Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»

— Что ты хочешь услышать?
— Правду.
— Правду ты видела своими глазами, — говорит он. — Час назад. Что-то ещё?
Пол уходит из-под ног.
— Пятнадцать лет, — говорю я. — И ты даже не оправдываешься?
— Оправдываются те, кто рассчитывает на прощение.
Я держусь за спинку стула, как старуха.
— Собирай её вещи. Сегодня.
— Собери, если хочешь. — Он смотрит на часы. — Только имей в виду: дом оформлен на меня.
— Ты меня выгоняешь?
— Я тебя предупреждаю. Разница есть.
Он идёт к лестнице. На третьей ступеньке останавливается. Не оборачиваясь.
— И ещё. Она останется. Ей некуда идти.

— Привет, Трофим. Ты занят?
— Уже нет. Что случилось?
На том конце повисает пауза. Я останавливаюсь у панорамного окна. Внизу Москва живёт своей привычной жизнью.
— Слушай, у меня к тебе странный вопрос, — наконец говорит Алексей.
— Ты звонишь мне из-за странного вопроса?
— Именно.
— Тогда задавай. — Усмехаюсь, хотя в его голосе не слышу ни капли веселья. Алексей снова замолкает, явно подбирает слова. Не знает, с чего начать.
— У тебя, случайно, нет сына-первоклашки?
— Что?.. — Я спрашиваю, у тебя нет сына семи-восьми лет?
В коридоре открывается дверь. Моя помощница что-то говорит сотруднику, но я не разбираю слов.
— С чего ты взял, что у меня есть сын?
— В мою футбольную секцию записали мальчика семи лет. Ивана Вавилова.
Фамилия ударяет сильнее, чем сам вопрос. Вавилов… Закрываю глаза.

Дверь открывается и в аудиторию входит он, наш новый препод.
Становится очень тихо.
Все студенты, затаив дыхание рассматривают того, о ком уже с неделю ходят слухи, разжигающие любопытство всей женской половины института.
Успешный бизнесмен, сын олигарха, завидный холостяк, красавец – мужчина.
Отрываю взгляд от планшета, и едва успеваю подавить крик возмущения.
О, нет! Только не он! Этого гада итак слишком много в моей жизни.
Он – брат мужа моей любимой сестрёнки Вирджинии.
Он - заместитель генерального директора в компании, где я работаю.
Но, главное, он – хам, пошляк и циничный мерзавец, от которого я всеми силами стараюсь держаться подальше.
- Меня зовут Филипп Романович Сафронов. Два раза в неделю я буду вести у вас спецкурс по оперативному маркетингу. – он обводит взглядом аудиторию, на пару секунд дольше задерживается на моей скромной персоне.
– Есть вопросы? – спрашивает, глядя на меня в упор.

Я немного успокоилась и приняла решение. Я сейчас зайду в дом, и сама всё увижу.
— Кто там? — услышала я женский голос.
Мне открыла молодая девушка. Совсем молодая.
— А чего ты пришла сегодня?
— В смысле? — я просто опешила.
— По телефону мы договорились с тобой, что ты придёшь завтра в десять часов, разве не так? Ладно, — смилостивилась она, — пойдём покажу тебе кухню.
— Ксенечка, кто там? — раздался со второго этажа голос моего мужа.
— Прислуга пришла, всё перепутала и пришла сегодня. Сейчас пять минут, я ей всё покажу и приду.
— Скажи-ка мне, Ксения, а ты живёшь здесь с мужем? — прервала я поток её слов.
— Да, с мужем, а какое тебе дело, с кем я здесь живу? И потом, чего это ты мне тыкаешь?
— Так вроде ты первая начала тыкать.
— Нина! Я — хозяйка, ты — прислуга. Поэтому ко мне только на «вы», это не обсуждается. Если что-то не устраивает — пошла вон отсюда! Быдло деревенское!
— Проблема в том, дорогуша, что я не Нина. Я — Людмила Евсеева. Жена твоего мужа, так сказать.

Верейский стоял прямо передо нами, тяжело дыша. Видимо, бежал, несмотря на свое ранение.
Я видела, как его глаза расширились. Он перевел взгляд с меня на нашу дочь, и на его лице отразился такой шок, будто ему на голову обрушилось стеклянное здание его собственного завода.
— Марина... — выдохнул он. — Я ничего не понимаю… Это?
Он протянул руку, словно хотел коснуться Ксюши, но я сделала резкий шаг вперед, загораживая дочь. Адреналин бурлил в крови, страх и гнев затуманили разум.
— Стоять, — сказала я ледяным тоном, каким никогда не разговаривала с Ксюшей. — Ты не имеешь права со мной разговаривать, Арсений. Не смей смотреть на мою дочь! Иди, лечи свои раны, спасай свой завод. Нас для тебя не существует! Это понятно?

