Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»

Случайно ввалиться в туалет к девушке со спущенными штанами: что может быть забавнее?
- Барышня, вам, может, чем помочь?
- Мужчина, в руках себя…
- Так я вот: держу в руках! Как тебе?
Она убежала, а я захотел продолжения знакомства.
Только она испекторша, а я спасатель горного ПСО. И нам придется вместе работать. Так что не надо нос воротить, она еще просто не знает, какое счастье ей привалило. Я ее достану, отвечаю! А бывший ее, знаете, куда пойдет?

– Твой жених – мой любовник! Мы с Севой спим уже целый год! – смеётся мне в лицо младшая сестра. – Пока ты думала, что твой благоверный уехал на очередное задание спасать людей, он был у меня! Не было никаких командировок!
Слова Инги бьют в самое сердце. Я не верю…
– Всеволод целый год метался между мной и тобой, да всё никак не мог выбрать, кто из нас лучше. Но… Он принял решение! Он любит только меня, а ты для него была всего лишь игрушкой!
Слёзы льются по моим щекам, и я кладу руки на плоский, без единого намёка на беременность, живот. Мерзавка замечает это.
– Надо же, ты беременна! Я тоже ношу ребёнка от Всеволода! Твой щенок ему не нужен!
В следующий миг пол содрогается, и я понимаю – землетрясение… Инга в панике толкает меня в грудь. Я падаю, а она выбегает из комнаты. Я остаюсь одна в здании, которое вот-вот разрушится.

— Я долго жил с ошибкой… Но с сегодняшнего дня свободен.
Он наклонился и поцеловал её. В висок. Нежно. Так, как целовал меня, когда я засыпала у него на плече.
— Завтра подам на развод. Это всё, что тебе нужно знать.
— Это всё, что мне нужно знать?! Пять лет, Громов! Пять лет — и «это всё, что тебе нужно знать»?! Как ты мог?
— Не люблю больше…
Гром. Раскат — низкий, долгий, от края до края неба. Как будто небо раскололось пополам.
Громов. Гром... Как символично. И как больно.
— Я не знал, как тебе сказать. Жалел, наверное. Думал ещё. Не решил. Кто горячее в постели… Она победила.
— Однажды ты подарил мне крылья, помнишь? Ты так и сказал — «ты мои крылья». А сегодня — оторвал.
Секунда. Одна секунда между его последним словом и моей рукой.
И звонкая пощёчина.
— Прощай, Громов. Навсегда…

***

Я шла и считала шаги. Чтобы не кричать.
Потому что внутри бьётся маленькое сердце.
Сирень бросила в урну. Кольцо — сняла.
Но и представить не могла, что ждёт нас впереди...

— Завтра в девять все будет готово к нашему разводу, — вдруг произносит муж.
Мне кажется, я ослышалась.
— Адвокаты уже подготовили соглашение. Тебе останется подписать, и ты свободная женщина, можешь вернуть себе свою фамилию.
Каждое его слова бьет, словно камнем по сердцу.
— Рустам... что за шутки?
— Никаких шуток. Наш брак подошел к своему логическому концу.
Он смотрит на меня тяжелым взглядом.
— Вчера утром все было нормально, а сегодня ты сообщаешь, что нас разводят. Объясни хотя бы почему.
— Потому что брак был ошибкой. Ты это знаешь. Я знаю.
— Я не знаю!
Я думала, ты ко мне привык. Думала, мы влюбились друг в друга. Думала, мы строим семью.
— Завтра в девять. Не опаздывай. Нам нужно это закончить, Тася.
От его ласкового произношения моего имени, внутри все сжимается.
— Рустам...
Он останавливается, но не оборачивается.
— Ты что-то хотела сказать?
Всего два слова.
Я беременна.
— Нет.

— Ты должна была сообщить о своем визите.
— Хотела поесть принести. Думала, ты голодный. А ты, я смотрю, другим способом свой голод утоляешь.
— Прекрати паясничать. Развела мне тут детский сад, — Рома закатывает глаза, и этот жест бьет сильнее любой пощечины.
— Зато у тебя все по-взрослому, — криво усмехаюсь.
— Послушай, это ничего не значит. Просто представь, что ничего не было.
— Все было, Ром. Я же видела.
— Значит, забудь! — он почти выкрикивает это, теряя терпение.
— Как такое забыть? — чувствую, как слезы подступают к глазам, но я держу их.
— Кать, я мужчина. Мне положено иногда хотеть других женщин.
— Иногда? Значит, это не первая твоя измена?
— Тебе не нужно об этом знать. Не забивай свою голову лишней информацией.
Но я поступила иначе: ушла от предателя, так и не сказав о том, что беременна. Спустя три года я решаю избавиться от шрама, полученного при пожаре, и в больнице сталкиваюсь с ним. Бывший муж не знает о том, что все эти годы я сама ращу нашу дочь.

