Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Я открываю глаза и в первые секунды вообще не понимаю, где нахожусь.
— С Новым годом…
Медленно поворачиваю голову, и вот тут наступает полный коллапс нервной системы.
Под одеялом я совершенно без одежды. А в дверном проёме стоит Тимофей.
В смысле Тимофей Владимирович. Мой шеф.
Судорожно натягиваю на себя одеяло до самого носа, будто это поможет мне скрыться от реальности.
— Тимофей… — голос звучит хрипло, словно я всю ночь орала на рок‑концерте, — Владимирович, как я здесь оказалась?
— С Новым годом…
Медленно поворачиваю голову, и вот тут наступает полный коллапс нервной системы.
Под одеялом я совершенно без одежды. А в дверном проёме стоит Тимофей.
В смысле Тимофей Владимирович. Мой шеф.
Судорожно натягиваю на себя одеяло до самого носа, будто это поможет мне скрыться от реальности.
— Тимофей… — голос звучит хрипло, словно я всю ночь орала на рок‑концерте, — Владимирович, как я здесь оказалась?
«Ты такой горячий… Как ты терпишь эту домохозяйку?»
«Она даже не замечает, что я ухожу. Думает, если поставит на стол розы, я забуду, что хочу быть живым».
Слова били не в сердце — в самое дно души, где ещё теплилась вера в то, что наш брак — не ошибка.
Когда Артём вышел из ванной, пар ещё клубился за его спиной, капли стекали по груди, и он был так красив — как всегда. Так уверенно. Так чуждо.
— Ты читала? — не спросил, а констатировал, увидев моё лицо.
Я не ответила. Просто протянула телефон.
— Ну и что? — сказал он, вытирая волосы полотенцем. — Да, я спал с ней. И не один раз. А ты что думала? Что я буду годами смотреть, как ты возишься с этими цветами, будто весь мир — букет из хризантем? Ты стала… скучной, Лиз. Мы же не в сказке. Жизнь — не свадебный торт.
Я пошатнулась. Не от слов — их боль можно было бы пережить, если бы в них была хоть капля раскаяния. Но в них была лишь насмешка. Удовольствие. Освобождение.
«Она даже не замечает, что я ухожу. Думает, если поставит на стол розы, я забуду, что хочу быть живым».
Слова били не в сердце — в самое дно души, где ещё теплилась вера в то, что наш брак — не ошибка.
Когда Артём вышел из ванной, пар ещё клубился за его спиной, капли стекали по груди, и он был так красив — как всегда. Так уверенно. Так чуждо.
— Ты читала? — не спросил, а констатировал, увидев моё лицо.
Я не ответила. Просто протянула телефон.
— Ну и что? — сказал он, вытирая волосы полотенцем. — Да, я спал с ней. И не один раз. А ты что думала? Что я буду годами смотреть, как ты возишься с этими цветами, будто весь мир — букет из хризантем? Ты стала… скучной, Лиз. Мы же не в сказке. Жизнь — не свадебный торт.
Я пошатнулась. Не от слов — их боль можно было бы пережить, если бы в них была хоть капля раскаяния. Но в них была лишь насмешка. Удовольствие. Освобождение.
— Дамир, я не хочу больше развлекать твоего избалованного отпрыска. Заказ выполнен. Твой сын успокоился. Дай мне просто уехать.
— Влад требует, чтобы ты осталась до конца нашего пребывания здесь. Я заплачу тебе не через агентство в три, пять, в десять раз больше. Назови свою цену. Любые деньги. С твоим начальством сам утрясу вопрос.
— Ты и правда считаешь, что всё покупается и продаётся, Дамир?
Утро Нового года началось с истерики шестилетнего сына и ультиматума вызвать настоящего Деда Мороза. Чтобы успокоить ребёнка, я вызвал аниматоров через ивент-агентство друга. Но на турбазу приехала только Снегурочка, в которой я узнал Валерию — мою бывшую возлюбленную.
Девять лет назад я разбил её сердце, сказав, что мы из разных миров. Теперь она отказывается работать на меня. Но сын требует, чтобы Снегурочка осталась. Мне нужно, чтобы Валерия помогла утихомирить сына. Но как убедить бывшую, если между нами — пропасть обид и разбитых надежд?
— Влад требует, чтобы ты осталась до конца нашего пребывания здесь. Я заплачу тебе не через агентство в три, пять, в десять раз больше. Назови свою цену. Любые деньги. С твоим начальством сам утрясу вопрос.
— Ты и правда считаешь, что всё покупается и продаётся, Дамир?
