Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «besplatnie»
‼️ЗАВТРА СТАНЕТ ПЛАТНО!
— Через две недели я женюсь. На другой.
Выгибаю бровь, не понимая. Это шутка такая? Если да, то очень нелепая. Ведь недавно он признавался мне в любви. Вчера целовал в шею, говорил, что жить без меня не может. А теперь...
— Это не смешно.
— Амина, я устал играть. Из-за тебя и твоей матери отец нас бросил. Мы с братьями не жили, а выживали... Да и... думаешь, я мог полюбить толстушку? Зачем, когда есть прекрасная невеста?
— Играть? Толстушка? — оглядываю себя со злой усмешкой. — Невеста? Рома, что ты...
— Я тебя никогда не любил! — добивает окончательно.
— А я тебя так любила... — вырывается шепот.
Роман ушел, а я стала моделью, которую знает весь мир. Он преподал мне урок, сделал из меня оружие... Никогда его не прощу, несмотря на то, что храню нашу тайну. Общую тайну...
— Через две недели я женюсь. На другой.
Выгибаю бровь, не понимая. Это шутка такая? Если да, то очень нелепая. Ведь недавно он признавался мне в любви. Вчера целовал в шею, говорил, что жить без меня не может. А теперь...
— Это не смешно.
— Амина, я устал играть. Из-за тебя и твоей матери отец нас бросил. Мы с братьями не жили, а выживали... Да и... думаешь, я мог полюбить толстушку? Зачем, когда есть прекрасная невеста?
— Играть? Толстушка? — оглядываю себя со злой усмешкой. — Невеста? Рома, что ты...
— Я тебя никогда не любил! — добивает окончательно.
— А я тебя так любила... — вырывается шепот.
Роман ушел, а я стала моделью, которую знает весь мир. Он преподал мне урок, сделал из меня оружие... Никогда его не прощу, несмотря на то, что храню нашу тайну. Общую тайну...
- Марина ты с ума сошла со своей ревностью! Что ты хочешь знать?. - Муж смеется мне в лицо. -
- Кто она! Не делай из меня дуру!
- Ты и так дура, и была ею всю жизнь, - Марк трет переносицу. - Дальше своего носа ничего не видишь!
- И зачем ты со мной живёшь? Вот заявление на развод, ты свободен!
- Я никогда не дам тебе развод. Репутация хорошего семьянина - огромный плюс в моей репутации. А тебе предлагаю помалкивать!
Премия "Финансист года" принесла нам не только победу, но и новость, что у мужа есть любовница .
Марк думает, что я промолчу и смирюсь? Нет! Он еще сильно пожалеет о своем поступке.
- Кто она! Не делай из меня дуру!
- Ты и так дура, и была ею всю жизнь, - Марк трет переносицу. - Дальше своего носа ничего не видишь!
- И зачем ты со мной живёшь? Вот заявление на развод, ты свободен!
- Я никогда не дам тебе развод. Репутация хорошего семьянина - огромный плюс в моей репутации. А тебе предлагаю помалкивать!
Премия "Финансист года" принесла нам не только победу, но и новость, что у мужа есть любовница .
Марк думает, что я промолчу и смирюсь? Нет! Он еще сильно пожалеет о своем поступке.
❤️ Б Е С П Л А Т Н О ❤️
Ей 36. Она врач-рентгенолог, одна тянет двоих сыновей и привыкла ни на что не жаловаться. Ее жизнь — это ночные дежурства, готовка, уроки и вечная усталость. Места для себя в этой жизни давно не осталось.
Ему 41. Он работает там, где стреляют, и давно разучился верить в тихое счастье. Случайный отпуск приводит его в ее город, а тяжелый взгляд впервые за много лет цепляется за женщину, которая не бежит за ним, а спокойно занимается своим делом.
Она раздражает его своей независимостью и притягивает сильнее любого магнита. Он пугает ее своей настойчивостью, но однажды ночью в ее окнах зажигается свет...
Ей 36. Она врач-рентгенолог, одна тянет двоих сыновей и привыкла ни на что не жаловаться. Ее жизнь — это ночные дежурства, готовка, уроки и вечная усталость. Места для себя в этой жизни давно не осталось.
