Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
– Успокойся. Какой еще развод? – Скучающим голосом говорит Сергей. – Я не планирую с тобой разводиться.
– Что значит не планируешь? – Вспыхиваю я. – Я не буду это терпеть. Я не буду терпеть твою измену.
– Будешь. Куда ты денешься? – Муж делает быстрый шаг вперед.
Я отступаю назад, прижимаясь бедрами к столу, он смотрит на меня так, будто хочет уничтожить, я хватаюсь руками за край стола и забываю как дышать. Он в бешенстве.
– Рот закрой и веди себя тише. Не порти праздник нашей дочери. Я устал от тебя и твоих криков. Надоело.
После 30 лет брака я узнала о измене своего мужа, но даже не это самое страшное, я увидела своего мужа с другой стороны, со стороны, которая меня пугает и теперь я не уверена что уйти от него будет так просто, как я думала.
ХЭ)
– Что значит не планируешь? – Вспыхиваю я. – Я не буду это терпеть. Я не буду терпеть твою измену.
– Будешь. Куда ты денешься? – Муж делает быстрый шаг вперед.
Я отступаю назад, прижимаясь бедрами к столу, он смотрит на меня так, будто хочет уничтожить, я хватаюсь руками за край стола и забываю как дышать. Он в бешенстве.
– Рот закрой и веди себя тише. Не порти праздник нашей дочери. Я устал от тебя и твоих криков. Надоело.
После 30 лет брака я узнала о измене своего мужа, но даже не это самое страшное, я увидела своего мужа с другой стороны, со стороны, которая меня пугает и теперь я не уверена что уйти от него будет так просто, как я думала.
ХЭ)
— Беляев, тебя развезло, что ли? — хмурюсь, смотря на загадочно-одухотворенное лицо бывшего мужа.
— Если и развезло, то только от любви.
— Олег, прекращай этот балаган! — угрожающе шиплю, а ему хоть бы хны.
— Лен, знаешь, что я загадал под бой курантов?
— Не имею ни малейшего представления.
— Тебя, Лен. Я загадал тебя. Чтобы мы вновь стали семьей.
— Пфф…
— Не фырчи, родная.
— Олег!
— Ленка… Моя Ленка…
— Уже не твоя. Четыре года как не твоя.
— Это все можно исправить. Дай только шанс. Хоть самый малюсенький, мне хватит. Я докажу, как сильно тебя люблю.
***
Тринадцать лет счастливого брака закончились внезапным разводом. Развелись мы мирно, и ради любимой дочери смогли наладить нормальные, почти дружеские отношения.
Только как быть, если разлюбить я так и не смогла, да и бывший муж, оказывается, давно пожалел о нашем расставании.
Говорят, что под Новый год любые чудеса могут произойти. Так, может, и для нас припасено чудо — второй шанс на любовь?
— Если и развезло, то только от любви.
— Олег, прекращай этот балаган! — угрожающе шиплю, а ему хоть бы хны.
— Лен, знаешь, что я загадал под бой курантов?
— Не имею ни малейшего представления.
— Тебя, Лен. Я загадал тебя. Чтобы мы вновь стали семьей.
— Пфф…
— Не фырчи, родная.
— Олег!
— Ленка… Моя Ленка…
— Уже не твоя. Четыре года как не твоя.
— Это все можно исправить. Дай только шанс. Хоть самый малюсенький, мне хватит. Я докажу, как сильно тебя люблю.
***
Тринадцать лет счастливого брака закончились внезапным разводом. Развелись мы мирно, и ради любимой дочери смогли наладить нормальные, почти дружеские отношения.
Только как быть, если разлюбить я так и не смогла, да и бывший муж, оказывается, давно пожалел о нашем расставании.
Говорят, что под Новый год любые чудеса могут произойти. Так, может, и для нас припасено чудо — второй шанс на любовь?
– Ты что сделала татуировку на ягодице?!
На коже витиевато запечатлелась надпись, и это была вовсе не мудрая фраза на латыни или зашифрованное послание вселенной. Всего лишь крупными, размашистыми буквами, почти на всю половинку: «Алекс».
– О, Боже! – простонала я тихо, прикрыла рану повязкой и осела на край постели. – Я… я ничего толком не помню.