Утро Нового года началось с истерики шестилетнего сына и ультиматума вызвать настоящего Деда Мороза. Чтобы успокоить ребёнка, я вызвал аниматоров через ивент-агентство друга. Но на турбазу приехала только Снегурочка, в которой я узнал Валерию — мою бывшую возлюбленную.
Девять лет назад я разбил её сердце, сказав, что мы из разных миров. Теперь она отказывается работать на меня. Но сын требует, чтобы Снегурочка осталась. Мне нужно, чтобы Валерия помогла утихомирить сына. Но как убедить бывшую, если между нами — пропасть обид и разбитых надежд?
— Что тут у нас? — бархатно тянет высокий темноволосый грузин, владелец новомодного ресторана.
— Проверка, — сухо отвечаю. — Заведение не соответствует санитарным нормам.
— А вы точно из инспекции, а не из… эскорт-агентства? Может, это новый способ подкатывать к завидным женихам? — подходит слишком близко.
Я чуть не давлюсь возмущением. Какая я ему эскортница?! Я сильная независимая женщина размера медиум, уверенно стремящегося в лардж!
— Документы покажу, если отойдёте, — бурчу, делая шаг назад. Этот… Мимино нагло лезет в моё личное пространство.
— Простите, — кивает. — Просто редко вижу женщин с таким взглядом.
— С каким ещё взглядом? — тычу ему в лицо ксивой.
— С голодным, красавица. И в документах, и в реале. Могу накормить…
Чисто формально иду есть его еду. Вкусно, но…
— Что за «но»?
— Ни маркировки, ни нормального хранения.
— Ты серьёзно?! Жарить меня будешь учить?! Я знаю, как жарить, малышка!
— Проверка, — сухо отвечаю. — Заведение не соответствует санитарным нормам.
— А вы точно из инспекции, а не из… эскорт-агентства? Может, это новый способ подкатывать к завидным женихам? — подходит слишком близко.
Я чуть не давлюсь возмущением. Какая я ему эскортница?! Я сильная независимая женщина размера медиум, уверенно стремящегося в лардж!
— Документы покажу, если отойдёте, — бурчу, делая шаг назад. Этот… Мимино нагло лезет в моё личное пространство.
— Простите, — кивает. — Просто редко вижу женщин с таким взглядом.
— С каким ещё взглядом? — тычу ему в лицо ксивой.
— С голодным, красавица. И в документах, и в реале. Могу накормить…
Чисто формально иду есть его еду. Вкусно, но…
— Что за «но»?
— Ни маркировки, ни нормального хранения.
— Ты серьёзно?! Жарить меня будешь учить?! Я знаю, как жарить, малышка!
Алкоголь, Варвара Арсентьевна, это зло! А алкоголь вкупе с адреналиновой зависимостью – вообще бомба! Но я не жалуюсь. И вы, Варвара Арсентьевна, не жалуйтесь. Поздно. Теперь у меня на вас есть компромат.
И его придется отработать.
И его придется отработать.
– Здесь будет немного другой масштаб. Вы уверены, что ваш шаблонный ум справится?
Она наклоняет голову, и я замечаю, как в её глазах вспыхивает не что иное, как азарт.
– Мой ум не шаблонный, Олег Сергеевич. Зря вы так решили. Он адаптивный.
– Вы готовы задерживаться на работе до полуночи, а то и до утра? – прищуриваю глаза.
– Сверхурочные оплачиваются вдвойне?
Киваю.
– Отлично. Значит, этот вопрос решён. По пути сюда мы проходили мимо вашего кабинета. Дверь была приоткрыта, и я увидела, что там стоит диван. Довольно жёсткий, по виду. Но для пары часов сгодится, если работа того стоит.
***
Я решила пройтись по острию ножа, чтобы покорить сердце циничного мужчины. Моё поле боя – его офис, моё оружие – безупречный профессионализм. Каждый мой шаг, каждый взгляд и каждое “да, Олег Сергеевич” – часть тщательного расчёта.
Она наклоняет голову, и я замечаю, как в её глазах вспыхивает не что иное, как азарт.
– Мой ум не шаблонный, Олег Сергеевич. Зря вы так решили. Он адаптивный.
– Вы готовы задерживаться на работе до полуночи, а то и до утра? – прищуриваю глаза.
– Сверхурочные оплачиваются вдвойне?
Киваю.
– Отлично. Значит, этот вопрос решён. По пути сюда мы проходили мимо вашего кабинета. Дверь была приоткрыта, и я увидела, что там стоит диван. Довольно жёсткий, по виду. Но для пары часов сгодится, если работа того стоит.