Ему 41. Он работает там, где стреляют, и давно разучился верить в тихое счастье. Случайный отпуск приводит его в ее город, а тяжелый взгляд впервые за много лет цепляется за женщину, которая не бежит за ним, а спокойно занимается своим делом.
Она раздражает его своей независимостью и притягивает сильнее любого магнита. Он пугает ее своей настойчивостью, но однажды ночью в ее окнах зажигается свет...
– Простите, тетенька, но этот дом уже занят! – мужчина, чуть за тридцать, накачанный, и явно демонстрирующий свою силу богатырскую, закатав рукава, рубит дрова... в моем дворе. И явно хамит мне.
Губу раскатал – в нашу баньку собрался.
– Да, этот дом занят мной и моей дочкой! – показываю на уставшую от прогулки Машеньку. Дочку покусали комары в лесу, и она вся сейчас чешется и покрылась пятнами.
–У вашей дочки чесотка? Или ветрянка?
– Сам такой! – бубнит Машка, понимая, что этот мужлан что–то имеет против нее.
Она- счастливо разведена, Виталина Лебедева, 24 года, ординатор, будущий пластический хирург, детдомовская девочка
Дочь Машенька 4 года - еще та ягодка
Егор Золотарев, 33 года, вояка, спецназовец, к браку не привлекался
И снова добро пожаловать в Рыльцево!
Губу раскатал – в нашу баньку собрался.
– Да, этот дом занят мной и моей дочкой! – показываю на уставшую от прогулки Машеньку. Дочку покусали комары в лесу, и она вся сейчас чешется и покрылась пятнами.
–У вашей дочки чесотка? Или ветрянка?
– Сам такой! – бубнит Машка, понимая, что этот мужлан что–то имеет против нее.
Она- счастливо разведена, Виталина Лебедева, 24 года, ординатор, будущий пластический хирург, детдомовская девочка
Дочь Машенька 4 года - еще та ягодка
Егор Золотарев, 33 года, вояка, спецназовец, к браку не привлекался
И снова добро пожаловать в Рыльцево!
— Вы вообще понимаете, что это похищение?! Уголовная статья! Двадцать первый век на дворе, а вы людей воруете! Куда вы меня везёте?!
С переднего сиденья доносится спокойный мужской голос:
— На свадьбу.
— Я уже была на свадьбе!
— На чужой, птичка. Теперь поедем на нашу.
Вот и сходила я на свадьбу любимой тёти.
Вообще-то кража невесты должна быть красивым обычаем. Веселым, со счастливыми родственниками и эффектными видео для соцсетей.
Только я не невеста!
Я обычная учительница начальных классов.
По крайней мере, была ею до встречи с Зауром Ахмедовым.
Потому что этот невозможный мужчина почему-то решил, что украсть меня — хорошая идея.
А сделать своей женой — ещё лучше!
С переднего сиденья доносится спокойный мужской голос:
— На свадьбу.
— Я уже была на свадьбе!
— На чужой, птичка. Теперь поедем на нашу.
Вот и сходила я на свадьбу любимой тёти.
Вообще-то кража невесты должна быть красивым обычаем. Веселым, со счастливыми родственниками и эффектными видео для соцсетей.
Только я не невеста!
Я обычная учительница начальных классов.
По крайней мере, была ею до встречи с Зауром Ахмедовым.
Потому что этот невозможный мужчина почему-то решил, что украсть меня — хорошая идея.
А сделать своей женой — ещё лучше!
— Не начинай.
— Да я и не начинаю. Я так, освежаю память. — Голос у меня стал звеняще-тихим. — Знаешь, в чём ты прав? Я действительно была дурой. Пятнадцать лет не замечала элементарных вещей. Твои «ночные совещания» по субботам. Вторую симку в подкладке пиджака. Чеки из «Астории», которые я сама выгребала из твоих джинсов перед стиркой и выкидывала, потому что верила тебе как себе.
— Марина...
— Вот в этом я была конченой идиоткой, а с остальным я как-нибудь справлюсь.