– Ты – ходячая энциклопедия, умудряешься запоминать все на свете, но не знаешь, как у тебя на заднице оказалась татуировка с мужским именем?
– Ты конечно собиралась пуститься во все тяжкие в Париже. Но чтоб настолько!
– Еще и с горячим парнем покувыркалась. Просто отвал башки!
***
Вторая часть/продолжение романа ТУТ: https://litmarket.ru/books/posledniy-shans-v-imperii
На коже витиевато запечатлелась надпись, и это была вовсе не мудрая фраза на латыни или зашифрованное послание вселенной. Всего лишь крупными, размашистыми буквами, почти на всю половинку: «Алекс».
– О, Боже! – простонала я тихо, прикрыла рану повязкой и осела на край постели. – Я… я ничего толком не помню.
– Ты – ходячая энциклопедия, умудряешься запоминать все на свете, но не знаешь, как у тебя на заднице оказалась татуировка с мужским именем?
– Ты конечно собиралась пуститься во все тяжкие в Париже. Но чтоб настолько!
– Еще и с горячим парнем покувыркалась. Просто отвал башки!
***
Вторая часть/продолжение романа ТУТ: https://litmarket.ru/books/posledniy-shans-v-imperii
— Зачем ты вернулся, Марат?
— За вами. Шесть лет назад ты была беременна от меня. Родила дочь... Где она?
— У меня нет ребенка, — шепчу не своим голосом. Слезы тяжёлым грузом застревают в груди, а слова комом в горле.
— Лена, не играй со мной. Я вас заберу. И плевать, что ты чужая жена.
Он не знает, что со мной произошло после его ухода. Нашу дочь отобрали, сказали, что ее больше нет... Но материнские сердце чувствует... мой малыш жив. И мы ее найдем спустя годы, несмотря ни на что. Душу дьяволу продам, но верну!
— За вами. Шесть лет назад ты была беременна от меня. Родила дочь... Где она?
— У меня нет ребенка, — шепчу не своим голосом. Слезы тяжёлым грузом застревают в груди, а слова комом в горле.
— Лена, не играй со мной. Я вас заберу. И плевать, что ты чужая жена.
Он не знает, что со мной произошло после его ухода. Нашу дочь отобрали, сказали, что ее больше нет... Но материнские сердце чувствует... мой малыш жив. И мы ее найдем спустя годы, несмотря ни на что. Душу дьяволу продам, но верну!
— Ты кто?
— А ты кто?
— Вопрос тупой, но я здесь живу, — руки ставлю в бока а сама осматриваюсь вокруг, что-то бы тяжёлое.
— В бане? — уточняет немного потрёпанный мужик. Молоденький гадёныш, но хорош.
— В моей бане сейчас ты, а я живу в доме.
— Я на дом не претендую, — нахал усмехается, а у меня мурашки бегут от его улыбки.
— Ты ни на что не претендуешь, — отвечаю я. — И сейчас собираешь свои вещички и валишь отсюда, подобру, поздорову.
— Ты не переживай, Снегурочка, я свалю. Только немного погощу у тебя. Да и плохому я тебя не научу.
***
Я хотела просто попарится в бане, перед Новым Годом, смыть всю злость на своих родственничков и просто побыть в тишине, а вышло… Эх, что вышло.
— А ты кто?
— Вопрос тупой, но я здесь живу, — руки ставлю в бока а сама осматриваюсь вокруг, что-то бы тяжёлое.
— В бане? — уточняет немного потрёпанный мужик. Молоденький гадёныш, но хорош.
— В моей бане сейчас ты, а я живу в доме.
— Я на дом не претендую, — нахал усмехается, а у меня мурашки бегут от его улыбки.
— Ты ни на что не претендуешь, — отвечаю я. — И сейчас собираешь свои вещички и валишь отсюда, подобру, поздорову.
— Ты не переживай, Снегурочка, я свалю. Только немного погощу у тебя. Да и плохому я тебя не научу.
***
Я хотела просто попарится в бане, перед Новым Годом, смыть всю злость на своих родственничков и просто побыть в тишине, а вышло… Эх, что вышло.
❤️МИН.ЦЕНА❤️
— Ты сводишь меня с ума, — голос мужа, хриплый, полный страсти.
Я прижалась к стене, не веря своим ушам. Не веря глазам. Сквозь приоткрытую дверь увидела, как он обнимает её —блондинку с длинными ногами, сидящую у него на коленях.
