Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Она подняла чужой веер — и подписала себе приговор.
Тайник в слоновой кости. Записка, написанная рукой императрицы. Шифр, который невозможно развидеть.
Анна Вельяминова — никто. Бедная фрейлина с острым умом и опасным любопытством. Она должна была пройти мимо. Должна была забыть. Должна была жить.
Теперь она знает то, за что убивают.
Наследник Российской империи — самозванец. Доказательство — у неё в руках. И три самых опасных человека страны уже знают об этом.
Екатерина Великая хочет её преданности.
Потёмкин хочет документы.
Фаворит Ланской хочет... её.
До Рождества — три дня. До разоблачения — один неверный шаг. До смерти — возможно, несколько часов.
Бежать некуда. Молчать поздно. Остаётся одно — играть.
Вот только при дворе Екатерины пешки не становятся ферзями.
Они становятся жертвами.
...Или нет?
Тайник в слоновой кости. Записка, написанная рукой императрицы. Шифр, который невозможно развидеть.
Анна Вельяминова — никто. Бедная фрейлина с острым умом и опасным любопытством. Она должна была пройти мимо. Должна была забыть. Должна была жить.
Теперь она знает то, за что убивают.
Наследник Российской империи — самозванец. Доказательство — у неё в руках. И три самых опасных человека страны уже знают об этом.
Екатерина Великая хочет её преданности.
Потёмкин хочет документы.
Фаворит Ланской хочет... её.
До Рождества — три дня. До разоблачения — один неверный шаг. До смерти — возможно, несколько часов.
Бежать некуда. Молчать поздно. Остаётся одно — играть.
Вот только при дворе Екатерины пешки не становятся ферзями.
Они становятся жертвами.
...Или нет?
Всё изменилось в один миг. Обычная прогулка в парке, спящий в коляске сын — и муж, который должен быть в командировке. Я увидела его с другой женщиной и маленьким мальчиком, который кричал ему «Папа!».
В этот миг мой мир рухнул. Вадим что-то кричал, пытался что-то объяснить, но слова уже ничего не значили. Я развернулась и пошла прочь, везя коляску с сыном, который даже не подозревал, что его отец только что разбил нашу жизнь на осколки.
В этот миг мой мир рухнул. Вадим что-то кричал, пытался что-то объяснить, но слова уже ничего не значили. Я развернулась и пошла прочь, везя коляску с сыном, который даже не подозревал, что его отец только что разбил нашу жизнь на осколки.
Ему восемнадцать. Он красив, дерзок и привык получать то, что хочет. В его мире есть только спорт, учеба и… она.
Ей тридцать пять. Она знает цену своим принципам и старается не замечать пылающий взгляд племянника ее подруги. Он всего лишь мальчишка. Опасный, настойчивый мальчишка с телом взрослого мужчины и уверенностью, от которой кружится голова.
Он не верит в слово «нет». Его игра — соблазн. Ее защита — холодность. Но однажды граница между «нельзя» и «невозможно устоять» стирается в одном прикосновении. Что сильнее: голос разума или властный шепот юного бунтаря, который решил, что она будет его?
Ей тридцать пять. Она знает цену своим принципам и старается не замечать пылающий взгляд племянника ее подруги. Он всего лишь мальчишка. Опасный, настойчивый мальчишка с телом взрослого мужчины и уверенностью, от которой кружится голова.
Он не верит в слово «нет». Его игра — соблазн. Ее защита — холодность. Но однажды граница между «нельзя» и «невозможно устоять» стирается в одном прикосновении. Что сильнее: голос разума или властный шепот юного бунтаря, который решил, что она будет его?
Молодая и дерзкая модель Анна, уставшая от фальшивого мира высокой моды, получает необычное предложение. Её нанимают не для того, чтобы улыбаться камерам, а для того, чтобы играть роль «провокации». Её цель — своим острым нравом и непокорностью вывести из равновесия могущественного шейха Карима, холодного и безупречного дельца, прозванного «Льдом пустыни».
Контракт обещает баснословное вознаграждение, но требует абсолютного подчинения строгим правилам и традициям восточного эмирата.
Первая же встреча превращается в противостояние двух сильных личностей. Однако за масками власти и независимости начинают проступать иные черты. Временное перемирие, опасное сближение и искра взаимопонимания угрожают разрушить все планы. Анне предстоит сделать выбор между финансовой свободой и личной, а шейху Кариму — между долгом, навязанным традициями, и тем живым вызовом, который ворвался в его идеально выстроенный мир вместе со строптивой моделью.
Контракт обещает баснословное вознаграждение, но требует абсолютного подчинения строгим правилам и традициям восточного эмирата.