— Ты сама во всём виновата, — процедил он сквозь зубы. — Ты хоть раз задумалась, каково мне было? Приходишь домой там стерильно, ужин на столе, и тётка, из которой два слова за вечер не вытянешь! Ты меня не любила, Марина. Ты меня обслуживала. Понимаешь разницу?
— Понимаю, — кивнула я. — Только вспомнил ты об этом как-то очень вовремя. Когда пригорело.
— Я живой человек! Мне тепла хотелось!
— Иди и ищи. Дверь за спиной.
— Да я и не начинаю. Я так, освежаю память. — Голос у меня стал звеняще-тихим. — Знаешь, в чём ты прав? Я действительно была дурой. Пятнадцать лет не замечала элементарных вещей. Твои «ночные совещания» по субботам. Вторую симку в подкладке пиджака. Чеки из «Астории», которые я сама выгребала из твоих джинсов перед стиркой и выкидывала, потому что верила тебе как себе.
— Марина...
— Вот в этом я была конченой идиоткой, а с остальным я как-нибудь справлюсь.
— Ты сама во всём виновата, — процедил он сквозь зубы. — Ты хоть раз задумалась, каково мне было? Приходишь домой там стерильно, ужин на столе, и тётка, из которой два слова за вечер не вытянешь! Ты меня не любила, Марина. Ты меня обслуживала. Понимаешь разницу?
— Понимаю, — кивнула я. — Только вспомнил ты об этом как-то очень вовремя. Когда пригорело.
— Я живой человек! Мне тепла хотелось!
— Иди и ищи. Дверь за спиной.
- Собирай вещи, Ди. Теперь ты принадлежишь Юсупову!
- Нет, вы не можете...
- Можем. Пора отрабатывать еду и кров, которые тебе давали все эти годы.
В мой день рождения приёмные родители продали меня старому кавказскому извращенцу, против моей воли!
Сам Юсупов, похожий на крота, сидит в кресле и облизывается.
- Давно я мечтал о второй жене. Ты отлично подходишь на эту роль, Дюймовочка. Молодая, красивая, послушная... со мной скучать не придётся.
Я пытаюсь вырваться, но старик не отпускает.
- Жаль, конечно, что пока мне придётся срочно отлучиться по бизнесу на пару дней, - усмехается Юсупов, - но это нестрашно, ко мне в особняк тебя отвезёт мой партнёр, глава крупной охранной фирмы, Азат Каримов.
Только у этого жестокого и властного Азата на меня другие планы.
И до особняка Юсупова он меня не довезёт...
- Нет, вы не можете...
- Можем. Пора отрабатывать еду и кров, которые тебе давали все эти годы.
В мой день рождения приёмные родители продали меня старому кавказскому извращенцу, против моей воли!
Сам Юсупов, похожий на крота, сидит в кресле и облизывается.
- Давно я мечтал о второй жене. Ты отлично подходишь на эту роль, Дюймовочка. Молодая, красивая, послушная... со мной скучать не придётся.
Я пытаюсь вырваться, но старик не отпускает.
- Жаль, конечно, что пока мне придётся срочно отлучиться по бизнесу на пару дней, - усмехается Юсупов, - но это нестрашно, ко мне в особняк тебя отвезёт мой партнёр, глава крупной охранной фирмы, Азат Каримов.
Только у этого жестокого и властного Азата на меня другие планы.
И до особняка Юсупова он меня не довезёт...
— Теперь я твой телохранитель, принцесса, — мужчина берёт меня за подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза. — И теперь ты подчиняешься мне.
Всю жизнь мной командовала мать. Она решала, как мне выглядеть, что есть, с кем общаться и даже как улыбаться. Для всего мира я — успешная модель с идеальной жизнью. Но никто не знает, что происходит за закрытыми дверями нашего дома…
Когда у меня появляется сталкер, мать нанимает самого опасного телохранителя города.
Булата.
Холодного. Жестокого. Мужчину, который никогда не нарушает своих правил.
Он должен был лишь защищать меня.
Но однажды мы переступаем черту…
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Всю жизнь мной командовала мать. Она решала, как мне выглядеть, что есть, с кем общаться и даже как улыбаться. Для всего мира я — успешная модель с идеальной жизнью. Но никто не знает, что происходит за закрытыми дверями нашего дома…
Когда у меня появляется сталкер, мать нанимает самого опасного телохранителя города.
