Книги в жанре «Психологическая драма» по тегу «luchshee»

Ей тридцать пять. В руках — мел, в душе — давно погасший огонь. Она учит детей писать сочинения о счастье, но сама давно разучилась чувствовать. Очередной учебный год превращается в череду испытаний: конфликт с директором, уход мужа и внезапная встреча с человеком из прошлого. Перед ней встает вопрос, который страшнее любого экзамена: а что, если всё, чему она учила других — ложь? Взрослая проза о том, как переписать свою жизнь, когда старые сценарии уже не работают.

Я случайно узнала, что у моего мужа есть другая.
Ложь, которую он скрывал от меня слишком долго.
Я думала, что на этом наша история закончена. Но оказалось, измена Максима — лишь часть страшной тайны. И чем ближе я подбираюсь к правде, тем сильнее понимаю: человек, которому я больше всего доверяла, всё это время водил меня за нос.
А тот, кого я считала своим врагом, неожиданно становится единственным мужчиной, рядом с которым моё сердце снова начинает биться.
Но можно ли полюбить, когда прошлое ещё не отпустило?

Этот роман — не о смерти. Это роман о тех, кто остаётся.

Мы привыкли думать, что самое страшное — умереть. Но на самом деле самое страшное — продолжать жить, когда внутри всё умерло. Лиза каждый день доказывает себе, что она сильная. Но сила не в том, чтобы не плакать. Сила — в том, чтобы встать с колен, когда мир обрушился на тебя дважды.

Доктор Дмитрий говорит ей: «Твой сын видит только тень матери. Позволь себе быть живой». И это самое жестокое и самое целительное, что можно услышать, когда теряешь всё.

Даже если сейчас вам кажется, что солнце погасло навсегда — просто подождите. Кто-то обязательно протянет вам ладонь, чтобы согреть. Даже в самых стерильных стенах. Даже в самой тёмной ночи.

— Володя, что с тобой происходит в последнее время? — не выдержала я, откладывая вилку. — Ты сам не свой. Красишь волосы, задерживаешься на работе, витаешь в облаках. У тебя... кто-то есть?
Владимир поперхнулся чаем и закашлялся. Его лицо пошло красными пятнами.
— С чего ты взяла? — просипел он, вытирая губы салфеткой. — Нет у меня никого. Просто... кризис среднего возраста, наверное. Ты же знаешь, мне пятьдесят стукнуло. Переоценка ценностей и все такое.
Он врал. Я видела это по его глазам, по тому, как дрожали пальцы, сжимающие чашку. Но я не стала настаивать. Я почувствовала себя лицемеркой. Как я могу требовать от него честности, если сама вру каждый божий день?

Два морских офицера влюбились в одну и ту же девушку. Но только Дмитрию она отдала свое предпочтение, и они поженились перед выходом в рейд.
Алексей затаил злобу на друга и во время шторма на палубе корабля ударил Дмитрия, отчего тот не удержался и улетел за борт. Выжить ему помог спасательный жилет. После суток болтанок в океане выбросил на небольшой островок.
Возвратится ли Дмитрий на Родину? И как поведет себя Алексей после случившегося с другом?

Жизнь — истории, что мы рассказываем сами себе.

Это история о Тихоне, который больше не планировал никого впускать в свою жизнь. У него был план: страдать, пить и изредка рисовать. Всё пошло не по плану, когда в его мастерскую судьбы влетела француженка с острым языком и стаканчиком кофе.

Эдит тоже не планировала ни во что влюбляться. Она вообще приехала в Москву не за этим. Но жизнь имеет специфическое чувство юмора. И когда двое людей, знающих о смерти больше, чем сто́ит, сталкиваются друг с другом, начинается другая история — не о спасении, но о выборе, определившем не только производную смерти, но и всей жизни.

Но эта история совсем не о любви...

— Мам, зачем тебе свидание? У тебя же я есть.

Мне тридцать девять, я учительница, мать первокурсника и три года как в разводе. Я отлично знаю, что нужно сыну, школе и всем вокруг. Только на простой вопрос — чего хочу я сама — отвечать разучилась.

Антон — врач и разведённый отец шестнадцатилетней дочери. Рядом с ним я снова надеваю любимое платье, покупаю совершенно ненужную сахарницу и вспоминаю, как это — быть не только мамой.

Но у наших детей свои страхи, а у Антона — опасная привычка откладывать честные разговоры. Я не прошу его выбирать между мной и дочерью. Мне нужно своё место в его жизни.

В зале Палаты дознания звучат сухие формулы вопросов.

Перед магистрами предстала девушка из южных земель. Когда-то она стояла слишком близко к трону. Теперь от неё требуют правды. Или... нужной версии правды.

Протокол фиксирует каждое слово. Но между строк остается то, что не поддается записи. История о доверии, близости к власти и цене, которую приходится платить тем, кто стоял слишком близко к трону.

Я была его четвёртой личной ассистенткой за полгода. Трое предыдущих уволились. Одна — с нервным срывом. Вторая — просто исчезла, оставив на столе ключи и записку: «Я не могу дышать в этом воздухе». Третья — получила повышение в другом департаменте, но ходили слухи, что она плакала в туалете каждый день в течение месяца.
Почему я осталась? Почему я, магистр психологии с красным дипломом, женщина, которая могла бы преподавать в университете или работать в частной клинике, выбрала роль секретаря для тирана?
Потому что мне было скучно. Потому что обычные мужчины казались мне пресными, предсказуемыми, лишёнными глубины. Они искали лёгкости, комфорта, подтверждения своей значимости через лесть. Максим Волков не нуждался ни в чём из этого. Ему нужна была эффективность. Абсолютная, бескомпромиссная эффективность. И в этой потребности я видела вызов. Вызов, который заставлял мою кровь кипеть.
Дверь кабинета открылась. Бесшумно. Из неё вышел курьер, бледный, с дрожащими руками...

Один дом. Трое мужчин. Никаких замков.
Она пришла к ним продавать Библии, но вместо денег получила… всё.
Кай контролирует её каждое движение, Ной наблюдает из тени, а Джей смеётся и целует в щёку, как будто так и надо.
Оливия не понимает, зачем они держат её рядом. Но постепенно она перестаёт бояться — и начинает жить.
Их прикосновения грубы, их слова резки, их прошлое кроваво — но с ними она впервые чувствует себя собой. И когда родная мать пытается забрать её назад, Оливия делает выбор.
Трое против всего мира. И она — на их стороне.