Первая же встреча превращается в противостояние двух сильных личностей. Однако за масками власти и независимости начинают проступать иные черты. Временное перемирие, опасное сближение и искра взаимопонимания угрожают разрушить все планы. Анне предстоит сделать выбор между финансовой свободой и личной, а шейху Кариму — между долгом, навязанным традициями, и тем живым вызовом, который ворвался в его идеально выстроенный мир вместе со строптивой моделью.
Что может быть чудеснее встречи Нового года в отпуске в красивом отеле, расположенном на вершине гор? Особенно, если об этом ты давно мечтал. Может быть, неожиданное знакомство, которое в твои планы совершенно не входило?
Вынужденные встречать Новый год вместе два абсолютно чужих человека, волею судьбы (или её ошибкой) заселённые в один номер, ещё не способны осознать, что это их самый щедрый от неё подарок. Маленькое новогоднее чудо, соединившее два одиноких сердца в снежном танце под бой курантов.
Вынужденные встречать Новый год вместе два абсолютно чужих человека, волею судьбы (или её ошибкой) заселённые в один номер, ещё не способны осознать, что это их самый щедрый от неё подарок. Маленькое новогоднее чудо, соединившее два одиноких сердца в снежном танце под бой курантов.
Добрая, смешная и трогательная история о том, как самые неожиданные повороты судьбы приводят нас туда, где мы по-настоящему дома.
У Степана не было планов жениться и заводить детей. Пока в один день он не стал отцом четырёхлетнего Лёвы. С этого момента жизнь пошла под откос: рыбные палочки, детские истерики, борьба с мебелью из Икеи и абсолютное, оглушительное счастье.
А Лёва, в свою очередь, не стал спрашивать разрешения и нашёл им идеальную жену и маму , их участкового врача.
Как объяснить ребёнку, что любовь — это не диагноз и врачи на дом так не вызываются? И как понять самому, что из самого страшного кошмара может вырасти самое большое в мире счастье?
У Степана не было планов жениться и заводить детей. Пока в один день он не стал отцом четырёхлетнего Лёвы. С этого момента жизнь пошла под откос: рыбные палочки, детские истерики, борьба с мебелью из Икеи и абсолютное, оглушительное счастье.
А Лёва, в свою очередь, не стал спрашивать разрешения и нашёл им идеальную жену и маму , их участкового врача.
Как объяснить ребёнку, что любовь — это не диагноз и врачи на дом так не вызываются? И как понять самому, что из самого страшного кошмара может вырасти самое большое в мире счастье?
– привет, моя хорошая! Как же ты выросла, сама в столицу уже едешь, а чего мне сразу не сказала?! – с укором но шутливо нахмурилась она.
– я бы сказала, как приехала – пожимаю плечами и виновато улыбаюсь.
– квартиру нашли уже? – тетя помешивает что-то в белой кружке и отпивает.
– да какая нам квартира в столице то, Тань! Скажешь тоже – машет рукой мама.
– не поняла, а где? Куда? – у тёти вытянулось лицо в изумление.
– общежитие пока, а там видно будет, может подрабатывать где нибудь смогу – отвечаю сама.
– общага?! Да ни за что! Аня, ты слышишь меня?! Совсем с ума обе сошли, к тараканам жить. Рядом с институтом квартира моего сына, сейчас позвоню и решу этот вопрос – воинственно возмущается.
– я бы сказала, как приехала – пожимаю плечами и виновато улыбаюсь.
– квартиру нашли уже? – тетя помешивает что-то в белой кружке и отпивает.
– да какая нам квартира в столице то, Тань! Скажешь тоже – машет рукой мама.
– не поняла, а где? Куда? – у тёти вытянулось лицо в изумление.
– общежитие пока, а там видно будет, может подрабатывать где нибудь смогу – отвечаю сама.
– общага?! Да ни за что! Аня, ты слышишь меня?! Совсем с ума обе сошли, к тараканам жить. Рядом с институтом квартира моего сына, сейчас позвоню и решу этот вопрос – воинственно возмущается.
— Ты себя в зеркало видела? — голос мужа сочится ядом. — Кому ты нужна с таким «багажом»? Жирная, клуша с прицепом. Я ухожу к Кристине. Она хотя бы следит за собой.
Он выставил меня за дверь в годовщину нашей свадьбы. Без денег. Без работы. С пятилетним сыном на руках.
Я думала, это конец. Но судьба решила иначе.
Чтобы выжить, я устроилась поваром в дом к его злейшему врагу.
Демьян Яров — миллиардер, циник и «Танк», которого боится весь город. Ему плевать на чувства, ему нужна фиктивная жена для имиджа семейного человека.
Идеальная кандидатура? Я.
«Тихая, домашняя, с ребенком. То, что надо для прессы, — сказал он, подписывая чек. — Не вздумай в меня влюбиться, Соколова. Ты не в моем вкусе».
Он соврал.
Потому что теперь он смотрит на меня так, словно я — единственная женщина на Земле. И этот взгляд обещает мне не только защиту, но и сладкую, горячую месть моему бывшему...
**В тексте есть:**
#властный герой
#героиня пышка
#ребенок
#фиктивный брак
#развод
#ХЭ
Он выставил меня за дверь в годовщину нашей свадьбы. Без денег. Без работы. С пятилетним сыном на руках.
Я думала, это конец. Но судьба решила иначе.
Чтобы выжить, я устроилась поваром в дом к его злейшему врагу.
Демьян Яров — миллиардер, циник и «Танк», которого боится весь город. Ему плевать на чувства, ему нужна фиктивная жена для имиджа семейного человека.
Идеальная кандидатура? Я.
«Тихая, домашняя, с ребенком. То, что надо для прессы, — сказал он, подписывая чек. — Не вздумай в меня влюбиться, Соколова. Ты не в моем вкусе».
Он соврал.
Потому что теперь он смотрит на меня так, словно я — единственная женщина на Земле. И этот взгляд обещает мне не только защиту, но и сладкую, горячую месть моему бывшему...
**В тексте есть:**
#властный герой
#героиня пышка
#ребенок
#фиктивный брак
#развод
#ХЭ
- Ты обманула, Ульяна! - Чехов наступает на меня. Ловит за руку, заставляет смотреть ему в глаза и чувствовать стыд.
- Чех, я объясню свой поступок. Это всё из-за диагноза, который мне поставили врачи.
- Не хочу ничего слушать, - в серых глазах застывает мгла и боль.
На дежурстве в больнице я познакомилась с импозантным мужчиной, между нами завязался роман. У меня была веская причина для этой связи, но брат жены любовника поклялся разлучить нас и отомстить мне, он хочет, чтобы я расплатилась за своё желание иметь ребёнка.
Она - Ульяна Ласкина, он - Александр Чехов, они - врачи, спасающие чужие жизни каждый день, но при этом не могут разобраться в своих. Между ними Громов Влад, тайны и сложные отношения.
- Чех, я объясню свой поступок. Это всё из-за диагноза, который мне поставили врачи.
- Не хочу ничего слушать, - в серых глазах застывает мгла и боль.
На дежурстве в больнице я познакомилась с импозантным мужчиной, между нами завязался роман. У меня была веская причина для этой связи, но брат жены любовника поклялся разлучить нас и отомстить мне, он хочет, чтобы я расплатилась за своё желание иметь ребёнка.
Она - Ульяна Ласкина, он - Александр Чехов, они - врачи, спасающие чужие жизни каждый день, но при этом не могут разобраться в своих. Между ними Громов Влад, тайны и сложные отношения.
— Подожди! — окликнул муж. — Дай я объясню!
— Да? — кивнула я. — Мне даже почти интересно, как такое вообще возможно объяснить. Мы что, в Дубае? Или, может, ты арабский шейх?
Он нахмурился.
— Причем тут это?
— Ты завел любовницу. Заделал ей детей. Потом назвал их «второй семьей». А теперь не понимаешь, причем тут это?
— Я не мог их бросить! Это мои дети!
— А я кто? — спросила я тихо. — Временный проект? Кредитный партнер? Копилка, из которой можно вытянуть последние сбережения? Просто терпила?
У моего мужа оказалась вторая семья.
Дом. Любовница. Близнецы.
А еще кредиты, оформленные на меня, которые он отказывается платить.
Я больше не верю в идеальные браки. И не верю в «терпеть ради семьи». Зато теперь я точно знаю: после предательства жизнь не заканчивается. Она только начинается.
Счастливая. Настоящая. Моя.
— Да? — кивнула я. — Мне даже почти интересно, как такое вообще возможно объяснить. Мы что, в Дубае? Или, может, ты арабский шейх?
Он нахмурился.
— Причем тут это?
— Ты завел любовницу. Заделал ей детей. Потом назвал их «второй семьей». А теперь не понимаешь, причем тут это?
— Я не мог их бросить! Это мои дети!
— А я кто? — спросила я тихо. — Временный проект? Кредитный партнер? Копилка, из которой можно вытянуть последние сбережения? Просто терпила?
У моего мужа оказалась вторая семья.
Дом. Любовница. Близнецы.
А еще кредиты, оформленные на меня, которые он отказывается платить.
Я больше не верю в идеальные браки. И не верю в «терпеть ради семьи». Зато теперь я точно знаю: после предательства жизнь не заканчивается. Она только начинается.
Счастливая. Настоящая. Моя.
Выберите полку для книги