— Пора уже восстановить нашу с тобой семью, — хихикнула она, поглаживая его по щеке и лаская.
Мир померк. В груди сжалось что-то острое, невыносимо жгучее.
— Потерпи ещё немного, любимая, — выдохнул муж, обнимая её. — Надо с бизнесом решить, чтобы не пришлось потом по миру с протянутой рукой бегать.
— Да, твоя стерильная обдерет до нитки, — мерзко согласилась она.
Я стояла, как вкопанная. Каждое слово будто выбивало воздух из лёгких. Захотелось ворваться и разнести всё — их, свечи, этот лживый уют. Но я молча развернулась, ушла босиком из собственной квартиры, оставляя за спиной всё, что когда-то считала своим.
Теперь я знала только одно: он ещё пожалеет, что предал меня. Не только с протянутой рукой ходить будешь, милый.
— Ты сводишь меня с ума, — голос мужа, хриплый, полный страсти.
Я прижалась к стене, не веря своим ушам. Не веря глазам. Сквозь приоткрытую дверь увидела, как он обнимает её —блондинку с длинными ногами, сидящую у него на коленях.
— Пора уже восстановить нашу с тобой семью, — хихикнула она, поглаживая его по щеке и лаская.
Мир померк. В груди сжалось что-то острое, невыносимо жгучее.
— Потерпи ещё немного, любимая, — выдохнул муж, обнимая её. — Надо с бизнесом решить, чтобы не пришлось потом по миру с протянутой рукой бегать.
— Да, твоя стерильная обдерет до нитки, — мерзко согласилась она.
Я стояла, как вкопанная. Каждое слово будто выбивало воздух из лёгких. Захотелось ворваться и разнести всё — их, свечи, этот лживый уют. Но я молча развернулась, ушла босиком из собственной квартиры, оставляя за спиной всё, что когда-то считала своим.
Теперь я знала только одно: он ещё пожалеет, что предал меня. Не только с протянутой рукой ходить будешь, милый.
– Ну, привет ещё раз, тёзка, – подхожу к мальчугану и присаживаюсь перед ним на корточки.
– Двавствуйте.
– Ты почему здесь?
– Маму жду. Она скова будет.
– Ясно. Ну, я с тобой тогда подожду, хорошо?
Не успеваю занять место рядом, как по пустому холлу разносится спешное цоканье женских каблучков. Поднимаю голову и сердце пропускает удар, а перед глазами в ускоренном темпе прокручиваются картинки пятилетнего прошлого.
Нашего с ней общего прошлого.
– Ну, здравствуй, Мика, – сам не узнаю свой голос, в нём все льды Антарктиды.
– Макар, – обмирает она, бледнея.
***
Я и не знал, что, расставшись пять лет назад, она унесла с собой под сердцем моего сына.
Я хотел её разлюбить, забыть… Но встреча в канун Нового года вернула нам веру в любовь!
– Двавствуйте.
– Ты почему здесь?
– Маму жду. Она скова будет.
– Ясно. Ну, я с тобой тогда подожду, хорошо?
Не успеваю занять место рядом, как по пустому холлу разносится спешное цоканье женских каблучков. Поднимаю голову и сердце пропускает удар, а перед глазами в ускоренном темпе прокручиваются картинки пятилетнего прошлого.
Нашего с ней общего прошлого.
– Ну, здравствуй, Мика, – сам не узнаю свой голос, в нём все льды Антарктиды.
– Макар, – обмирает она, бледнея.
***
Я и не знал, что, расставшись пять лет назад, она унесла с собой под сердцем моего сына.
Я хотел её разлюбить, забыть… Но встреча в канун Нового года вернула нам веру в любовь!
В двадцать лет Влада Смелова перед ним преклонялась. Да и как могло быть иначе? Алекс Раменский – настоящая бизнес-звезда! Молодой популярный тренер по продажам, наделенный дьявольской красотой. Если и учиться, то только у него. Кто ж знал, что за пять дней обучения она получит не только багаж знаний, но и разбитое сердце.
Пять лет спустя судьба сводит Владу и Алекса снова. Вот только теперь она совершенно другой человек: успешная, реализованная, купающаяся в любви. И если Раменский рассчитывает на особое отношение, зря. Для него Влада сохранила лишь одно горячее чувство – ненависть.