Меня выдернули из дома среди ночи, как мешок картошки. Клык сказал: «Отработаешь — отпустим». Бабушкин дом спалили дотла, а меня швыряли в «буханке» по ухабам, и я уже не надеялась увидеть рассвет. А потом из темноты вышел он. Барс. Тот самый волк с трассы, с холодными глазами и наглой усмешкой. Разбросал моих похитителей, как котят, и бросил: «Садись в джип. Не вздумай спорить».

Я сижу в его машине, пахнущей кожей и табаком, и шиплю сквозь зубы:
— Ты кто вообще такой?
— Руслан. Для своих — Барс. А ты — проблема на мою голову. Но раз уж спас, значит, моя.
Я сжимаю кулаки. Смотрю на его профиль, выхваченный фарами встречных машин, и чувствую, как внутри закипает злость. И что-то ещё, чему я боюсь дать имя.

Моя? Посмотрим, Барс. Посмотрим, кто кого приручит.

— Я не хочу тебя потерять! Ты знаешь это! Я однажды уже терял тебя и не могу до сих пор себе простить, что не удержал тогда! Ты моя жизнь, Лера! Владимира — это не то! Я так и не сумел её полюбить! Двадцать шесть лет прошло, а я до сих пор помню твои фиалковые духи!

Смотрю во все глаза на Игоря. Он сейчас серьёзно?
— Игорь, перестань, у тебя семья, дети, у меня семья, дети…
— Он тебя не ценит и изменяет тебе на каждом шагу! Ты дальше всё это хавать будешь?
В глазах Игоря такое отчаяние, а я отворачиваюсь и смотрю в окно… Дальше… Я не знаю, я уже ничего не знаю. Просто ничего… Рушится всё, вся моя жизнь…
— Валерия Дмитриевна, нам надо срочно поговорить!
В палату вбегает Королёв, а у меня сердце бешено стучит… Что ещё… Только не Леся, только не она…

— Ты говорил, между вами ничего не было.
С болью смотрю в лицо мужа.
— Говорил, что она просто — друг семьи, но сейчас она пришла, беременная, а твоя мать…
— Неважно. Это другое, — заявляет муж, как ни в чём не бывало. — Лучше скажи, почему тест показал, что Глеб — не мой сын?!
Он не верит, что наш сын — его?
— Ты не ответил, Родион. Она беременна от тебя, ты спал с ней, пока я лежала в больнице?!
— Вернусь — разберемся. Скандалы разводить не смей. Я подобное не приветствую!
Вернусь — разберемся? Так просто?!
Грохот от взрыва сметает всё…
***
Он не вернулся, а мне пришлось цепляться за жизнь изо всех сил.
Цепляться, не зная, что жизнь приготовила немало бед и встречу, которая изменит всё.

— Я встретил другую. Она оказалась горячее и ярче! А с тобой я поторопился…
Дверь спальни распахнулась. Вадим вышел в обнимку с ней, с царапинами на спине. Всего через месяц после нашей свадьбы.
— Идём, подброшу до метро.
Он сказал это мне. Мне! Своей жене! Подброшу до метро…
— Ты в общагу вернёшься? Или у подружки переночуешь?
— Да она же детдомовская, ей не привыкать! — улыбаясь, добавила девица.
А спустя час его внедорожник затормозил у ближайшей станции.
Он взял мои вещи и бросил их на асфальт.
— Ты была хорошенькой, — его губы коснулись моих — жёстко, почти больно. — Хорошенькой милой игрушкой на пару ночей… Не скучай без меня, Ласточка. Я точно скучать не буду. Инна не даст.
Вадим Беркутов исчез, оставив меня одну, под дождём.
Я стояла, сжимая в кулаке купюры, которые он сунул мне в пальто на прощанье, и думала…
Он разорвал меня ради забавы. Как беркут ласточку.
Схватил, поиграл, сломал крылья, бросил и улетел.
Но тогда он ещё не знал.
Как повернётся судьба…