Книги в жанре «Современный любовный роман»

Я ненавижу своё тело. Оно предаёт меня каждое утро — немеют руки, подкашиваются ноги, ипотека душит, а бывший муж оставил с кредитами и диагнозом. Я привыкла быть одна. Привыкла не просить помощи. Привыкла доказывать, что я сильная. Пока в мою жизнь не влетел чёрный «Мерседес» и его хозяин — Давид Мчедлидзе. Богатый, властный, сломленный гибелью старшей дочери и вечными войнами с бывшей женой. Он смотрит на меня так, будто я не инвалид, а чудо. Я не верю в чудеса. Но когда он впервые поцеловал меня после приступа, я забыла, как дышать. Проблема в том, что его прошлое не отпускает, а моё будущее слишком коротко. Говорят, такие, как мы, не выживают. Но что, если вместе мы научимся не выживать, а жить?

Пятнадцать лет она никого не подпускала близко. Пятнадцать лет она была сильной, независимой, неприступной. Пятнадцать лет она не чувствовала ничего, кроме усталости и страха.

Он появился случайно — грязная майка, руки в масле, глаза, полные боли и нежности. Мальчишка, который читает Достоевского и смотрит на неё так, будто она — единственная женщина на земле.

Она знает: это безумие. Он знает: это опасно. Но когда между ними вспыхивает эта искра, остановиться уже невозможно.

Вопрос только в том, кто погаснет первым.

— Здесь люди. Дома поговорим, — бросил он, поправляя рубашку после того, как я застала его в примерочной с моей лучшей подругой.
Вместо извинений — раздражение. Вместо раскаяния — угрозы оставить меня на улице с кредитом за нашу идеальную свадьбу. До торжества оставалось всего три дня, а я стояла на улице под ледяным дождем, не понимая, как дышать.
Шаг назад, визг тормозов, слепящий свет фар... Я должна была погибнуть, но меня удержали жесткие мужские руки.
— Ты вообще нормальная? Совсем жить надоело? — прорычал мне в лицо незнакомец. Опасный, злой, не терпящий возражений.
Он стал случайным свидетелем моего позора. Мужчиной, который защитил меня от моего же жениха. Я не собиралась впускать в свою разрушенную жизнь кого-то нового, но у него на этот счет были совсем другие планы».

"Из князи в грязи"... это про меня.
Мы лишились денег и отец отвез меня к тете, где я учусь жить заново, но без денег...

Когда наши мечты и всё, что нам дорого, оказались под угрозой из-за чужой жадности и холодного расчета, мне пришлось выйти из своей безопасной стеклянной башни и принять бой. Это история о столкновении двух абсолютных противоположностей. О том, как ради любви приходится рисковать всем, что имеешь. И о том, как я наконец-то отыскала тот самый секретный ингредиент счастья, который невозможно синтезировать ни в одной лаборатории мира.

Судьба — та еще стерва.
И если бы мне сказали утром, что я окажусь в постели с собственным боссом — я бы рассмеялась.
Но вечер пятницы тринадцатого решил иначе…

Я была уверена: это просто ошибка. Одна ночь — и точка. Он — мой холодный начальник, я — удобная сотрудница, которую никто не замечает. Но всё вышло из-под контроля слишком быстро. Слухи, взгляды, его странная забота… и паника в его глазах, когда в офисе заговорили о моей беременности.

Он не умеет доверять. Я — не умею отступать.
Мы договорились, что между нами ничего нет… но почему тогда он не отпускает?

И главный вопрос, от которого уже невозможно сбежать:
если вдруг тест покажет две полоски — это конец… или только начало?

Миллиардер Матвей привык покупать всё. Когда становится скучно, он оформляет подписку на один день с Лизой — просто быть рядом. Она соглашается ради денег и смеха. Но за 24 часа пески времени утекают сквозь пальцы, а дурацкая шутка оборачивается чем-то настоящим. Они думали, что контролируют ситуацию. А оказалось, что суток достаточно, чтобы всё изменить. Честно, жарко до головокружения, трогает до мурашек — эта химия не по контракту. Не оторваться до последней секунды.

-Там вон жалюзи нужно поправить, висит как-то криво, не солидно, а я люблю порядок. – и тычет пальцем на потолок. – Вставай на кресло, потом на стол, а я тебя подстрахую.
-Может вы сами? Вы же выше и вам не нужно будет вставать на стол, а я подержу кресло, чтобы не крутилось.
-Я не могу, у меня спина болит. – и хватается за поясницу, болезный какой-то. – Снимай туфли и вставай, я помогу.
Я сняла туфли и никак не могу поднять ногу повыше, юбка-то на мне узкая.
-Снимай юбку. Она тебе явно мешает. – я поворачиваюсь к нему и смотрю в глаза.
-Ну свои же люди. Чего ты! – невозмутимым голосом и с серьезным лицом говорит мне это Арсений Романович.
-Я как нибудь в юбке залезу.
-Как хочешь, я предложил хороший вариант. Или у тебя некрасивые старые трусы с дырками и ты стесняешься? Я уверяю тебя, я никому не скажу. – и опять серьезный тон и невозмутимое лицо.
- Нормальные у меня трусы. – я начинаю злиться, как вообще можно такое сказать?

Анна Воронцова — «Снежная королева» крупной IT-корпорации. Её жизнь — это безупречный код, строгий костюм-тройка и тотальный контроль. Но когда её амбициозный проект «НейроСфера» оказывается под угрозой уничтожения, идеальный фасад дает трещину.

Чтобы спасти дело всей жизни, Анне приходится заключить сделку с дьяволом в лице Виктора Громова — опасного хищника, который не покупает доли в компаниях, а забирает жизни. Условие простое и унизительное: фиктивный роман и «золотая клетка» под прицелом сотен камер.

В мире, где ложь стала главным алгоритмом выживания, единственной опорой Анны неожиданно становится тот, кого она привыкла не замечать — замкнутый гений-разработчик Илья Соколов. Сможет ли «синтаксис любви» победить холодный расчёт корпоративных войн? И какова цена свободы, если на твоей шее — бриллиантовый ошейник стоимостью в целое состояние?

“Ну же, Мик, посмейся надо мной, — умоляла она. — Я же глупая, ранимая, откровенная дурочка. Так было бы проще всего. В конце концов, я могу ответить ему искренним признанием, и тогда у него пробудится смех, и мы всё тут же закроем. Драме конец!”
— Кажется, рядом с тобой я испытываю давно позабытые чувства.
— Какие же?
— Спокойствие. Стабильность. Чувственность. В этом, собственно, есть какая-то чистая жизнь, — Алиса покрутила рукой в воздухе, пытаясь этим жестом разбавить свою нервозность. — Ты понимаешь, Мик?
Микаэль ни черта не понимал, страдал в догадках, но положительно кивнул.