***
Я решила пройтись по острию ножа, чтобы покорить сердце циничного мужчины. Моё поле боя – его офис, моё оружие – безупречный профессионализм. Каждый мой шаг, каждый взгляд и каждое “да, Олег Сергеевич” – часть тщательного расчёта.
Я стою у открытого шкафа и смотрю на серый костюм Романа. На воротнике пиджака что-то темнеет.
Подношу ткань ближе к свету. Длинный черный волос. Блестящий, прямой.
Может, случайность? В лифте, в метро, где угодно. Роман работает в центральном офисе банка, там полно сотрудниц. Да что я думаю? Конечно, случайность.
Но тогда откуда красное пятно на манжете? Я присматриваюсь внимательнее. Помада. Определенно помада. Ярко-красная.
Беру его телефон. Открываю мессенджер.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю на чат.
"Скучаю по тебе, мой дорогой. Когда увидимся?"
Телефон выскальзывает из рук, падает на пол с глухим стуком. Я сижу на краю кровати и не могу дышать.
Подношу ткань ближе к свету. Длинный черный волос. Блестящий, прямой.
Может, случайность? В лифте, в метро, где угодно. Роман работает в центральном офисе банка, там полно сотрудниц. Да что я думаю? Конечно, случайность.
Но тогда откуда красное пятно на манжете? Я присматриваюсь внимательнее. Помада. Определенно помада. Ярко-красная.
Беру его телефон. Открываю мессенджер.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю на чат.
"Скучаю по тебе, мой дорогой. Когда увидимся?"
Телефон выскальзывает из рук, падает на пол с глухим стуком. Я сижу на краю кровати и не могу дышать.
Марго Климова — блестящий хирург, давно похоронившая веру в любовь под маской холодного расчёта.
Андрей Евсонов — идеалист-прокурор, чья вера в справедливость трещит по швам.
Эмир Алиев — опасный и харизматичный бандит, живущий по своим правилам.
Смогут ли они остановиться и не разрушить себя, попробовав вкус настоящей, необузданной страсти на троих?
Андрей Евсонов — идеалист-прокурор, чья вера в справедливость трещит по швам.
Эмир Алиев — опасный и харизматичный бандит, живущий по своим правилам.
Смогут ли они остановиться и не разрушить себя, попробовав вкус настоящей, необузданной страсти на троих?
В новогоднюю ночь Марина теряет всё: мужа, привычную жизнь, уверенность в завтрашнем дне. А вместе с этим — получает невозможный подарок: шанс вернуться на три месяца назад, в тот момент, когда катастрофа ещё не произошла.
Но знание будущего не делает спасение легче. Каждая попытка удержать мужа лишь приближает его к другой женщине. Любовь превращается в страх, забота — в контроль, а желание всё исправить — в ловушку без выхода.
Это роман о браке на изломе, о цене второго шанса и о том, можно ли спасти любовь, если точно знаешь, когда и как она погибнет.
#новый_год
#путешествие_во_времени
#исправить_прошлое
#назад_в_прошлое
#юмор
Но знание будущего не делает спасение легче. Каждая попытка удержать мужа лишь приближает его к другой женщине. Любовь превращается в страх, забота — в контроль, а желание всё исправить — в ловушку без выхода.
Это роман о браке на изломе, о цене второго шанса и о том, можно ли спасти любовь, если точно знаешь, когда и как она погибнет.
#новый_год
#путешествие_во_времени
#исправить_прошлое
#назад_в_прошлое
#юмор
Лена выходит, а я остаюсь одна в гостиной. Допиваю чай, беру печенье. На столе лежит телефон Лены – она забыла его здесь. Я не обращаю на него внимания, рассматриваю фотографии на стене.
И вдруг телефон начинает звонить.
Сначала тихо, потом громче. Экран загорается, и я машинально бросаю на него взгляд. Просто так, без всякого умысла, просто потому что звук привлек внимание.
И замираю.
На экране высвечивается имя "Любимый" и фотография.
Фотография моего мужа.
Женя. Мой Женя. Улыбается с экрана телефона моей лучшей подруги. И над его фотографией – это слово. "Любимый".
И вдруг телефон начинает звонить.
Сначала тихо, потом громче. Экран загорается, и я машинально бросаю на него взгляд. Просто так, без всякого умысла, просто потому что звук привлек внимание.
И замираю.
На экране высвечивается имя "Любимый" и фотография.
Фотография моего мужа.
Женя. Мой Женя. Улыбается с экрана телефона моей лучшей подруги. И над его фотографией – это слово. "Любимый".
Выберите полку для книги