Книги в жанре «Мелодрама»

Та ночь казалась волшебной и невозможной одновременно: незнакомец, форум, несколько часов, ставших взрывом чувств.
Мы расстались, уверенные, что это конец.
Но жизнь любит иронию: спустя месяцы я узнала, что жду ребёнка от мужчины, который даже не вспомнил меня, когда я вошла в его дом как невеста его сына.
Теперь я стою на пороге новой жизни — и не знаю, как сказать правду, которая разрушит всё.

Прощение — это не слабость и не возврат к тем, кто причинил боль. Прощение — это освобождение себя от яда обиды, но с сохранением границ и достоинства.
Иногда самая сильная месть — не разрушение врагов, а построение счастливой жизни без них.
Доброта должна иметь границы. Жертвенность без уважения к себе превращается в самоуничтожение.
Люди показывают, кто они, через поступки, а не слова. Верь делам, а не обещаниям.
И самое главное: ты заслуживаешь любви, уважения и счастья. Не от других — от себя. Сначала от себя.
Всё остальное приложится.

Он попросил о разводе. И она ушла. Три месяца она отчаянно пыталась не вспоминать о нём, но предатель-календарь напомнил...

Завтра первое декабря. Шесть лет подряд они дарили друг другу семь дней свиданий — неделю, принадлежащую только им двоим.
Джианна решается на безумство, она предлагает бывшему мужу повторить их традицию. Семь вечеров, после она отпустит его навсегда.

Маркус везёт её в ресторан, где когда-то сделал предложение. На набережную, где впервые прошептал «я люблю тебя». В их старую квартиру, где они мечтали о будущем, которому не суждено сбыться.

А на седьмое утро она просыпается одна.
В пустом номере остаётся лишь записка: «Возненавидь меня».

Но как возненавидеть человека, если его сердце всё ещё бьётся в унисон с твоим? И что делать, когда правда, которую он скрывал, оказывается страшнее любого предательства?

Она сбежала от токсичного начальника в глушь, а в наследство получила не только дом с печкой, но и должность местной свахи. Первый клиент — угрюмый, небритый, до невозможности притягательный Егор. Ему нужна невеста по расчёту, чтобы спасти хозяйство. У них месяц, восемь свиданий в бане под луной и на сеновале — и строгий запрет на чувства. Но когда вся деревня уже делает ставки, а вареники летят в ссору, планы летят к чертям. Честно, жарко, смешно, трогает до слёз — не оторваться.

Рассказ. Закончен
— Это Бублик, — говорю я. — Нашла его в переулке. Там минус пятнадцать, он сидел один, я не могла бросить.
— Вика. — Антон закрывает холодильник, аккуратно, как всегда. — Ты же знаешь, что я не люблю собак.
— Антош, он маленький. Он не страшный. Даже не лает.
— Я не боюсь. — Он проходит в комнату, садится на диван — Просто мне некомфортно, ты же знаешь. Они…они грязные и воняют!
— Но этот чистенький и пахнет хорошо! - я отчаянно хочу защитить малыша. — И потом…

Обычный программист Иван хотел тихой жизни, стабильного интернета и чтобы батареи зимой погрели. Но судьба подкинула ему соседей сверху, от которых волосы встают дыбом — и это не метафора.
Атос — бледный тип в сюртуке. Пьёт томатный сок литрами. Говорят, граф. И вампир. Чистокровный.
Портос — гора мышц и мяса. Съедает всё, что не приколочено. То, что приколочено — отколупывает и тоже съедает. Добрый огр.
Арамис — красавчик с хитрым прищуром. Бывший семинарист. Держит кур на балконе. Иногда у него мелькает хвост. Лис-оборотень.
Д'Артаньян — молодой, энергичный, с дредами и бубном. Шаман. Только въехал и уже в эпицентре событий.

А тут ещё Миледи с первого этажа объявилась. Демоница, бывшая жена Атоса, жаждет мести, «подвесок Королевы» и мирового господства над доставкой еды в районе.
Ивану, чтобы выжить, придётся стать не просто свидетелем, а полноценным участником этого безумного карнавала. Ведь когда твои соседи — бессмертные, тишина и покой становятся несбыточной мечтой.

Она не говорит. Он не слышит. Их диалог — только стук мяча. Ника потеряла голос после трагедии, Матвей оглох после операции. В полуподвальном клубе он видит её игру — и впервые за годы слышит музыку. Пари: он создаст нейросеть для её ударов, она научит его чувствовать теннис телом. Но когда тактильные подсказки становятся опаснее любого касания, в их безмолвном мире рождается чувство, для которого слова не нужны. Честно, трогает до слёз, будоражит — не оторваться.

Под окнами моего офиса каждый вечер сигналит чужой «Ламборгини». Чтобы отвязаться, я соврала: замужем за своим вредным боссом. Наутро он принёс контракт на фиктивный брак. С проживанием. С пунктом «супружеский долг» по расписанию и строжайшим запретом на соблазнение. А теперь вопрос: кто придумал это дурацкое правило, если от его взгляда у меня плавится процессор? Честно, жарко до мурашек, напряжение выше крыши — не оторваться, пока последняя страница не задымится.

«Разори моего жениха, и я стану твоей невестой». С этих слов на пороге моего офиса началось безумие. Она спасает семью — я утихомириваю сплетников. Фиктивная помолвка, фальшивые признания, чёткие границы. Но в пентхаусе, без камер, сложнее всего не вспомнить, что мы всего лишь играем. А когда он забывает об этом первым — правила летят к чертям. Честно, жарко до плавления процессора, трогает до мурашек и не отпускает, пока последняя страница не признается: это была не игра.

«Мне плевать, даже если этот особняк сожрал всех твоих предков». Так надменный миллиардер Марк врывается в мою жизнь — с контрактом на снос. У меня — завещание бабушки и тайна в стенах. Я предлагаю пари: он живёт в моём доме тридцать дней без денег и слуг, чтобы доказать, что здесь невозможно. А потом между нами вспыхивает искра, способная спалить и старые стены, и ледяные сердца. Честно, жарко до мурашек, трогает до слёз — и не отпускает, пока не обрушится последняя тайна.