Пять лет спустя судьба сводит Владу и Алекса снова. Вот только теперь она совершенно другой человек: успешная, реализованная, купающаяся в любви. И если Раменский рассчитывает на особое отношение, зря. Для него Влада сохранила лишь одно горячее чувство – ненависть.
— Зачем ты это делаешь? — однажды грубо спросил её молчаливый сосед по столу. Виктория возмущённо приподняла бровь.
«Ну что за грубиян невоспитанный? Где это видано, чтобы к незнакомой женщине на «ты» обращаться? И ещё так грубо!» — но в слух решила ответить иначе.
— Они тоже жить хотят, а на улице холодно. Я голодной не останусь, если с ними хлебом поделюсь. А они поедят, — Виктория демонстративно отдала остатки хлеба и ушла. В этот раз не прощаясь.
Когда она пришла в другой раз, то на окне была закреплена кормушка для птиц. За столом сидел хмурый мужчина с перебинтованным большим пальцем. Виктория улыбнулась и села на своё место.
— Спасибо, — ей не ответили, но она и не ждала. За окном прыгали птицы, клюя хлебные крошки и зёрна.
Когда они вместе вышли, Виктория строго посмотрела на мужчину.
— За мной и без разговоров, — скомандовала она, развернулась и пошла в свою комнату. Он подчинился.
Там она обработала его палец. Завязался разговор. За ним ещё и ещё.
«Ну что за грубиян невоспитанный? Где это видано, чтобы к незнакомой женщине на «ты» обращаться? И ещё так грубо!» — но в слух решила ответить иначе.
— Они тоже жить хотят, а на улице холодно. Я голодной не останусь, если с ними хлебом поделюсь. А они поедят, — Виктория демонстративно отдала остатки хлеба и ушла. В этот раз не прощаясь.
Когда она пришла в другой раз, то на окне была закреплена кормушка для птиц. За столом сидел хмурый мужчина с перебинтованным большим пальцем. Виктория улыбнулась и села на своё место.
— Спасибо, — ей не ответили, но она и не ждала. За окном прыгали птицы, клюя хлебные крошки и зёрна.
Когда они вместе вышли, Виктория строго посмотрела на мужчину.
— За мной и без разговоров, — скомандовала она, развернулась и пошла в свою комнату. Он подчинился.
Там она обработала его палец. Завязался разговор. За ним ещё и ещё.
- Мужчина, вы кто? – гадина бывшая удивленно уставилась на меня.
- Эм, - немного подзавис, не зная, что ответить на это. Да быть этого не может, чтобы эта стерва меня не узнала! Или искусно притворяется?
- Кто вы? – она повторила вопрос.
- Я твой муж, - совершенно неожиданно выдал ей, не понимая, зачем я это сделал.
******
Все Высшие Силы, ЗА ЧТО?! Я же весь год был хорошим мальчиком! За что вы мне под новый год послали этот «подарочек»?! В виде гадины бывшей, которая предала меня и избавилась от моего ребенка? Да и я, какого хрена назвался ее мужем? Понято же, что после аварии она нихрена не помнит. В том числе и меня. Ну и пусть сама разбирается со своей памятью и жизнью. Мне это за что?! Вот только что делать с ее пятилетними крошками, которые, вдруг, решили, что я их отец?! Этого ведь быть не может!
- Эм, - немного подзавис, не зная, что ответить на это. Да быть этого не может, чтобы эта стерва меня не узнала! Или искусно притворяется?
- Кто вы? – она повторила вопрос.
- Я твой муж, - совершенно неожиданно выдал ей, не понимая, зачем я это сделал.
******
Все Высшие Силы, ЗА ЧТО?! Я же весь год был хорошим мальчиком! За что вы мне под новый год послали этот «подарочек»?! В виде гадины бывшей, которая предала меня и избавилась от моего ребенка? Да и я, какого хрена назвался ее мужем? Понято же, что после аварии она нихрена не помнит. В том числе и меня. Ну и пусть сама разбирается со своей памятью и жизнью. Мне это за что?! Вот только что делать с ее пятилетними крошками, которые, вдруг, решили, что я их отец?! Этого ведь быть не может!
Выберите полку для книги