— Слушай меня. Ты станешь моей второй женой, но только на бумаге. Ты будешь жить в дальнем крыле, не пересекаться со мной, не мозолить глаза. Ты — тень, приданое, статус. Ничего больше. Я не буду к тебе прикасаться. Не жди тепла, не жди внимания. Ты здесь, чтобы молчать и не мешать.
Она поднимает глаза. Эти синие, ясные, как небо после дождя. И я чувствую, как внутри что-то ломается.
— Я поняла, Расул. Я не буду тебе мешать. Ты даёшь мне кров и крышу — этого достаточно.
Её голос это музыка. Я хочу слышать его снова. Её глаза пропасть, в которую я уже падаю. Почему она такая спокойная? Почему она не дрожит? Все дрожат передо мной. А она — нет.
— Хорошо. И помни: никаких слёз, никаких просьб ты пустое место!
— Пустое место? — она улыбается, и эта улыбка обжигает. — Но ты смотришь на меня так, будто я целая вселенная.
Я вздрагиваю. Она видит меня насквозь. Это опасно. Это манит. Я разворачиваюсь и выхожу, но её взгляд остаётся во мне, впивается в кожу.

— Знаешь сколько у меня таких, как ты, походно-полевых жен? — рявкает муж. — Одной меньше, одной больше — не беда…
— То есть тот факт, что мы с тобой женаты и венчаны, для тебя ничего не значит? Ты всегда планировал мне изменять?
Слава смотрит на меня как на маленькую несмышленую девочку.
— Я атеист, — фыркает он. — Каким-то образом мне же нужно было тебя в постель затащить, вот я и решил тебя уважить, раз ты по-другому не поддавалась… все ломалась и ломалась. Слишком уж ты строптивой святошей оказалась, вот я и сделал тебя законной женой. Решил напоследок попробовать тебя, прежде чем в Москву вернуться.

В Москву он вернулся сразу же после того, как наша бурная, хоть и недолгая семейная жизнь закончилась.
Вот только спустя два года меня судьба-злодейка привела туда же, чтобы я нашла Славу.

— Ты проиграл деньги на операцию Тёмы? В автоматы? — мой голос опустился до шепота, я едва удерживала равновесие.
Вадим молчал, забившись в угол у шторы. Я ткнула экраном разбитого телефона ему почти в лицо, сорвавшись на дикий хрип:
— А это что?! Сто восемьдесят тысяч! Отель! С кем ты там был, тварь?! С кем ты был, пока я здесь задыхалась от слез?!
У него сдали тормоза. Вадим грубо рванул телефон из моих рук, швырнул его в стену и заорал мне прямо в лицо, брызгая слюной:
— Да! Да, денег нет! Проиграл до копейки! А знаешь почему?! Потому что ты не баба, ты ходячий труп в грязном халате! У меня женщина есть! Слышишь?! Карина! Нормальная, молодая, красивая девка! Я взял сначала часть денег на отель, чтобы просто выдохнуть с ней! А в слоты полез, чтобы отыграть обратно, пока ты не полезла со своими проверками! Не получилось! Поняла?!
«Накопительный счет "Тёма". Баланс: 432 рубля».
Эти ледяные цифры лишили меня возможности дышать. Денег на срочную операцию сына больше не существовало

Чтобы изменять жене-врачу, нужно быть или безумно храбрым, или просто безумным.
Интересно, к какой из этих категорий относится мой муж?
Неожиданное возвращение домой таит в себе много сюрпризов и начало моей новой жизни.
Вот только, чтобы начать что-то новое, нужно хорошенько избавиться от старого и сделать так, чтобы оно - а в моем случае он - никогда не возвращалось.
Изменил? Я найду способ тебе отомстить! И даже не один. И не два.
И начну я с трехочкового в твою глупую голову. Лови, любимый!

— Я хочу, чтобы вы оба понимали, — говорит отец. Ровно, как диктует диагноз. — Того, что было раньше, больше не будет. Раньше нас было двое: я знал, он молчал. Это была простая конструкция. Теперь нас трое, и один из троих — моя дочь.
— Я не «один из троих», пап. Я сама выбрала.
— Я помню. Я был при этом. — Он смотрит на неё. — Я говорю о другом. Назад дороги нет. Ни для кого. Нельзя узнать половину и выйти. Нельзя узнать всё — и жить, как раньше. Что бы он ни попросил завтра — платить будем втроём. Не потому, что я так решил. Потому что так теперь устроено.
— Значит, будем платить втроём, — говорит Макс.
— Тебя это не пугает?
— Меня это устраивает. Главное, что мы вместе.