Книги в жанре «Романы о неверности»

– Паш, дай пройти. – сказала мужу, пытаясь пройти в квартиру.
Именно в этот момент из глубины квартиры послышались лёгкие шаги. А через секунду в коридоре появилась молодая женщина.
На ней был мой халат, мои тапочки.
Женщина подошла ближе. Потом остановилась рядом с Пашей и без всякого стеснения обняла его. Прижалась к нему всем телом.
– Эта замухрышка и есть твоя жена?
У меня перехватило дыхание от шока и недоумения.
А наша с Пашей дочка продолжала плакать, пока я укачивала ее, прижимая к груди.
– Паша, объясни мне, что происходит? – произнесла я, отказываясь принимать правду.
– Мы с Ладой вместе, – наконец произнёс он.

Нас с дочкой выписали из больницы, а приехав домой, я застала мужа с другой. И, как оказалось, на этом «сюрпризы» не закончились.

- Ты серьезно требуешь развод из-за какой-то интрижки? - невозмутимо спрашивает муж.
Я смотрю на него и не узнаю человека, которого любила столько лет.
- Она беременна от тебя, - шепчу еле слышно.
- Это ничего не меняет! Ты моя жена, мы семья. А там... просто так получилось...

Из одного случайного разговора я узнала, что ребенка, о котором я мечтала годами, муж решил завести с другой.
Пока я верила в наш брак, муж скрывал не только любовницу. Он скрывал правду о нашем отельном бизнесе.
Я ухожу, уверенная, что потеряла все. Но в одном из наших отелей встречаю мужчину, который принимает меня за обычную сотрудницу...

— Как ты узнал моё имя?
— Спросил.
— У кого?
— У девушки, которая сидела через ряд. Светлые волосы, зелёная кофта. Она знала.
— Это немного странно, — сказала я.
— Мне было проще узнать, чем весь разговор думать «эй» или «слушай». Ты из тех, кому важно, что к ним обращаются по имени?
Я опять не нашлась с ответом сразу. Он задавал вопросы как-то так, что на них хотелось отвечать честно — без защитного «нормально» и «всё равно».
— Наверное, да, — сказала я наконец.
Он кивнул — коротко, как будто запомнил.
— Меня Дима, — сказал он. — Смирнов. Чтобы не было асимметрии.
Дима. Я угадала.
Мы пошли гулять после его третьей пары — я ждала, хотя потом долго не могла объяснить себе зачем. Просто осталась. Просто пошла, когда он сказал «подожди пятнадцать минут». Просто — и всё.
Идя вдоль аллеи под липами, которые уже начинали желтеть по краям, я вдруг почувствовала что-то похожее на покой. Город гудел где-то за оградой, но здесь, внутри, было тихо и по-своему уютно.

Дана привыкла быть виноватой: во всём и всегда. Пять лет удушающего брака научили её главному правилу — за каждую секунду счастья придётся платить с процентами. Но появление в больнице нового заведующего, циничного и высокомерного хирурга Меньшова, ломает её привычную оборону. Сможет ли он переписать анатомию её израненной души?

Я не знала, что он женат. Он сам меня нашёл. Сам предложил вспомнить прошлое. Сам задёрнул шторы в гостиничном номере, пока я верила, что у нас второй шанс. А утром исчез и я осталась одна разглядывать его страницу в соцсетях. Жена. Двое детей. Свадьба через полгода после того, как мы расстались.
А три года назад он сказал мне, что не готов к детям.

— Марат, у меня завтра УЗИ в десять, ты обещал...

— Юля. - Одно слово, и в нем - все. Усталость от меня. Раздражение мной. Скука, которая тяжелее ненависти, потому что ненависть - это хотя бы чувство, а скука - это когда человек для тебя перестал существовать, но еще не успел исчезнуть физически. - Я тебе что, таксист? Вызови Яндекс. Или пешком дойди, тебе полезно.

Он бросил трубку. Не попрощался - потому что прощаются с людьми, а я давно перестала быть для него человеком. Я стала функцией. Жена-функция: готовит, убирает, молчит, носит его ребенка и не отсвечивает.

— Что Маратик? - Свекровь уже расставляла тарелки - две. Всегда две. Для Марата она ставила третью, но для меня - никогда: я ела потом, после них, как прислуга в дореволюционном имении, которую терпят, потому что она знает, где лежит серебро.

— Задерживается. Операция.

— Ну конечно. - Тамара Геннадьевна села за стол, расправила салфетку на коленях и посмотрела на меня с тем выражением фальшивого сочувствия,

Елизавета считала свой брак идеальным, пока в дверь не упал конверт. Фото с изменой мужа — и мир рухнул. Скандал, развод, бегство в деревню. Но правда оказывается страшнее лжи: Антон не предавал. Его подставили. Теперь он должен найти не только жену, но и доказательства своей невиновности. Сможет ли их любовь пережить предательство которого не было?

«Я не могу иметь детей. А ты — можешь. И вот доказательство», — сказала Анна и положила на стол результаты ДНК. Вадим сходил с ума: он не помнил ту женщину. Не помнил ту ночь. Но сын был точной копией его. Прошел год. Любовница погибла. Вадим остался один с чужим, по документам, ребенком. И только одна женщина на свете могла бы помочь. Та, которую он предал, сам того не желая. Та, чье сердце он разбил.

Муж изменил? Плевать. Я забираю квартиру, кота и иду работать к чёрту в зубы. Проблема только в том, что мой новый босс — это сам Люцифер в идеальном костюме. Марк Чистяков придирается даже к тому, как я дышу. Мы ненавидим друг друга так страстно, что коллеги боятся подходить к кофемашине. Но когда мой токсичный бывший решает меня добить, этот «деспот» вдруг становится моим рыцарем. И делает предложение. Вот только он серьёзно? Или это очередной план довести меня до инфаркта?

– Карина! – орет Гриша под окнами роддома. – У меня сын! Сын!
Стою в палате с новорожденным сыном на руках и смотрю во двор. Там мой муж, приехал поздравить меня… вместе с какой-то расфуфыренной женщиной.
Да только она не поздравляет. Она тащит его обратно в машину.
– Гриш, ну хватит уже! Поздравил, достаточно. Поехали!
А тот и не сопротивляется.
– Гриша! – зову.
Он поднимает голову.
– Это кто?
Но незнакомка отвечает первой:
– Никуда эта баба и твой сын не денутся, – произносит демонстративно громко, на весь двор. – Поехали уже…
– Завтра приеду, – машет мне муж досадливо. – Наверное…
И в этот момент я понимаю, что мужа у меня больше нет.
И отца у моего сына тоже.
Но Гриша оказался с этим не согласен.
– Да кому ты нужна в таком состоянии? – заявил, когда я отказалась возвращаться в его квартиру. – Вот Лиза хотя бы адекватна… Надо будет, и без тебя обойдусь. Сыну мать не обязательно нужна.