Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
- Ты моя мама! - тянет девочка за мое платье.
Сердце пропускает удар.
- Нет, нет, малышка, ты ошиблась, - трясу головой.
Суровый мужчина окидывает меня пристальным взглядом, от которого у меня тут же бегут мурашки. Отец и дочь так не похожи. Словно с разных планет.
- Будете нашей няней, - не предлагает.
Он уже все решил.
- Но я пришла устраиваться секретарем, - бормочу в шоке.
- Вам нужны деньги, а мне няня, - его взгляд чистая сталь, сложно оторваться, - и отказов я не принимаю.
Разрыв с женихом и ужасный диагноз позади. Но я не сложила руки. Не отменила назначенное собеседование. Только вместо вакансии секретаря, меня ждала другая. Няня. Для маленькой дочки миллиардера. Теперь я должна жить в его загородном доме и следить за его ребенком. Только вот она все время зовет меня мамой. А он…
Сердце пропускает удар.
- Нет, нет, малышка, ты ошиблась, - трясу головой.
Суровый мужчина окидывает меня пристальным взглядом, от которого у меня тут же бегут мурашки. Отец и дочь так не похожи. Словно с разных планет.
- Будете нашей няней, - не предлагает.
Он уже все решил.
- Но я пришла устраиваться секретарем, - бормочу в шоке.
- Вам нужны деньги, а мне няня, - его взгляд чистая сталь, сложно оторваться, - и отказов я не принимаю.
Разрыв с женихом и ужасный диагноз позади. Но я не сложила руки. Не отменила назначенное собеседование. Только вместо вакансии секретаря, меня ждала другая. Няня. Для маленькой дочки миллиардера. Теперь я должна жить в его загородном доме и следить за его ребенком. Только вот она все время зовет меня мамой. А он…
- Паспорт с собой?
- Что простите?
Таращусь на высокого мужчину в строгом костюме.
- Паспорт! Такая книжечка с дурацкой фоткой. Есть?
- Да, - киваю чисто машинально, - и фотка у меня не дурацкая! Но зачем вы спрашиваете?
- В ЗАГС идем. Расписываться.
Я мать-одиночка, которой очень нужны деньги на операцию дочке. Он заносчивый богач, которому очень нужен фиктивный брак. Мы совершенно разные и не подходим друг другу.
А впереди нас ждет контракт. Контракт длиною в осень.
- Что простите?
Таращусь на высокого мужчину в строгом костюме.
- Паспорт! Такая книжечка с дурацкой фоткой. Есть?
- Да, - киваю чисто машинально, - и фотка у меня не дурацкая! Но зачем вы спрашиваете?
- В ЗАГС идем. Расписываться.
Я мать-одиночка, которой очень нужны деньги на операцию дочке. Он заносчивый богач, которому очень нужен фиктивный брак. Мы совершенно разные и не подходим друг другу.
А впереди нас ждет контракт. Контракт длиною в осень.
— У нас произошла… ошибка, — начинает Киреев, запинаясь. — Несколько лет назад… при одной из процедур ЭКО был использован ваш биоматериал…
Слова оседают в моей голове, как капли яда. Я моргаю, пытаясь понять, правильно ли я его услышал.
— Что? — голос мой режет воздух.
— Простите, господин Громов. Это чудовищное недоразумение. Мы обнаружили всё недавно… после проверок.
— Недоразумение?
— Да, — выдавливает Киреев. — У вас сын. Ему три года.
— Я хочу знать всё, — произношу медленно, каждое слово как удар молота. — Кто она? Как это произошло? Кто эта женщина?
— Мы не можем раскрыть личность матери. Это… нарушение конфиденциальности.
— Нарушение конфиденциальности? — мой голос звенит от ярости.— Поверьте, доктор, вы не хотите видеть меня в суде.
Слова оседают в моей голове, как капли яда. Я моргаю, пытаясь понять, правильно ли я его услышал.
— Что? — голос мой режет воздух.
— Простите, господин Громов. Это чудовищное недоразумение. Мы обнаружили всё недавно… после проверок.
— Недоразумение?
— Да, — выдавливает Киреев. — У вас сын. Ему три года.
— Я хочу знать всё, — произношу медленно, каждое слово как удар молота. — Кто она? Как это произошло? Кто эта женщина?
— Мы не можем раскрыть личность матери. Это… нарушение конфиденциальности.
— Нарушение конфиденциальности? — мой голос звенит от ярости.— Поверьте, доктор, вы не хотите видеть меня в суде.
И… приглушённые звуки, доносящиеся из спальни. Неясный шёпот. Сдавленный смех. Смех, который я знаю много лет. Снежана.
Ледяная игла страха вонзается под рёбра.
— Марк? — спрашиваю неуверенно, хрипло. — Ты дома?
Ответа нет. Только этот шёпот. Ноги несут меня к приоткрытой двери спальни. Рука дрожит, толкая её.
И время останавливается.
Мир сужается до размеров кровати с сатиновым постельным бельём, подобранным мною с любовью. На ней — они. Марк. Человек, чьё кольцо я ношу на пальце. И Снежана. Моя сестра. Девочка, с которой мы с детства делили всё: от конфет до самых сокровенных секретов во взрослой жизни.
Ледяная игла страха вонзается под рёбра.
— Марк? — спрашиваю неуверенно, хрипло. — Ты дома?
Ответа нет. Только этот шёпот. Ноги несут меня к приоткрытой двери спальни. Рука дрожит, толкая её.
И время останавливается.
Мир сужается до размеров кровати с сатиновым постельным бельём, подобранным мною с любовью. На ней — они. Марк. Человек, чьё кольцо я ношу на пальце. И Снежана. Моя сестра. Девочка, с которой мы с детства делили всё: от конфет до самых сокровенных секретов во взрослой жизни.
— Он, знаете ли, всё ищет себе подругу, — продолжает его бывшая жена, понизив голос, словно доверяя мне великую тайну. — Пытается устроить личную жизнь. Но ничего не выходит. Ни одна женщина не пришлась по душе нашей Сонечке. А девочка, вы понимаете, очень ревнует. После нашего с ним развода это естественно.
Каждое её слово — это отточенная стрела.
— Он, бедный, просто разрывается между ними. — Ольга, смотрит с притворным сочувствием. — И конечно, вечно всех женщин бросает. Ради больной дочери.
Она делает паузу, давая ядовитым словам просочиться в меня.
— Вы так хорошо разбираетесь в прекрасном. Наверное, у вас тонкий вкус и в людях. Я бы не хотела, чтобы вы… ошиблись. Матвей может казаться интересным, но в итоге всё всегда заканчивается одинаково. Он выбирает дочь. Женщинам, которые на него надеются, бывает очень больно
Каждое её слово — это отточенная стрела.
— Он, бедный, просто разрывается между ними. — Ольга, смотрит с притворным сочувствием. — И конечно, вечно всех женщин бросает. Ради больной дочери.
Она делает паузу, давая ядовитым словам просочиться в меня.
— Вы так хорошо разбираетесь в прекрасном. Наверное, у вас тонкий вкус и в людях. Я бы не хотела, чтобы вы… ошиблись. Матвей может казаться интересным, но в итоге всё всегда заканчивается одинаково. Он выбирает дочь. Женщинам, которые на него надеются, бывает очень больно
— Лариса, нужно поговорить. Начистоту. Обсудить ситуацию. Как партнёрам.
Партнёрам. Меня бросает в жар.
— Я проанализировал нашу ситуацию, — голос ровный, монотонный, как на отчёте перед акционерами. — Наш брак… это был амбициозный проект. Но проект, увы, убыточный.
Где-то внутри звонко щелкает. Будто ломается тонкая ледяная игла.
— Ты перестала быть активом, — продолжает муж, глядя не на меня, а куда-то в пространство за моим плечом. — Годы процедур, депрессий, этой твоей… апатии. Они съели твой лоск. Мне нужна компания, которая всегда на пике. И жена — часть бренда. Ты же понимаешь.
— Понимаю, — выдыхаю почти беззвучно, просто шевелятся губы.
— Я встретил женщину, — сообщает он, и в его глазах промелькивает что-то, отчего мне становится физически плохо. Не страсть. Нет. Удовлетворение. Как от удачной сделки. — Она молода. Элегантна. У неё… здоровая, ясная энергия. Она готова дать мне наследника. И не будет вечным пациентом клиник.
Партнёрам. Меня бросает в жар.
— Я проанализировал нашу ситуацию, — голос ровный, монотонный, как на отчёте перед акционерами. — Наш брак… это был амбициозный проект. Но проект, увы, убыточный.
Где-то внутри звонко щелкает. Будто ломается тонкая ледяная игла.
— Ты перестала быть активом, — продолжает муж, глядя не на меня, а куда-то в пространство за моим плечом. — Годы процедур, депрессий, этой твоей… апатии. Они съели твой лоск. Мне нужна компания, которая всегда на пике. И жена — часть бренда. Ты же понимаешь.
— Понимаю, — выдыхаю почти беззвучно, просто шевелятся губы.
— Я встретил женщину, — сообщает он, и в его глазах промелькивает что-то, отчего мне становится физически плохо. Не страсть. Нет. Удовлетворение. Как от удачной сделки. — Она молода. Элегантна. У неё… здоровая, ясная энергия. Она готова дать мне наследника. И не будет вечным пациентом клиник.
— Катя, я всё объясню! Аня — это прошлое, а ребенок… ну так вышло! — трусливо шепчет мой гражданский муж, пока его тайная семья ждет в салоне.
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
Я сжимала в руке под столом тест на беременность с двумя долгожданными полосками, а любимый мужчина признавался, что изменил мне с бывшей девушкой.
— Не притворяйся, что не узнала меня, — через годы сказал мне Влад. — Это ведь мой ребёнок, Аглая?
Он склоняет голову к плечу, словно под другим ракурсом рассматривая нас с Идой, и я не выдерживаю:
— Нет. Это только мой ребёнок, Влад.
Он никогда не узнает, что в тот вечер предал не только меня.
Больно. Жизненно. Эмоционально.
— Не притворяйся, что не узнала меня, — через годы сказал мне Влад. — Это ведь мой ребёнок, Аглая?
Он склоняет голову к плечу, словно под другим ракурсом рассматривая нас с Идой, и я не выдерживаю:
— Нет. Это только мой ребёнок, Влад.
Он никогда не узнает, что в тот вечер предал не только меня.
Больно. Жизненно. Эмоционально.
Катя выпрямляется, оглядывает всех и улыбается, словно мы на каком-то торжестве, а не на похоронах.
- Давайте честно. Витя был так себе человеком. Спился и ладно.
В воздухе будто лопается стекло.
Сосед слева закашливается, а сестра бледнеет, закрывая лицо руками.
По комнате разносится шепот.
- Это что за выходки? - раздраженно произносит мой супруг Юра.
- Так вот. Умер и ладно. На самом деле плевать! Рада сообщить, раз уж вся родня и близкие в сборе, что уход этого мужчины совсем не огорчил. А еще — я счастлива по причине того, что у меня хорошие гены. Потому что Витек мне — не папа. Настоящий отец жив. И он здесь.
Мертвая, звенящая тишина.
Света неожиданно вскрикивает.
- Катя… что ты несешь…
- Правду, мама. Я давно все знаю. Истина и убила того, кого ты мне впихнула, как отца!
Ощущение, что комната начинает кружиться.
Юра тихо выдыхает:
- Очуметь...
- Давайте честно. Витя был так себе человеком. Спился и ладно.
В воздухе будто лопается стекло.
Сосед слева закашливается, а сестра бледнеет, закрывая лицо руками.
По комнате разносится шепот.
- Это что за выходки? - раздраженно произносит мой супруг Юра.
- Так вот. Умер и ладно. На самом деле плевать! Рада сообщить, раз уж вся родня и близкие в сборе, что уход этого мужчины совсем не огорчил. А еще — я счастлива по причине того, что у меня хорошие гены. Потому что Витек мне — не папа. Настоящий отец жив. И он здесь.
Мертвая, звенящая тишина.
Света неожиданно вскрикивает.
- Катя… что ты несешь…
- Правду, мама. Я давно все знаю. Истина и убила того, кого ты мне впихнула, как отца!
Ощущение, что комната начинает кружиться.
Юра тихо выдыхает:
- Очуметь...
⬆︎ в тексте книги этого нет.
Муж предатель! Ух она ему устроет! В бане! Веником дубовым отхлестает! По ж*пе!
(и это не шутка, главная героиня именно это и сделает)
Им было уже давно за сорок. Дети выросли, и семейная жизнь стала слегка скучной. И в один прекрасный момент супруг стал как-то странно себя вести. Затеял он что-то, а что – непонятно. Женщина стала думать о неладном. О плохом и скверном. Но дети стали успокаивать мать и говорить, что, мол, всё в порядке… Но что-то подсказывало женской неспокойной душе, что всё ой как не гладко…
В тексте будет:
✅ Решительно настроенная женщина
✅ Негодяй-мужчина
✅ Сыновья-предатели
😸 Или всё не то, чем кажется?
🥞 Ах, масленица! Ах, блинчики! Ох, оладушки! 🤤 ням.
❌🤖 Текст рассказа написан без ИИ. Только хардкор! Перед прочтением обязательно ознакомьтесь с дисклеймером в первой главе.
Муж предатель! Ух она ему устроет! В бане! Веником дубовым отхлестает! По ж*пе!
(и это не шутка, главная героиня именно это и сделает)
Им было уже давно за сорок. Дети выросли, и семейная жизнь стала слегка скучной. И в один прекрасный момент супруг стал как-то странно себя вести. Затеял он что-то, а что – непонятно. Женщина стала думать о неладном. О плохом и скверном. Но дети стали успокаивать мать и говорить, что, мол, всё в порядке… Но что-то подсказывало женской неспокойной душе, что всё ой как не гладко…
В тексте будет:
✅ Решительно настроенная женщина
✅ Негодяй-мужчина
✅ Сыновья-предатели
😸 Или всё не то, чем кажется?
🥞 Ах, масленица! Ах, блинчики! Ох, оладушки! 🤤 ням.
❌🤖 Текст рассказа написан без ИИ. Только хардкор! Перед прочтением обязательно ознакомьтесь с дисклеймером в первой главе.
Выберите полку для книги