Булата.
Холодного. Жестокого. Мужчину, который никогда не нарушает своих правил.
Он должен был лишь защищать меня.
Но однажды мы переступаем черту…
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Я простая уборщица, а он богатый и красивый мужчина.
И мой босс! Между нами ничего не может быть!
Или ... может?!
***
— Сиди смирно! — яростно шепчет Громов и крепче прижимает меня к себе. — Веди себя влюблённо!
Я хлопаю глазами и совсем не могу совладать со своим дыханием. Вернее, я просто не дышу! Ручища босса сцапала меня так, что шелохнуться боюсь.
— Зачем я вам? — пищу сдавленно, пытаясь не ощущать, какие горячие ладони у Громова и как моё тело на них реагирует.
— Побудешь моей ба.. женщиной, — прокашливается босс. — Это недолго и совсем не больно. Вернее, очень приятно.
И в подтверждение этого ведёт ладонью выше по моей спине, рождая явный ответ в моём теле — ему приятно!
И Громов это понимает! Это написано на его самодовольном красивом лице.
Мамочки, как я из этого выпутаюсь?! И … хочу ли?
И мой босс! Между нами ничего не может быть!
Или ... может?!
***
— Сиди смирно! — яростно шепчет Громов и крепче прижимает меня к себе. — Веди себя влюблённо!
Я хлопаю глазами и совсем не могу совладать со своим дыханием. Вернее, я просто не дышу! Ручища босса сцапала меня так, что шелохнуться боюсь.
— Зачем я вам? — пищу сдавленно, пытаясь не ощущать, какие горячие ладони у Громова и как моё тело на них реагирует.
— Побудешь моей ба.. женщиной, — прокашливается босс. — Это недолго и совсем не больно. Вернее, очень приятно.
И в подтверждение этого ведёт ладонью выше по моей спине, рождая явный ответ в моём теле — ему приятно!
И Громов это понимает! Это написано на его самодовольном красивом лице.
Мамочки, как я из этого выпутаюсь?! И … хочу ли?
Константин вежливо кивает ей в знак согласия, но перед тем, как повернуться к выходу, смотрит на меня и тепло произносит:
– Спасибо за гостеприимство, Катя. И за потрясающий полдник.
Юлия Васильевна при звуках моего имени едва заметно щурится, но тут к пилоту подбегает Алешка. Мой сын робко протягивает мужчине свою драгоценную пластиковую модельку Ту-144. Ту самую, с которой он не расставался даже за обедом.
– Дядя Костя, возьмите, – решительно говорит Алеша. – Пусть он летает с вами в кабине. Как талисман. Чтобы моторы никогда не ломались.
В группе на секунду повисает тишина. Юлия Васильевна недовольно поджимает губы, явно считая детский искренний жест глупой заминкой, но Константин Юрьевич внезапно опускается на одно колено прямо перед моим сыном. Он бережно, словно высшую государственную награду, принимает из маленьких ладошек потертую игрушку. Его карие глаза теплеют, а на лице появляется такое трогательное выражение признательности, что у меня сжимается сердце.
– Спасибо за гостеприимство, Катя. И за потрясающий полдник.
Юлия Васильевна при звуках моего имени едва заметно щурится, но тут к пилоту подбегает Алешка. Мой сын робко протягивает мужчине свою драгоценную пластиковую модельку Ту-144. Ту самую, с которой он не расставался даже за обедом.
– Дядя Костя, возьмите, – решительно говорит Алеша. – Пусть он летает с вами в кабине. Как талисман. Чтобы моторы никогда не ломались.
В группе на секунду повисает тишина. Юлия Васильевна недовольно поджимает губы, явно считая детский искренний жест глупой заминкой, но Константин Юрьевич внезапно опускается на одно колено прямо перед моим сыном. Он бережно, словно высшую государственную награду, принимает из маленьких ладошек потертую игрушку. Его карие глаза теплеют, а на лице появляется такое трогательное выражение признательности, что у меня сжимается сердце.
Подборка книг
Выберите полку для книги