувствую, как земля уходит из-под ног. А он даже не пришёл защитить меня. Он даже не пришёл защитить нашу дочь.
Я думала, что хуже предательства быть не может, но ошибалась. Самое страшное начинается сейчас, когда рушится всё, чему верила.
«Твой муж ждёт ребёнка от меня».
Любовница мужа пришла на день рождения моей пятилетней дочери. В красном платье. С улыбкой победительницы.
Варя хлопает в ладоши, потому что не понимает. А я понимаю всё. Как он врал. Как пропадал по ночам. Как я верила каждой его дурацкой причине.
Она смотрит на меня сверху вниз и даже не шепчет — говорит в полный голос, чтобы все слышали:
— Он выбрал меня.
Стою посреди зала с шоколадным тортом и чувствую, как земля уходит из-под ног. А он даже не пришёл защитить меня. Он даже не пришёл защитить нашу дочь.
Я думала, что хуже предательства быть не может, но ошибалась. Самое страшное начинается сейчас, когда рушится всё, чему верила.
Попав в жуткую аварию, я думал, что на этом все. Но жизнь преподнесла мне сюрприз. Я очнулся в теле двадцатипятилетнего монстра. У меня есть красавица-жена, которая до одури меня боится, маленькая дочь с потухшим взглядом и чужие, мрачные воспоминания о годах жестокости.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги