Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
🩵🤍🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🤍🩵
— Марьяна, — говорит он, и впервые я слышу в его голосе то, чего никогда раньше не слышала. — Сколько ей лет?
Я молчу.
— Сколько ей лет? — повторяет, и в голосе уже только сталь.
— Не твоё дело.
— Марьяна.
— Не. Твоё. Дело.
Он делает ещё один шаг ко мне. Теперь между нами — меньше полуметра.
Я чувствую запах его одеколона, того самого, который он носил и тогда, шесть лет назад, — дорогого, терпкого, с нотой чего-то дымного.
От этого запаха у меня темнеет в глазах.
— Мне пять лет и три месяца, — звонко сообщает Аля из травы. — А тебе сколько?
Он не отрывает от меня взгляда.
— Мне тридцать семь, — говорит он ей, а смотрит на меня, как целится. — И у меня, кажется, только что появилась дочь, о которой мне никто не сказал.
— Марьяна, — говорит он, и впервые я слышу в его голосе то, чего никогда раньше не слышала. — Сколько ей лет?
Я молчу.
— Сколько ей лет? — повторяет, и в голосе уже только сталь.
— Не твоё дело.
— Марьяна.
— Не. Твоё. Дело.
Он делает ещё один шаг ко мне. Теперь между нами — меньше полуметра.
Я чувствую запах его одеколона, того самого, который он носил и тогда, шесть лет назад, — дорогого, терпкого, с нотой чего-то дымного.
От этого запаха у меня темнеет в глазах.
— Мне пять лет и три месяца, — звонко сообщает Аля из травы. — А тебе сколько?
Он не отрывает от меня взгляда.
— Мне тридцать семь, — говорит он ей, а смотрит на меня, как целится. — И у меня, кажется, только что появилась дочь, о которой мне никто не сказал.
— Ты обещал, что разведёшься…
— Ирина… у меня семья.
В сорок пять лет я впервые позволила себе поверить в сказку. Курортная Турция, ласковое море и роскошный мужчина, который смотрел на меня так, будто я снова молода и желанна. Мехмет был старше, богат, внимателен и слишком красиво говорил о любви.
Только у этой сказки быстро обнаружилась горькая изнанка — законная жена, дети и внуки. В его жизни для меня нашлось место лишь рядом, но никогда — вместо.
Это моя история о поздней любви, восточной страсти и опасных иллюзиях, которые сначала подарили мне крылья, а потом жестоко разбили сердце.
— Ирина… у меня семья.
В сорок пять лет я впервые позволила себе поверить в сказку. Курортная Турция, ласковое море и роскошный мужчина, который смотрел на меня так, будто я снова молода и желанна. Мехмет был старше, богат, внимателен и слишком красиво говорил о любви.
Только у этой сказки быстро обнаружилась горькая изнанка — законная жена, дети и внуки. В его жизни для меня нашлось место лишь рядом, но никогда — вместо.
Это моя история о поздней любви, восточной страсти и опасных иллюзиях, которые сначала подарили мне крылья, а потом жестоко разбили сердце.
Я нажимаю на звонок, и дверь мне открывает Ира — моя лучшая подружка. Она стоит передо мной со спущенным красным халатом.
— Эльза?! Что ты здесь делаешь?
— Я к тебе в гости.
Она загораживает проход, но я все равно захожу в прихожую и вижу мужские туфли. Туфли моего мужа.
— У тебя гости?
— Нет. Это знакомый забыл.
Из спальни голос:
— Ира, кто там? Долго ты еще?
Голос моего мужа.
— Эльза, это не то, что ты думаешь!
Я вырываю руку и толкаю дверь спальни. На кровати с алым покрывалом, среди лепестков роз, лежит Аркадий. В расстегнутой рубашке.
— Хорошая у тебя встреча с поставщиками…
Он вскакивает, пытается натянуть штаны.
— Что ты делаешь в постели моей лучшей подруги без штанов? Ты снял ей квартиру на наши деньги. Даришь браслеты. Переводишь двести тысяч.
— Эльза…
— Двадцать лет, — говорю я тихо. — Двадцать лет я называла тебя подругой. И все эти двадцать лет ты мне врала.
Я отвешиваю ей пощечину и готовлю месть высшей пробы…
Полный текст 🌹
— Эльза?! Что ты здесь делаешь?
— Я к тебе в гости.
Она загораживает проход, но я все равно захожу в прихожую и вижу мужские туфли. Туфли моего мужа.
— У тебя гости?
— Нет. Это знакомый забыл.
Из спальни голос:
— Ира, кто там? Долго ты еще?
Голос моего мужа.
— Эльза, это не то, что ты думаешь!
Я вырываю руку и толкаю дверь спальни. На кровати с алым покрывалом, среди лепестков роз, лежит Аркадий. В расстегнутой рубашке.
— Хорошая у тебя встреча с поставщиками…
Он вскакивает, пытается натянуть штаны.
— Что ты делаешь в постели моей лучшей подруги без штанов? Ты снял ей квартиру на наши деньги. Даришь браслеты. Переводишь двести тысяч.
— Эльза…
— Двадцать лет, — говорю я тихо. — Двадцать лет я называла тебя подругой. И все эти двадцать лет ты мне врала.
Я отвешиваю ей пощечину и готовлю месть высшей пробы…
Полный текст 🌹
— И что? Ты рылась в моих вещах? — муж смотрел на меня с легким раздражением.
На полированном мраморе стола лежала фотография, которую я только что проявила в своей студии.
На ней — моя двоюродная племянница. В нашей спальне. В моем любимом шелковом халате. А рука моего мужа на этом снимке тянется к ее бедру.
— Я привела ее к тебе на работу. А ты привел ее в наш дом. В нашу постель.
— Не делай из мухи слона, мы взрослые люди, — сказал он мне прямо в глаза, даже не попытавшись оправдаться.
— Были другие?
Мой брак оказался фальшивой декорацией.
В ту же ночь я забрала дочь и всё, что считала своим. Уехала в никуда. Я думала, что самое страшное позади. Но спустя время бывший муж снова появился на пороге моей новой жизни.
— Я эти пять месяцев не жил без вас. Я просто существовал. Алисе нужен отец, поддержка, — он давит на материнские чувства, манипулирует ребенком и тянет меня обратно.
Но за его бархатным голосом скрывается что-то еще.
На полированном мраморе стола лежала фотография, которую я только что проявила в своей студии.
На ней — моя двоюродная племянница. В нашей спальне. В моем любимом шелковом халате. А рука моего мужа на этом снимке тянется к ее бедру.
— Я привела ее к тебе на работу. А ты привел ее в наш дом. В нашу постель.
— Не делай из мухи слона, мы взрослые люди, — сказал он мне прямо в глаза, даже не попытавшись оправдаться.
— Были другие?
Мой брак оказался фальшивой декорацией.
В ту же ночь я забрала дочь и всё, что считала своим. Уехала в никуда. Я думала, что самое страшное позади. Но спустя время бывший муж снова появился на пороге моей новой жизни.
— Я эти пять месяцев не жил без вас. Я просто существовал. Алисе нужен отец, поддержка, — он давит на материнские чувства, манипулирует ребенком и тянет меня обратно.
Но за его бархатным голосом скрывается что-то еще.
Какие отцы получаются из бывших военных?
Пробуждение в пять утра и зарядка? А если идеальные косички и круассан с какао? Царевны достойны самого лучшего!
А мама? Можно и без неё. Хотя... Если вон та, в костюме Цыпы.
- Привет! Я ваша Наташа. Возьмете меня в мамы?
***
Мне почти удалось пробежать незамеченной, но я случайно коснулась фуршетного столика, и все полетело на землю.
С дальнего конца лужайки Алла Викторовна начала медленно оборачиваться на звук.
Я мысленно попрощалась с заработанными сегодня деньгами.
Как вдруг один из гостей перехватил меня за талию и поцеловал.
Прямо в губы! Нахал!
- Дорогая, что ты творишь? – медовым голоском спросил он. – Я же говорил: пора тебе отдыхать. Подумай о нашем малыше.
Пробуждение в пять утра и зарядка? А если идеальные косички и круассан с какао? Царевны достойны самого лучшего!
А мама? Можно и без неё. Хотя... Если вон та, в костюме Цыпы.
- Привет! Я ваша Наташа. Возьмете меня в мамы?
***
Мне почти удалось пробежать незамеченной, но я случайно коснулась фуршетного столика, и все полетело на землю.
С дальнего конца лужайки Алла Викторовна начала медленно оборачиваться на звук.
Я мысленно попрощалась с заработанными сегодня деньгами.
Как вдруг один из гостей перехватил меня за талию и поцеловал.
Прямо в губы! Нахал!
- Дорогая, что ты творишь? – медовым голоском спросил он. – Я же говорил: пора тебе отдыхать. Подумай о нашем малыше.
🤎 🤍 🤎 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🤎 🤍 🤎
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
- Ку-ка-ре-ку! – выдал петух, поглядывая на меня весьма враждебно.
- Да чего тебе надо?! – возмутился я и махнул в его сторону букетом. Ну, чтобы отогнать.
Наглый пернатый отгоняться не собирался. Только напряг свой гребень, словно какой-то доисторический ящер и пошел в наступление. Распахнул крылья и что-то заклекотал на своем петушином. Явно же матерно.
- Ку-ка-ре-ку! – выдал, словно боевой клич, петух и слетел с забора на землю. А потом и вовсе кинулся на меня.
- Совсем сдурел? – рыкнул я, отмахиваясь теперь уже ногой.
Издав очередной боевой клич, наглый и дурной птиц кинулся на меня. Я же провел маневр машинально, пуская ловким пасом ноги петуха в свободный полет. Тот заорал что-то явно нецензурное и улетел, пытаясь помочь себе крыльями, куда-то обратно за забор.
*****
Да уж… Не так я представлял себе поездку в деревню за строптивой помощницей, которая решила уволиться в самый неподходящий момент, когда контракт с китайцами висит на волоске.
- Да чего тебе надо?! – возмутился я и махнул в его сторону букетом. Ну, чтобы отогнать.
Наглый пернатый отгоняться не собирался. Только напряг свой гребень, словно какой-то доисторический ящер и пошел в наступление. Распахнул крылья и что-то заклекотал на своем петушином. Явно же матерно.
- Ку-ка-ре-ку! – выдал, словно боевой клич, петух и слетел с забора на землю. А потом и вовсе кинулся на меня.
- Совсем сдурел? – рыкнул я, отмахиваясь теперь уже ногой.
Издав очередной боевой клич, наглый и дурной птиц кинулся на меня. Я же провел маневр машинально, пуская ловким пасом ноги петуха в свободный полет. Тот заорал что-то явно нецензурное и улетел, пытаясь помочь себе крыльями, куда-то обратно за забор.
*****
Да уж… Не так я представлял себе поездку в деревню за строптивой помощницей, которая решила уволиться в самый неподходящий момент, когда контракт с китайцами висит на волоске.
💚 🤍 💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚 🤍 💚
— Я больше не могу жить во лжи. Я люблю другую.
Стою с тортом в руках и смотрю, как мой муж становится на колено — не передо мной.
Перед моей лучшей подругой.
Десять лет брака. Восемьдесят гостей. И вечер, который я готовила для него — становится сценой моего унижения.
Он надевает ей кольцо.
А я впервые не понимаю, как это не умереть прямо здесь.
— Я больше не могу жить во лжи. Я люблю другую.
Стою с тортом в руках и смотрю, как мой муж становится на колено — не передо мной.
Перед моей лучшей подругой.
Десять лет брака. Восемьдесят гостей. И вечер, который я готовила для него — становится сценой моего унижения.
Он надевает ей кольцо.
А я впервые не понимаю, как это не умереть прямо здесь.
— Алла, срочно найдите мне женщину! — заорал я, прижимая к уху телефон.
— Что? Какую женщину? Зачем она вам именно… сейчас?.. — испуганно зашептала помощница в трубку.
— Да не мне! — рявкнул я, запоздало поняв, что ляпнул глупость. — Присматривать за ребенком! Ну кто там этим занимается?
— Ну вроде бы… няня…
— Ну вот няню и найдите! И причём срочно!!! Немедленно!
— Не надо никого искать. Я могу быть няней Снежаны, — вдруг раздался рядом голос Фаины.
Я обернулся. Точно, нарисовалась, мерзавка.
— Алла, отбой! — рыкнул в трубку, отключил телефон.
— Может, объяснишь, Фаина, в чем дело? Сначала бросаешь ребёнка, потом возвращаешься и несёшь чушь? Что ты за мать вообще?
— Но я не Фаина, — пожимает плечами. — Я сейчас всё объясню.
Я зверею. Точно, какую-то игру затеяла, стерва! Но со мной это не прокатит.
Тут из машины высовывается мелкая и орёт на всю улицу:
— Тётя Тася! Ты поедесь со мной? Этот папа злой! Я не хосю у него одна зыть!
Что-о?! Тётя?! Тася?
— Что? Какую женщину? Зачем она вам именно… сейчас?.. — испуганно зашептала помощница в трубку.
— Да не мне! — рявкнул я, запоздало поняв, что ляпнул глупость. — Присматривать за ребенком! Ну кто там этим занимается?
— Ну вроде бы… няня…
— Ну вот няню и найдите! И причём срочно!!! Немедленно!
— Не надо никого искать. Я могу быть няней Снежаны, — вдруг раздался рядом голос Фаины.
Я обернулся. Точно, нарисовалась, мерзавка.
— Алла, отбой! — рыкнул в трубку, отключил телефон.
— Может, объяснишь, Фаина, в чем дело? Сначала бросаешь ребёнка, потом возвращаешься и несёшь чушь? Что ты за мать вообще?
— Но я не Фаина, — пожимает плечами. — Я сейчас всё объясню.
Я зверею. Точно, какую-то игру затеяла, стерва! Но со мной это не прокатит.
Тут из машины высовывается мелкая и орёт на всю улицу:
— Тётя Тася! Ты поедесь со мной? Этот папа злой! Я не хосю у него одна зыть!
Что-о?! Тётя?! Тася?
— Мадам паркуется на звук? — ровным голосом без единой насмешливой нотки произнес он.
Мой мозг, уже запрограммированный на панику, завис.
Это было настолько неожиданно, что я невольно фыркнула, но тут же, под его тяжелым взглядом, нервно закашлялась.
— Кирилл Алексеевич, я... я не знаю, что сказать. Я виновата. Я готова оплатить ремонт, — выдавила из себя, зная, что эти слова — пустой звук.
Он медленно обошел кругом свою машину, еще раз оценив ущерб.
— Прекрасно, — заключил он, и от его ледяного тона я вздрогнула. — Тогда, принимая во внимание ваш энтузиазм и... скажем так, творческий подход к парковке, предлагаю альтернативу.
Мой мозг, уже запрограммированный на панику, завис.
Это было настолько неожиданно, что я невольно фыркнула, но тут же, под его тяжелым взглядом, нервно закашлялась.
— Кирилл Алексеевич, я... я не знаю, что сказать. Я виновата. Я готова оплатить ремонт, — выдавила из себя, зная, что эти слова — пустой звук.
Он медленно обошел кругом свою машину, еще раз оценив ущерб.
— Прекрасно, — заключил он, и от его ледяного тона я вздрогнула. — Тогда, принимая во внимание ваш энтузиазм и... скажем так, творческий подход к парковке, предлагаю альтернативу.
Выберите полку для книги